Эльчи Тэмир – Наиль. Маг и попаданец (страница 58)
— За уши тянуть будете?
— Зачем? — не понял Клима — матрос, исполняющий роль слуги на данный момент. Эти обязанности его совсем не тяготили, «барин» попался неприхотливый, а плюшки в виде «поспать подольше» остались.
— Чтоб рос быстрее, — задумался над традицией Наиль.
— Какое варварство, mon ami, — капитан приложил ароматный кружевной платок к лицу. Дескать эти варварские обычаи дурно пахнут.
— А торт будет?
— Баньнановая шарлотка, ваша светлость, — гордо доложил Клима, корпевший над рецептом второй день. Название «банан» тоже прижилось по отношению к фруктам (или овощам? ягодам?), которые росли на острове. Вкус походил на бананово-манговую тыкву, но форма точно была как у банана, который зачем-то вырос на кусте.
— И подарки?
— А то, — подтвердила команда, запланировавшая шикарную вечеринку с фейерверком и десятью сортами алкоголя.
— Ура, — сказал Наиль, удивляясь такой обычной вещи в необычных условиях: пираты, неизвестная планета.
Штурман подарил кортик, капитан поэму. Да, поэму. Длиной чтения в два часа. Наиль был поражен не только тем, сколько творческих усилий, вдохновения было потрачено на этот подарок (не опуская того ошеломляющего факта, что стихи ему тоже никогда не дарили), так и количеством незнакомых высокопарных слов. Понимал одно слово из десяти, но это было как музыка, как песня на иностранном языке, не зная слов, любуешься ритмом, композицией. Душа воспарила к небесам и парила там, аки ангел.
Команда тоже потрясенно молчала. Не сонетом, а тем, как именинник слушал: восторженно, чуть смущенно. Все два часа. Капитан довольно улыбался произведенным эффектом.
Развлекались танцами и песнями.
Под взрывы фейерверка приплыл кит. Кремового цвета в золотую крапинку. Наиль посчитал, что это ещё один подарок и радостно сиганул в воду. Посмотреть поближе. Трогать. Обнимать. Всегда мечтал. Его ничуть не смутило, что кит был вдвое больше корабля.
И он пропустил всё «веселье». Боцман скомандовал заряжать пушку. Капитан с измученным видом держался за переносицу. Шансы 50/50. Или команда будет стрелять, как она всегда поступает при виде морского чудовища, или всё же сдержится, чтобы не навредить юнге. Штурман побелевшими пальцами вцепился в планширь и глядел в воду.
Команда панически заорала, когда кит слегка задел своей тушей киль корабля. Бриг вздрогнул. Потом опасно наклонился, но соскользнул обратно в воду. Повезло, что не вверх килем. Бриг качало на волнах, а команда ругалась на всех языках Мира.
— Ъ...ъъъ! — взвыл квартирмейстер Корт, грозя прирезать негодного мальчишку. Штурман зло обернулся и предупреждающе прищурился: никто не смеет безнаказанно поливать любого мага ругательствами и угрозами. Корт заткнулся, слегка побледнел и исчез с поля зрения. Штурман ему точно этого не простит, а значит, при ближайшей возможности, надо линять с брига. Не оставляя надежды отмстить.
Наиль вынырнул на поверхность, весело отплевываясь. Доплыл до брига и, цепляясь за различные выступы, забрался наверх. Сел верхом на планширь и радостно рассмеялся. Оранжевая вода стекала с волос и одежды, мандариновое солнце золотило мокрую кожу.
— Спасибо, ребята, это самый чудесный День рождения! — сообщил этот абсолютно счастливый юнец.
Морское чудище уплыло, и команда дружно сделала вид, что так и было задумано и ничего такого не произошло.
Музыкант заиграл на лютне любимую песню команды, подчиняясь тычку боцмана.
(1) Пиратский капитан (Долгая История)
..................
(*) от автора: добавила Наилю возраст, в начале книги исправила на шестнадцать. А, значит, в событиях после космоса (встреча с Элис и обстоятельства в Бордо и в Пустошах) ему уже семнадцать.
Глава 55 Кое-что взаймы
Дневник Н.
День 1. Начну новую нумерацию.
Откопал свой старый дневник. Завел его еще осенью. Кажется, что это было сто лет назад. В голове творятся всякие непонятки, решил записывать, чтобы разобраться. Говорят, что когда пишешь — становится легче. Ну вот.
Итак, с чего начать? Столько всего произошло.
Петрович сказал, что обязан мне жизнью. И, возможно, не один раз. Блин. Я не согласен. Не спасал я никого. Если только себя и то на сплошных инстинктах. Все случилось само собой и случайно. И... Я не хочу это вспоминать.
Мне кажется, я и половины не понял, что случилось. Один бы я не выбрался, это точно.
Петрович говорит, что должен мне и живет теперь взаймы. Я молчу. У меня нет сил спорить. Нет аргументов. Но, дорогой мой дневник, я не согласен! Что значит жить взаймы? А может я не хочу нести ответственность за чужую жизнь. Эй, мужик, никто ничего никому не должен. Мы выбрались. Мы дома. Всё. Забыли и разбежались. Точка.
И что значит взаймы? Взять что-то, чтобы вернуть?
Взять взаймы десятку на мороженое, потому что кошелек остался в школьном портфеле дома, а мороженое хочется прямо сейчас? Это я понимаю. Тут ничего сложного. Просто завтра отдам.
Кстати, так ведь и не отдал Олегу. Со всеми этими событиями просто не было возможности (хех) зайти домой.
Так. Ладно. Взаймы. Кому я еще должен? М-м-м… маме помыть посуду? Этот долг я никогда отдам. Он каждый день появляется.
Ой, еще мне нужно извиниться перед Лизкой. Нагрубил, напугал. Она, конечно, сама виновата… Но всё-таки мама говорит, она девочка, а я должен быть умнее. Оу. Опять должен! Быть умнее. Дурак и совсем тупой. Это про меня.
Так. Здесь я больше не копаю. Нервы беречь надо.
Я и так странный. И очень-очень стараюсь выглядеть нормальным. И делать вид, что всё хорошо. Что я обычный школьник, хожу в обычную школу. Учусь. Как все. Да, отстал сильно по программе. Пипец как отстал, но я стараюсь.
Ну вот опять вспомнил взгляд Петровича. Такой выжидательный, такой всё понимающий, даже немножко осуждающий, но одновременно разрешающий делать собственные ошибки и получать за них по лбу. Чтоб его!
Петрович сказал отцу: «Что выросло, то выросло – само виновато». Я в тот момент на него сильно обиделся. Только позже понял, что насмешка была направлена не на меня…
Ладно, простим. Петрович и сам странный человек. Он часто молчит и просто смотрит пристально. Очень странный. Он меня пугает, да, но пугает не своим поведением или словами, а тем, как я сам на него реагирую.
Мне постоянно хочется ему хамить. Да. Нарываюсь на взбучку. И знаете, что бесит?
Вы знаете. Я только что написал. Взгляд. Холодный и чуть насмешливый. Как будто Петрович понимает, что со мной происходит... и потому… нет, не прощает мелкого нахала… а скажем так, наблюдает со стороны. Как профессор за лабораторной крысой.