Эльчи Тэмир – ДК: Морской орк (страница 7)

– Морской дракон из легенды правда существует?

– Правда. Только на Пенте его ни разу не видели, а в других локациях – редко, но бывает.

– А если…

– Стоп. Теперь я спрашиваю. Рассказывай кто ты и что ты?

– Э-э-э… ну обычный парень.

– Ну конечно! Обычный он! Признавайся. Ходит весь такой загадочный: ник скрыт, профиль не читается, возраст 98 лет – это как? У тебя легендарка, да? Шапка-невидимка или плащ-ниндзя? Бешеных денег стоит. Где взял? Не поверю, что нашел. Секрет, да? Секрет. Ну да, морда кирпичом. На сообщения не отвечаешь, алярмы игнорируешь.

– Какие алярмы?

– Вот такие! – взярился Микки и перед глазами Зеленого вспыхнула надпись "Alarm! Требуется помощь. Маус6a" – А он идет такой мимо, никого не замечает. А надо брать секиру и бить врагов. Нас трое, их десять. Орки своих не бросают, а ты?

– Но я… – попытался оправдываться Зеленый, но Микки не слушал и ярился дальше:

– Задания не выполняет, квесты не делает, только по борделям ходит. На какие шиши, скажи? Папины денежки тратишь? Ты посмотри мажор какой! Гад ты, вот ты кто. Надо было сразу тебе это сказать. Или морду набить. Эй, ты чего? Обиделся? Ну так сам виноват. Хорош, уже, вставай. Пошли. Эй… Ты же не плачешь? Эй…

Зеленый сидел на земле, уткнувшись лицом в колени. Микки бродил рядом, сразу во всем раскаявшись.

– Эй, ну ты чего? Ну, прости, слышишь? Мы ж хотели как лучше. Думали взбесим тебя и ты откроешься. Станет понятно, что за человек. А то Люська эта за тобой бегает, ах, принц заколдованный, ах-ах. А ты ноль внимания. Думали увидит какой ты… э-э-э… бирюзовый эльфик… ну не бабам то есть… и разлюбит… Она знаешь какая красивая…

– Зачем тогда в орка играет? – проявил интерес "принц".

– Так чтобы жениха найти! Говорит: ходят за ней толпами, пыль в глаза пускают. Хорошего человека найти не может. Хочет чтоб полюбили за характер, а не внешность.

Помолчали. Потом Зеленый потер лицо руками и негромко сказал:

– Я не мажор… Папа нас бросил, а мама работает на заводе. Нет у меня легендарок и плащей-невидимок. И я правда не видел алярмов. Честно. У меня, наверное, программа глючная… ни чата, ни форума, ничего не было. Позавчера только появилось всё это. Встрял я по самое не хочу. Банов насыпали за все это время и долги… Я обычный… И не красивый… Пусть твоя Люська успокоится…

– Не моя она… Ладно, пошли уже дальше, работы полно.

Глава 9 Битва

Бьется Морское братство, неистово, насмерть.

Грозовой, несокрушимой тучей накинулись стиксы, будто гнало их что-то в последний, яростный бой.

Но нельзя отступить, сбежать в тихое место, где стрекочут сверчки и восхитительно пахнут ночные фиалки, предаваясь неге ночного тумана.

Луженые глотки рычат и брызжет веер черной крови. Сокрушительный удар находит прореху, рассекает врага на части: рассыпается стикс многочисленными осколками, теряя стремительность, как будто яростный дух покинул его, выполнив предначертанное, как будто остальное неважно в этом чуждом, невыносимом месте.

Удивительно, как в такие минуты глаз цепляет детали остановившимися картинками, навсегда оставаясь в памяти горечью от потери друзей.

Безошибочно, смертельно точно нашло лезвие уязвимое место на, казалось бы, несокрушимом теле. Рука еще сжимала окровавленную секиру, но сердце отбивало последние мгновенья.

– Souviens-toi de moi, mon ami, – заклинали посеревшие губы. Небеса синим росчерком отразились в застывшем взгляде.

– Прощайте, братцы! – предсмертный хрип капитана скрыли кромсающие лезвия, густая кровь окрасила закатное море в траурные цвета.

* * *

Устало опустился топор, сжатый утомленной рукой, чтобы взметнутся вверх победоносным «Яр-рх».

Волны, потемневшие от крови, загустевшей нефтью, тяжело ворочают осколки, прокатывая их вместе с галькой, выталкивая на берег.

Свет луны отражается в одиноких живых глазах, серебрит мокрую кожу, стекая вниз ручейками крови.

Тридцать две души ушли на перерождение.

Вернутся ли?

Остановили, смогли. Славная была сеча. Легендарная.

Тяжелая душная ночь безмятежной тишиной опустилась на берег. Взрытый десятками боевых сапог, залитый черный кровью. Блестели под звездами искореженные, разрубленные проколотые насквозь, доспехи. Одиноко торчали рукоятки боевых топоров с зазубренными лезвиями, потерявших своих хозяев.

