Эльчи Тэмир – Детектив, бариста и призраки 2 (страница 5)

– В понедельник, – разрешила капитан Белова и вышла из машины.

– И вам «до свиданья», – вздохнул Петрович в спину этой холодной женщины. И что Илька в ней нашел? Неужели противоположности притягиваются? Ученик кипит в пламени дракона и ему нужен этот холод, чтобы не испариться? Хотя надо признаться пару себе он подобрал эффективную. Всего лишь полчаса рядом с ними и мастер собрал месячную норму энергии, а сам Илька «налопался» с голодухи так, что вырубился не доехав до дома. В этот раз ученик не потратил бездарно энергию на злость и бесполезные мысли о прошлом.

Глава 6 Что-то детективное (Колобок)

Эта пятница на работе у Беловой оказалась на редкость продуктивной. Удалось закрыть все дела, навалившиеся с Дня Валентина и даже составить по ним отчеты. Лейтенанты рыли информацию по маньяку, но пока ничего нового. След обрывался в декабре. Пусть нашли подтверждение, что тела с лишними проколами в странных (с точки зрения патологоанатома, конечно, то есть ни вены, чтобы ввести наркоту/яд, ни места, чтобы задеть жизневажные важные органы) имелись в ноябре, продолжались в декабре, однако, январь и февраль – пусто.

Белова задумчиво потерла подбородок и составила официальный запрос на соседние полицейские участки.Версии две. Первая: маньяк получил чего хотел и затаился. Вторая: маньяк поменял место жительства (или даже помер, чего только в жизни не бывает). Если маньяк уехал из города, то официальный запрос надо будет расширить, сейчас важнее знать, что он не переместился на другой край города и там безнаказанно бесчинствует. Почему безнаказанно? Так ведь, скорее всего, про маньяка уже было бы написано в полицейских сводках.

Капитан выключила компьютер и еще с десяток минут ждала чего-нибудь срочного. Но нет, рабочий день закончен и никто и ничто не требовало её присутствия на рабочем месте. Она хмыкнула, собралась и отправилась в соседнее кафе.

Это было необычно. Раньше бы она нашла себе еще дел и осталась допоздна, но теперь… Теперь у нее есть молодой любовник и более интересные планы на вечер.

* * *

Молодой человек провел ладонью по голой спине любовницы и в который раз оценил ее на сто баллов. Балетная профдеформация и любовь к стройным и мускулистым девицам давала о себе знать. Впрочем, влюблялся он и в девиц пышных объемов, но любовался сейчас привычными с детства формами.

Он поймал себя на этой мысли и фыркнул:

– Нарьян, а у тебя есть профдеформация?

– М-м-м? – сонно спросила капитан полиции Белова, удобно устроив голову на животе своего юного любовника и щелкая каналами кабельного.

– Ну там… Подозреваешь всех подряд? – предположил он.

– Кхм, – задумалась Нарьян, останавливаясь на канале с детскими мультиками. – Пожалуй, да.

– Та-а-ак… – протянул Наиль. – Можно примеры?

– Хотя бы вот это, – махнула она рукой в сторону мультфильма.

– Колобок?

– Ага, знаешь сказку, – кивнула она. – И в чем преступление?

– Колобка убили. Убийца – Лиса.

Она весело рассмеялась.

– А вот и нет. Кто производил вскрытие Лисы на наличие в ней Колобка?

– Не поймали, а Лиса оказалась хитрее. – Он подумал еще минуту и понял очевидное: – Значит Лиса совершила умышленное убийство. Ой. – Никто, – растерялся Наиль, не припоминая таких подробностей в сказке.

– Вот именно, – важно сказала капитан Белова. – Факт съедения Колобка не доказан.

– Но…

– Нет тела – нет дела, – отрезала Нарьяна. – Какой у нее был мотив?

– Голод, – почесал затылок юноша. Так то оно, конечно, звери едят других зверей, люди едят говядину и это странно рассуждать о мотивах. Просто все так делают. Едят.

– Такой же мотив был у всех остальных зверей, но они это не сделали. Почему? – задала новую задачку женщина.

Нарьяна хитро прищурилась, с улыбкой, наблюдая, как молодой любовник запутался в собственных вопросах и выдуманных предпосылках:

– А были свидетели? – спросила она.

