Эльчи Тэмир – ДК: Морской орк (страница 9)
* * *
Он открыл глаза и долго тупо смотрел в потолок больничной палаты. Привычные (когда успел привыкнуть?) звуки уборки в коридоре, перемещение персонала и больных за дверьми, неплотно прикрытыми. Кто-то разговаривал, кто-то гремел посудой и пахло голубцами. "Ленивые голубцы". Слышали такое? Счас расскажу. Местная еда, отбивающая аппетит напрочь, выглядит как рисовая каша с прожилками мяса и капустой. Рецепт прост: все мелкими кусочками порезать и сварить вместе. Бр-р, капустное месиво. Не рекомендую.
Отдельная палата, но скоро переведут в общую. Потому что уже три дня как состояние стабильное, хотя швы на черепушке еще не сняли, и гипс на ноге тоже.
Три дня он пялится в потолок и молчит.
Когда он вычитал на форуме, что Морские орки погибли пять лет назад… Пять! Лет! И, что в знак скорби по Зелё…, то есть по нему! они отказались играть дальше и покинули игру насовсем…
Но я же не погиб! Вот он я! Почему они решили считать его погибшим? Откуда эта информация? В шоке он рассматривал свою фотку с траурной лентой… Нет, вы не поняли. На форуме была его реальная фотография и текст, что некто "Царь-горы-3.100, юнга Морских орков, локация Пента" откинул копыта не только понарошку, в игре, но и в реальности, из-за игры, охренеть.
"Я умер? Покончил с собой из-за игры?!"
В панике он кинулся проверять инфу, то есть нажал "выйти из игры".
Вышел в реал. Зря.
О-о-о, он тут же понял, что живой. Больно потому что. Это у мертвых ничего не болит.
И другая шоковая информация: это случилось пять лет назад. Настоящих пять лет, тех что за окном. Нет, не так, всё сложнее. Прошло пять лет для форума игры, а у него самого прошел месяц с хвостиком. Те есть у тех с кем он играл прошло пять лет, а он валяется в больничке только месяц. То есть… то есть он не мог играть в эту игру пять лет назад… если верить реальному календарю.
Он ворочал мысли так и эдак. И не понимал…
Факт: некто с ником Царь-горы-3.100 поиграл пару месяцев Морским орком и это было пять лет назад. Теперь вопросы. Правда ли это был он сам? Или он помнит чужую жизнь? Или все же он помнит свою, но как тогда оказался в прошлом, так еще и внутри игры? Вопросы без ответов.
Ну, ладно, сделаем вид, что ответы не важны. Важно то, что он не сможет найти своих друзей. В чат не напишешь, а в реале они знакомы не были.
Если бы можно было вернуть в игру и там поспрашивать, поискать информацию. Но как? Обратно в реанимацию не хотелось. Совсем. Не-а.
Допустим, что это были просто глюки от лекарств. Вот это вполне реально могло быть. И скорее всего так и было.
Живой, радоваться надо, а он от тоски воет по нарисованным друзьям, пикселям на мониторе. Кстати! Ой-ей-ей, какая мысль только что пришла. Он же может зайти. В компьютер. В реале.
Не прям сейчас, конечно, а когда получит доступ в компьютер.
Да. То есть надо просто найти и скачать игру и вдруг (ну, вдруг?) его друзья там? Надежда, ого какая надежда забилась в его сердце.
А ведь за окном лето. И солнышко.
Всё хорошо же? Надо жить.
План прост. А) поправиться, выписаться из больницы. Б) достать компьютер. Дальше будем посмотреть. Сначала сделать пункт "А". Если особо извернуться, то компьютер можно получить и не выписываясь. А для этого нужно что? Правильно, наладить связи. Общаться с внешним миром.
Люди! Есть кто-нибудь?
Он только собирался что-нибудь крикнуть, как дверь открылась и на пороге нарисовалась сестра. Сводная. Вот так вот бывает: очнулся, а у тебя новый папа и сестра. Пока он валялся в коме, мама вышла замуж второй раз за местного доктора, у которого была взрослая дочь.
Если честно, то сначала он обиделся на мать, отчима сразу невзлюбил, сестру игнорировал. Предательница, толстяк и неформалка. Ноль внимания на них всех и кило презрения.
В общем, повел себя как ребенок. Капризный, обиженный и не воспитанный карапуз в памперсах (э-э-э, про памперсы забудьте, это отдельная душевная боль и унижение для взрослого парня).
Вот прям сейчас он постарается не быть сопляком и посмотрит на них по-взрослому. Итак, мама нашла свое счастье с этим мужчиной. Хочет ли он, чтобы мама была несчастной? Конечно же, нет! Значит прекращает ревновать. Отчим не похож на отца? Так может и хорошо, что не похож? Не бросит нас. Ну тут еще, конечно, надо посмотреть что за человек. А впрочем зачем смотреть? Он сам уже взрослый и жил же как-то до этого без отца, проживет и без отчима, если тот гад и мы не совпадем во взглядах на жизнь. Так что пусть мама (тоже взрослая) сама думает с кем ей жить. Он же просто проверит, чтобы не обижали (где моя секира?).
И да, есть один огромный плюс маминого замужества: они остались у моря. Ура! Оно где-то там, далеко за стенами больнички, но морской ветер он ни с каким другим не перепутает.
