Эль Корн – Цикл. Проект «Морфей». Книга 1. «Посланник богов». (Все эпизоды) (страница 34)

Размышляя, что нужно будет, на всякий случай, повторить этот обычай и дома, с остальными женами, Павел вдруг услышал звук, открывающийся двери и последовавший следом, чей-то возглас, прозвучавший несколько язвительно, и как показалось Павлу, с вызовом, – о, бесхвостая пришла.

Слегка обернувшись к двери, он увидел, вошедшую в харчевню, уже знакомую ему Руан Финей, бросившую мимоходом, слегка повернув голову, в сторону стражников, – Палтин, будешь хамить, я тебе в следующий раз, все кости на тренировке переломаю.

Следуя, с задумчивым видом, через зал харчевни, в их направлении девушка ни на кого больше не обращала внимания, чем Павел и решил воспользоваться, стоило, в памяти, перед его взором, опять промелькнуть телесного цвета трусикам и стройным ножкам этой мейры.

– Наклонившись к сидящей с краю Карелиян, Павел, приобняв мейру, чмокнул ее в щечку, отчего, не ожидавшая такого девушка вздрогнула и шепнул ей на ушко, – дорогая, будь любезна немного сдвинуться, к нам сейчас, еще одна младшая жена присоединится.

Карелиян, удивленно взглянув на Павла оглянулась и увидев, бредущую по проходу, с задумчивым видом Руан, повернулась обратно к Павлу и улыбнувшись, кивнула, немного сдвинувшись. На лавке было весьма просторно и когда Карелиян сдвинулась, он смог спокойно перекинуть ногу через лавку, благо она была без спинки и сесть в пол-оборота, и стоило Руан поравняться с ним, как Павел, резко вытянув руку, обхватил девушку за талию, дернув ее к себе, усаживая на свои колени. Мейра от неожиданности взвизгнула, ее рука метнулась к мечу, но была прижата к телу, второй рукой Павла, которой, он, также обхватил девушку.

Все вокруг замерли, устремив взгляды на Павла и его «жертву», поднявшую на Павла, полные тоски и грусти глаза, однако при его виде, быстро сменившиеся радостью.

– Что тебе нужно, с явно слышимой в голосе надеждой и одновременно вызовом, поинтересовалась девушка, даже не делая попытки слезть с его колен.

Подцепив из своей тарелки кусок мяса и поднеся вилку ко рту мейры, Павел ответил, – за тобой должок, «дикая», так что, будь так любезна, открой свой прелестный ротик.

За столом стражников, также обратили внимание на происходящее, а трое из них, даже поднялись со своих мест и положив руки на мечи, двинулись в сторону их столика негромко переговариваясь. И хотя, приближающая троица, вполголоса возмущалась «посягательством» Павла на их командира, но, судя по всему, они не были уверены стоит ли им вмешаться, ведь кроме Павла, они всех знали и эти «все» не обращали на поведение незнакомого стражникам человека, никакого внимания.

Когда стражники подошли ближе, один из них, судя по ушам и хвосту, из народа леов, настороженно взглянув на Павла, и переведя взгляд на Руан, не уверенно поинтересовался, – сестренка, помощь нужна?

По голосу говорившего, Павел сразу опознал в нем, того самого мейра, ранее нахамившего, сидевшей у него на коленях Руан, поцеловав которую в ушко, он и спросил, – ты знаешь этого хама дорогая?

– Мы с ним с детства знакомы, – прижавшись к Павлу, ответила мейра.

– Послушай парниша, я не знаю, что у вас за отношения были до меня, но мне не нравится, когда оскорбляют моих женщин, – холодно произнес Павел, подняв взгляд на стражника, – считай тебе повезло, что вы с ней давно знакомы, но, я бы никому не рекомендовал больше так делать.

Стражники зашумели, возмущаясь тем, что какой-то человек, посмел «наложить руки» на их капрала, но весь шум мгновенно стих, стоило Руан, взглянув Павлу в глаза, поинтересоваться, – почему ты назвал меня своей женщиной?

– Странный вопрос, – ответил Павел, тут же, утвердительно, как, само собой разумеется, добавил, – ты же, Руан, станешь моей младшей женой.

Вместо ответа, мейра опустила глаза на замершую перед ней вилку и медленно ухватив кусок мяса зубками, сняла его с вилки и переведя счастливый взгляд на стоящих рядом стражников, негромко пояснила, – все нормально ребята, это, господин Пав-л, он победил меня в честной схватке и я, его люблю.

Больше не обращая внимания на троицу стражников, Павел повернулся к Силону и поинтересовался, – а ты, кстати, свою Лайн будешь угощать, или ждешь, что это кто-то другой сделает?

Мейр аж подавился, услышав такое и прокашлявшись, поднял на него глаза, с минуту переводя взгляд, то на Павла, то на сидящих с ним мейр.

– Тебе-то хорошо говорить, а князь Иноем, уже высказал свои пожелания и не факт, что сейчас поменяет свое мнение, – опустив взгляд обратно к тарелке, печально пробубнил мейр.

