Эль Корн – Цикл. Проект «Морфей». Книга 1. «Посланник богов». (Все эпизоды) (страница 36)

– Ничего страшного господа, княжна Лилей, случайно применила не мне «Кровавую клятву», которая была отражена обратно, – как можно, спокойнее сообщил Павел, надеясь, что все успокоятся, но видя, что этого не последовало, немного удивился.

– «Кровавая клятва»? – переспросил, удивленный князь и не дожидаясь подтверждения, тут же добавил, – я, конечно, слышал, что раньше, древние боги, нашего мира, знали, как отразить «Кровавую клятву», но это было очень давно и точных сведений об этом уже не осталось.

– Я не бог и тем более не древний, мне просто повезло, – пожав плечами ответил Павел, наклоняясь к Лилей и беря ее на руки подумал, – ну, что, зараза ты эдакая, не так, так этак, добилась все же, чтобы я тебя, как свою жену, на руках носил.

– Может хватит изображать из себя статуи и пора вызвать целителя, чтобы исправить, то, что произошло, – подойдя к столу и аккуратно усаживая княжну на лавку, сказал Павел, уже начавший беситься, от бездействия всех окружающих.

– Ты все-таки всех обманула и добилась своего, – положив руку на голову Лилей произнесла, сидящая ближе всех к княжне Руан.

– Ты это о чем? – с подозрением поинтересовался, ничего не понимающий Павел.

– Что господин Пав-л, от судьбы не уйдешь, – как-то обреченно вставил князь, с жалостью в голосе, добавив, – не хотели связываться с одной княжной, так придется взять в жены вторую.

– Что? – воскликнул, удивленный таким поворотом событий Павел, не понимая, что происходит, лишь чувствуя, что, судя по всему, как он не старался, а все же вляпался.

– Целитель, мог бы снять воздействие «Кровавой клятвы» с жертвы вампира, то есть с вас, в данном же случае, он только может помочь, быстрее прийти ей в себя, что и так бы произошло через несколько дней, – пояснил князь, но, по его глазам, Павел понял, что это еще не все, и «ягодки» впереди, что тот и подтвердил, продолжив, – если я правильно понял, моя дочь в вас влюбилась, а в таком случае, насколько нам удалось понять из древних записей, «кровавая клятва» связала вас, и теперь, целитель ей уже не поможет, если вы не заключите «семейный союз», и не будете жить как муж с женой, в течении пары месяцев, «кровавая клятва» ее убьет.

– Твою ж, мать, прямо, как и у Илойн, может и у нее, это не болезнь, а тоже что-нибудь похожее, – подумал Павел, и уже смирившись, уточнил, – а ей точно шестнадцать?

– На этот счет, можете не волноваться, господин Кнауф, Лилей не ребенок, она взрослая женщина, просто, как и все мейры, выглядят моложе своих лет.

– Ладно, безликий с вами, считайте, что уговорили, – махнув рукой, согласился Павел, понимая, что не сможет стать причиной смерти этой, выглядящей девчонкой, красивой женщины, это ведь, только как мейре ей шестнадцать, а по человеческим меркам, ей уже девятнадцать, так что, ему ничего не оставалось, как огласить свое согласие, – хорошо, она будет моей женой.

* * *

– Я сейчас вызову экипаж, чтобы, пока, доставить ее домой, где ее осмотрит наш целитель, – сообщил всем князь и отойдя в сторонку, связался по линку с Лилий.

– Лилий, даже не знаю радоваться или нет, Лайн выйдет замуж за своего Силона, но новый «посланник богов», все равно, станет нашим зятем, он возьмет в жены нашу Лилей и нам, даже не придется ее на это уговаривать, эта дуреха явилась в городскую управу и заявила, что хочет стать женой господину Кнауф, он конечно попытался противиться этому, но она его укусила, – сообщил Гайс жене, когда ее изображение появилось над линком.

– У него есть сопротивление к «кровавой клятве»? – сразу поинтересовалась княгиня у мужа.

– Это не сопротивление, а отражение, – ответил князь, и печально вздохнув, пояснил более подробно, – в древних текстах нет ошибки, вампир действительно становится зависимым от укушенного им, поскольку «кровавая клятва», отражается обратно, на вампира.

– Лилий, отправь в управу экипаж, нужно перевезти дочку домой и вызвать нашего целителя для ее обследования.

– Господин Кнауф, я пока заберу дочь для обследования нашим целителем и позже сообщу о ее самочувствии, – обратился князь к Павлу, вернувшись обратно к столу.

Глава 12.

* * *

Покинув харчевню и направляясь к выходу из городской управы, Павел задумался, рассуждая что делать дальше, – Силон, с обеими старшими княжнами оставался в управе, у них еще были там дела. Правда они пообещали подъехать позже, дождавшись мать Лилей, «грозящую» также прибыть, для знакомства с будущим зятем. Князь, вызвав экипаж для Лилей, чтобы перевести ее домой, где она будет находиться под наблюдением личного княжеского целителя, пока, полностью не придет в себя и не переберется домой к Павлу, также отправился по своим делам.