Итак, сеструха. Гот-лолита. Тонна косметики, нестандартные наряды. Рост метр с кепкой. То есть шляпкой. Красивая или нет, не понятно. Вот, буфера зачетные. Последнее он произнес вслух.
– Врежу, – прищурила злые глаза.
– Врежь, – разрешил он, – только не голове. Твоему папе зашивать придется. Снова.
Она зло тряхнула кудряшками и бросила связку апельсинов ему на одеяло.
– Жри! Папа велел.
– А почистить? (апельсины разумеется).
– А начистить? (рожу, соответственно).
– Ты мне нравишься, – заржал он, обескураживая и вгоняя в смущение это мелкое недоразумение. Мелкое, однако, на два года старше.
От двери донеслось довольное от отчима:
– Томочка, смотри, видишь, а ты переживала. Все налаживается…
.............
от автора: про орков еще будет флэшбек
Глава 13 Этим летом
Если бы он писал сочинение "Как я провел это лето", то написанное прозвучало бы очень грустно: в больничке с травмой черепа и переломом ноги. Все это неохота вспоминать, но есть то, что никто не знает. Ну, почти. Отчиму он немного рассказал. И вердикт врача был, что мозг в коме и не такое показывает, плюс воздействие кучи лекарств. В общем, словил галлюцинации, приснилось тебе все, забудь.
Ну, хорошо, допустим. Но это были яркие видения и сюжетнопостроенные. Как будто он попаданец в компьютерную игру, был серокожим орком с секирой, играл за Морских орков, много дрался, пил, трахался. И никто его за это не ругал, не вызывал полицию, не напоминал про выпускные экзамены. Неудивительно, что ему до сих пор хочется обратно. И он ничуть не жалеет о прошедшем лете, слишком яркие и четкие воспоминания.
Вот они бьются в финальной битве и один за другим уходят боевые друзья, враги острыми осколками осыпаются в воду, а море окрашивается в черный из-за пролитой орочьей крови. Или как они с Микки попали под заклинание "романтик" все эти "будьте любезны, сударь-с", "хотите романс?" и он, вот умора, в этот момент под действием оборотного зелья выглядит как эльф (перламутровая кожа, роскошные волосы по колено). Забавно вспоминать. А как эльфийка чуть не оторвала ему голову файерболом за неприличные мысли? (А нечего подслушивать, ушастая!) Много чего было.
Особенно вспоминаются последние минуты локации Пента, где была база Морских орков. Когда победили они огромной ценой и остался он один. Одному пришлось убирать на острове все последствия битвы: вещи оставленные товарищами он прибрал в хранилище, а вот остатки врагов-стиксов он убирал очень долго. Помогали ему только слизняки-медузы. Остров-локация уменьшался с каждым кинутым в утилизатор куском компьютерной платы (именно так он видел врагов, как франкенштейнов, собранных на свалке из запчастей компьютером безумным гением, но прищурившись видел обычных зомби-мертвяков, как все другие игроки этого мира).
И вот остался он на пятачке погасшего портала, только камни и море вокруг. И последний смешной слизняк, который, как улитка ракушку, тащил на спине кулер от компьютера. Вентилятор тихо вращал лопасти под мятным ветром и тихо шелестел. Слюнявый, слизень-недоулитка, и где ты теперь? Надеюсь выбрался вместе со мной. К сожалению, в следующую локацию он попасть не успел.
В панике вышел из игры и очнулся в больничной палате.
В общем, как оно бывает, за черной полосой следует белая. Отчим оказался неплохим мужиком и оставалось только радоваться, что Степан дал ему шанс и не стал играть обиженного ребенка. (Еще бы! Он в коме, а мама личную жизнь устраивает). Но, главное, море! Они никуда отсюда не уехали, остались здесь, где ему все нравилось: море (повторю не раз), дом отчима (не наша однокомнатная хрущевка на десятом этаже, а двухэтажный коттедж с гаражом и небольшим садом), семья отчима (взрослая дочь-неформалка, а еще многочисленные тетки и кузены – все как-то сразу приняли его как родного и он до сих пор ходил от этого чумной).
Минусы тоже были. Отчим и многочисленная родня насели на него с учебой прямо в больничке и не отстали от него, пока он не сдал все экзамены и даже поступил заочно на факультет информатики. Нет, никогда бы он туда не подумал поступать, у него дома то и компьютера нормального не было, но тетушка Сара воспользовалась связями и теперь он студент.
Если честно, он не сопротивлялся, во-первых был счастлив, что у него есть теперь свой компьютер, своя комната и в море можно купаться каждый день (а лучше два раза). Когда не надо каждое утро идти в школу, а можно сначала выспаться, позавтракать, а потом не спеша учить столько сколько влезет, перекусывая бутербродами и периодически ныряя в дебри всемирной сети, то такая учеба ему нравилась. Отчим Иван Иваныч дотошно, в обед и после ужина, проверял домашки, составленные по чьему-то хитрому плану (дядя Саша, кто ж еще? куратор в универе, все-таки), хвалил, отправлял на физзарядку. Вот спорт он делал через силу. Ослабленное тело не справлялось с простейшими упражнениями, травмированные места просили пожалеть себя.