– И что? – переспросил Павел, краем глаза заметив, как стражники, переглянувшись, испарились, – это было, когда Лайн была «пустой», а теперь, ему нет смысла придерживаться тех же взглядов, а если он надумает артачиться, то это меня сильно огорчит и от этого, могут и провалы в памяти появиться, вдруг я забуду, все что знаю про язык древних, а я вот очень сомневаюсь, что ваши артефакты, ограничиваются только магическими шарами, линками и громовыми жезлами.

* * *

Задумав всю эту авантюру с дочерью и новым «посланником богов», Гаен рассчитывал, что его дочь, поступит разумно, в противном случае, он собирался предложить ей сделку и надеялся, что она согласится. Пусть родит от этого человека, и он позволит ей «семейный союз», с ее Силоном. Этого человека, он собирался, подкупом уговорить на свои условия, – от хорошей жизни, никто не пойдет на авантюру с «кругом богов», которая может окончиться смертью и вряд ли он откажется от денег. Потом же, если дочь не сойдется с ним и захочет получить свободу, можно будет просто откупиться от него дополнительными деньгами или даже дворянским титулом.

Он не хотел поступать так подло, с дочерью, но не видел другого выхода, если бы Лайн пошла в мать, то и таких проблем бы не было. «Пустая» по ветви его жены, никого бы не тревожила, ведь наследником является его сын, владеющий магией, но в дочери преобладала его кровь и то, что она была «пустая», ложилось пятном именно на него.

Но, вскоре, все осложнилось еще больше, так как, судя по тому, что он узнал от сына, этот господин Пав-л был весьма непрост, раз смог, без особого труда, «приручить» суккуба и сделать ее своей «хранительницей очага». Этот человек, вполне мог оказаться настоящим «посланником богов», и возможно, имеет отношение к древним богам Ниш, а следовательно, его лучше иметь в друзьях, а не использовать в своих планах.

Когда же, после шестнадцати ханд, с ним связалась Мион и сообщила, что Лайн теперь не пустая и имеет трети третий ранг магии, в чем, конечно же, оказался опять замешан новый «посланник богов», он понял, что ему пора наведаться в городскую управу и лично познакомиться с этим человеком.

Пока он ехал до управы, с ним связался Гленор, сообщив, что их громобойные жезлы, имеют более обширные функции, чем они думали, и сообщил ему об этом, естественно, опять же, Пав-л Кнауф. Следом, с ним связался губернатор столицы, господин Онир, жалобно покаявшись, что господин Пав-л Кнауф предложил ему сделку, от которой он просто не смог отказаться, – его дочь Ирия, в обмен на магические способности Лайн.

– Ну конечно, предложили ему, – подумал князь, мысленно усмехаясь своим мыслям, – наверное, руками и ногами ухватился за возможность породниться с таким человеком.

Хотя, это было несколько странно, поскольку он знал, что баронесса равнодушна к людям и навряд ли согласилась бы на это просто так, да и барон Онир, не стал бы без раздумий принимать такие решения, скорее всего, его уже поставили перед фактом.

– Скорее всего, к этому, опять приложил руку, этот пресловутый «посланник богов», но, если, он предпочел Ирию его дочери, то получается, что, власть и титулы, этого человека особо и не интересуют, что довольно-таки редко, а значит, у этого человека имеются какие-то другие интересы, – рассуждал Гаен подъезжая к городской управе – только вот, интересно бы знать, какие?

* * *

– На счет артефактов, вы совершенно правы, господин Кнауф, – раздался сбоку, жесткий волевой голос, повернувшись на который, Павел увидел остановившегося рядом с их столиком, высокого мускулистого мейра, с белыми в черных пятнах ушами, нервно обмахивающего ноги, такой же окраски хвостом.

– Сдается мне, что сам князь Иноем соизволил явиться, – пронеслось в голове Павла, вспомнившего, что он видел, как этот мейр вошел в зал харчевни, но не обратил на того внимания – то-то я смотрю, чего это стражники так быстро слиняли.

– Извини дорогая, я быстро, – обратился Павел к Руан, подхватив ее на руки и поднявшись, посадил на свое место.

– Пав-л Кнауф, – отвесив стоящему мейру, короткий поклон, представился Павел и на всякий случай, уточнил, – князь Иноем, насколько я понимаю?

– Отец, – воскликнула вскочившая со своего места Мион, а вот Лайн, так и осталась сидеть, хлопая глазами, с открытым ртом, перед которым, замерла рука Силона с вилкой, наконец-то решившего последовать совету Павла.

Пройдя мимо Павла и сев на свободное место рядом с Ирией, князь Иноем окинул холодным взглядом Силона с Лайн, и барабаня пальцами по столу, не сводя взгляда с дочери и ее ухажера, произнес, – что вы там замерли, давайте уж заканчивайте эти свои ритуалы и расслабьтесь, мне уже обо всем сообщили.