– Наверное, были. Кто-то же рассказал историю, значит, видели… – развел руками юноша.

– Может они нам соврали? – хохотнула Нарьяна.

– Ты думаешь было по-другому? – чуть разозлился Наиль, окончательно запутавшись о том, кто, где и зачем. И кому вообще верить тогда?

– Смотри, – сказал Белова. – Факт первый: дед и баба лепили колобка методом "скребли по сусекам", то есть по факту он был… ущербный. Неполноценный. Иначе говоря, медицинским языком – больной на голову. Факт второй: сбежал из дома. Орал песни. Намеренно ходил по опасным местам и приставал к бандитам, то есть хищникам. Твой вывод?

– Колобок искал смерти? Самоубился об Лису? – ахнул Наиль.

– Хорошая гипотеза, да, – одобрила Белова. – Ещё смотри. Дед и баба не подали заявление о пропаже. О чем это говорит?

– Они… они хотели от него избавиться? – возмутился Наиль, пораженный догадкой.

Нарьян спрятала улыбку: смотреть на удивленное лицо Наиля было приятно. Она подлила масла в огонь:

– Хуже. Они хотели его сожрать!

– Маньяки-каннибалы… – понял Наиль, с офигевшим лицом распластался на диване, вперев взор в потолок. – Никогда бы не подумал… Какая-то сказка и такие открытия…

– Вот-вот. Как тебе гипотеза, что они сожрали Колобка, а вину свалили на Лису как на известную рецидивистку? И запутали следствие, указывая сначала на Зайца, потом на Волка.

– Ох.

Наиль пару минут полежал на диване с видом человека оглушенного новостями, потом улыбнулся:

– И что ты будешь делать с такими лживыми показаниями?

– Ничего, – пожала плечами Нарьяна. – Расчленение хлеба и поедание его бабкой, дедкой и прочими зверьми не преследуется по закону. Могу лишь морально их осуждать и вынести устное предупреждение.

Он улыбнулся еще шире:

– Ох, Яна, как теперь бутерброды-то делать?

– Не боись, Илька, я тебя прикрою, – улыбнулась она. – У меня есть связи.

– С колбасой? – предложил он хлебное преступление, собираясь на кухню на ночь глядя.

– И сыром, – кивнула она.

Начинался ночной дожор, логичный после бурного секса.

Глава 7 Очередные качели

Романтический вечер с блондином плавно перешел в страстный секс, потом в разговоры о профессиональной деформации и сказкой, затем в ночной дожор. И теперь, за полночь, самое начала субботы, они лежали расслабленные на диване. Нарьяна смотрела телевизор без звука и гладила блондина по волосам, перебирая прядки нежно, без всяких мыслей. Было просто приятно вот так вот лежать в обнимку, в тишине и наслаждаться спокойствием. Тем самым обычным человеческим счастьем под названием «семейный уют».

Блымкнуло входящее сообщение и Нарьяна нахмурилась. Как всегда работа мешает личной жизни.

«Я подъехал» – сообщил Петров-старший кратко.

И что? Зачем? Наверное, договарился с учеником, чтобы забрать его. Странно, но Илька вел себя так, будто собирался остаться на ночь.

Она еще погладила волосы любовника, думая о том, что не хочет будить Наиля и разрывать эти теплые объятия.

«Надо» – потребовал Петров новым сообщением, будто подслушал ее мысли.

Она вздохнула и сказала:

– Петров подъехал.

– Олежа? – растеряно спросил Наиль, приподнимая голову. – Как?

– Максим Петрович подъехал, – уточнила она, хмуро отлавливая ревнивый укол в сердце. Каждый день выясняется, что блондин не один, что вокруг его друзья, то Грек, то Олежа… Друзья это хорошо, но ей эгоистично хотелось, чтобы Наиль думал только о ней.

– Петрович? Зачем? – сонно спросил Наиль, потирая ладонью лицо.

Нарьяна лишь пожала плечами, с беспокойством замечая, что молодой любовник сейчас слишком вялый, рассеянный и потерянный. Совсем не тот жизнерадостный энерджайзер, каким был весь вечер. Сейчас Илька выглядел так, будто у него села батарейка, будто он снял маску жизнерадостного и довольного жизнью Дон Жуана.

Она положила ладонь на его лоб. Нет, не показалось. Горячий.

– Как ты себя чувствуешь?