Медленно и обыденно не спеша появлялись в черном месиве скользкие шляпки примитивных существ. Медузы колыхались , обволакивая прозрачно-склизкими телами куски цифрового металла. Много работы им предстоит. И как будто светлела вода рядом, как будто медузы те рождались из орочьей крови, ярости и соленых вод.

Глава 10 Романтик-с

Зеленый подобрал шлем Микки на берегу, где только что закончилась битва со стиксами и на него нахлынули воспоминания той ночи, когда Морское братство умчалось брать редкий данж всем составом, а он остался один (в образе эльфа) под присмотром дежурного орка Маус6a.

Свечи в золотых канделябрах освещали роскошный спальный номер с потайной дверью, ведущую в будуар. Огромная кровать с золочеными гнутыми ножками и парчовым изголовьем, занимала большую часть пространства. Все говорило о том, что этот номер для влюбленных: и зеркала, и золочение, и игривая полутьма.

Возле небольшого балкончика, створки которого по ночной жаре были распахнуты и из сада доносилось тихое пение ночных птиц и аромат ночных фиалок, на стульях с высокими резными спинками за изящным туалетным столиком расположилась колоритная пара. Кажется здесь играли в карты и пили чай.

В изящной и стройной фигуре вы несомненно легко узнаете эльфа. Его прекрасные длинные волосы, цвета разбелённого какао, ниспадали до самого пола. Тонкие пальцы раскладывали пасьянс, огонь свечи золотил перламутр кожи, бросал загадочные тени с длинных ресниц. Сосед напротив – орк – большой серокожий воин, состоящий казалось бы только из булыжников-мышц, производил неприятное, враждебное впечатление, его взгляд был резок и неподвижен. Броня воина, рогатый шлем викинга и неуместный своей утонченностью узкий галстук, повязанный с щегольским узлом элдриджа на мощной шее.

– Милостивый государь, утолите мое любопытство… – устав от затяжного молчания, эльф вскинул прекрасные глаза на угрюмого орка, – прошу великодушно простить, не знаю как вас по батюшке величать… Маусше?..

– Микита Михайлович, сударыня-с, – орк, изогнул губы в издевательском оскале, – не имел честь быть вам представленным. А вас как величать, мадам?

– Мадмуазель, – поправили его, великодушно кивнув, – "Марфа Васильевна, я", – эльф процитировав нетленное и взмахнув ажурным веером, пряча белоснежную улыбку. – Утолите мое любопытство, любезный Микита Михайлович, отчего-с Братство так споро умчались на великое дело, да, все не вертается, али два часа не вышли? Полночь вовсю.

– То, известная истина, любезная Марфа Васильевна, ночью никто не смеет оставаться на локации, окромя Морских орков, таковы правила-с.

– Гениально! Так великолепно спланировать баталию… ох, эта ваша mademoiselle Лилет! Преклоняю голову. Это ж что ж у Морских орков фора не два часа, а вся ночь до утра? Charmant (прелестно), – захлопал в ладоши прекрасноликий юноша, – редкие артефакты бессчетно и героические бои, м-м-м…

– Nous y voilà (в этом-то и дело), сударыня, не при деле я нынче-с, "грусть-тоска меня снедает", мигрени-с, – нервно вскочил могучий воин и прошелся по комнате, сжимая кулаки, вынужденный бездействовать, нести скучнейшую вахту, "присмотри за Зеленым" – приказал капитан и он не смел ослушаться, пока братья развлекаются, вскрывая новехонький дандж, что может быть печальнее для такого богатыря?

– Хотите я вас развлеку, сударь-с? Сыграю на арфе пиеску с вариациями…

– Лучше спойте, chère amie! (мой друг!)

– Извольте-с.

Эльф бесшумно и величаво прошел на балкончик, тронул длинными пальцами парчовые шторы и негромкий, но сильный голос вплел свою мелодию в медовый аромат ночи:

В приятну ночь, при лунном свете,

Представить счастливо себе,

Что некто есть еще на свете,

Кто думает и о тебе!

Что и она, рукой прекрасной

По арфе золотой бродя,

Своей гармониею страстной

Зовет к себе, зовет тебя!

Еще день, два, и рай настанет…

Но ах! твой друг не доживет! (1)

– Et savez-vous que vous êtes terrible avec votre petit air innocent (а знаете ли, вы ужасны с вашим невинным видом), Марфа Васильевна. Тронут до глубины души вашими талантами-с.

На дальнем берегу пробили первые склянки и флер "романтик" растаял как не было.

– Фух, бл*, думал не выдержу, сдохну от сиропа, – взрычал орк, срывая галстук с шеи, комкая, бросая на пол и топча ногами как змею подколодную.

Зеленый весело заржал:

– А что это было?