Сам же Павел, прикинув, что с ним уже три девушки, Ирия, Руан и Карелиян, а еще предстояло забрать по дороге, дочь Карелиян, ее мать и сестру-фейру, да еще двух младших жен Нерог, которые тоже, вряд ли откажутся отправиться в гости, то, в общей сложности, вместе с ним, уже набиралось, девять человек, что было многовато для разъездной коляски, даже слишком многовато. Так что, в виду такого большого количества гостей, Павел решил заказать большую карету, трехосный усиленный, закрытый экипаж, рассчитанный брать до двенадцати человек, своеобразный «лимузин» этого мира.

Вчетвером, они разместились в подъехавшей вскоре карете с комфортом, и Павел надеялся, что и девять человек, вернее людей, как было принято называть тут всех разумных, более-менее, с комфортом, разместятся в карете, рассчитанной на большее количество народу.

Карета подъехала со стороны Церковной площади, так что, когда все расселись, экипаж просто двинулся дальше по Южной улице, выехав на Восточный проезд, по которому направился вниз, в сторону Черной реки, разделяющей Герольд-Ленд и Герольд-Нир, получившей свое название, по названию Черных гор, где речка брала начало.

Через полчасика, пять тайтх, по местному времени, экипаж остановился возле подворья, практически неотличимого от того, где Павел проживал сейчас и все покинули карету, размять ноги.

– Я сама снимаю квартиру в доходном доме, через улицу, а здесь, живут мать с отцом и сестрой, пояснила Карелиян направившись к воротам подворья.

Последовав за девушкой, Павел зашел во двор, увидев встречающих их у крыльца, трех мейр, в окружении трех детишек, возрастом от трех до пяти лет. Еще одна мейра, в положении, стояла на крыльце, облокотившись на ограждение.

– Фейли у нас затворница, да еще и несколько своенравная, и упрямая особа, но моя дочка привязалась к ней, так что, проходи в дом и пообщайся с сестрой, а я, пока, схожу домой за дочкой, – поприветствовав родню, сказала Павлу Карелиян, развернувшись и направившись обратно к воротам.

– Ну, ничего себе шуточки, привела, оставила и сама свалила, проверить что ли решила еще раз, – подумал, с некоторым недоумением Павел, но делать было нечего, и он, поднялся на крыльцо.

* * *

Фейли уже узнала от отца, что ее сестра Карелиян, опять собралась замуж и прекрасно понимала ее, сестре нужен муж, а ее дочери отец, но она также осознавала, что отец, наверняка, будет пытаться и ее сосватать этому же мейру и заранее все обдумав, уже была готова выставить семье условия, – она проведет с ним ночь, и этот вопрос, будет навсегда закрыт.

Сидя в своей комнате у окна, Фейли ожидала сестру, надеясь, что ее избранник, в отличии от ее прежнего мужа, более лоялен к фейрам, и сможет, сделать «свое дело», не выказывая ей, свое пренебрежение.

Увидев, вошедшего с Карелиян мужчину, Фейли даже приподнялась со стула, не в силах поверить в то, что видели ее глаза, – спутником сестры был не мейр, а человек. Он был тем, чьи сородичи, убили прошлого мужа сестры, тем, для кого фейры были животными а мейры, лишь чуть выше животных по статусу.

– Неужели, отец решил отдать ее в личные рабыни этому человеку, нет, этого не может быть, отец же любит ее, – пронеслось в голове девушки, пока она, следила из окна, за поднимающимся на крыльцо человеком.

* * *

Поднявшись по ступенькам и войдя в дом, оставив остальных во дворе, с чем спорить никто не стал, прекрасно понимая, что ему лучше переговорить с девушкой на едине, Павел быстро огляделся, не увидев ничего интересного, так как внутренний интерьер дома, ничем не отличался от того, где он сейчас проживал.

– Фейли в своей комнате, – услышал Павел и повернувшись на голос, увидел прошедшую за ним следом, беременную мейру, указывающую на одну из дверей.

Поблагодарив женщину и направившись в ее сопровождении к указанной двери, сразу войдя в комнату, где, на стуле у окна, сжавшись в комок, сидела невысокая лисичка с мордашкой похожей на земного фенека, но именно что с мордашкой, а не мордой, так как форма головы, была не узкой, вытянутой, как у настоящей лисицы, а ближе к человеческой, широкой, с направленными вперед глазами и лишь немного, выдающимися челюстями, не более половины длины у обычного животного. Больше всего, личико фейры напоминало земных фурри, как их любят изображать художники и это было весьма миленькое личико. Одета же девушка была в короткую блузку, оставляющей открытым живот, но с длинными, до локтей рукавами и длинные до колен шорты, а на ногах, стандартные полуботинки.

Взяв стоящий неподалеку другой стул, Павел поставил его, напротив, фейры и сев на него представился, – будем знакомы Фейли, я Пав-л Кнауф.