Эль Корн – Цикл. Проект «Морфей». Книга 1. «Посланник богов». (Все эпизоды) (страница 11)
Хотя если честно, то Вайла понимала, что приняла предложение, провести ночь вместе, импульсивно, на эмоциях, взбешенная, не столько его заинтересованным взглядом, брошенным на Илойн, сколько поведением своей «распутной» личной рабыни и подруги. Но стоило ей понять, что он считал ее еще слишком молодой для замужества, то она, уже вновь была готова наброситься на этого идиота, но ее остановила речь Гайса, заставившая ее покраснеть еще больше и окрикнуть дядю, пытаясь прекратить его разглагольствования по поводу ее способностей родить ребенка, а потом, повернувшись к брату, все это и затеявшего, пригрозить ему расправой.
Вайла была в ярости и собиралась уже подняться и подойти к брату, чтобы хорошенько ему врезать, но подняв взгляд, встретилась глазами с сидящим рядом человеком и сработавшие способности к эмпатии накрыли ее лавиной его эмоций, давая понять, насколько сильно она ему нравиться и что, даже испытывая сомнения, он хочет обладать ею. С трудом удержавшись, чтобы не накинуться прямо тут на этого мужчину, она поняла, что этой ночью, как он и «предложил» она будет у него и докажет, что уже не ребенок, а взрослая женщина, готовая к серьезным отношениям.
* * *
Поднявшись из-за стола, Силон хлопнул ладонью по столу, привлекая всеобщее внимание и подняв кувшин, провозгласил, – я Силон Геренк, требую у своей сестры, Вайлы Геренк, по праву кровного родства, ответа на предложение моего друга Пав-л Кнауф, предложившего ей, перед ликом создателя, заключить «брачный союз».
Отхлебнув не меньше половины кувшина, Силон шагнул к замершей сестре и наклонившись к ней, ехидно поинтересовался, – так что сестренка, что ты ответишь моему другу?
Смущенно потупив глазки и покраснев, Вайла поднялась и повернувшись к также поднявшемуся Павлу, медленно, еле слышно произнесла, – хорошо, я принимаю твое предложение Пав-л Кнауф.
Подойдя к Павлу, мейра положила руки ему на плечи и приподнялась, не сводя с него своих огромных глаз, на что Павел, видя рядом это миленькое личико, практически не соображая, действуя на одних инстинктах, обхватил Вайлу за талию и притянув к себе, приник к ее губам.
Силон же, допив содержимое кувшина, дождался, когда его сестра опять сядет за стол и вновь наклонившись, к ней, ехидно произнес, – только, ему все равно, нужно сперва получить личный браслет, а только потом, вы сможешь зарегистрировать вашу семью, в городской управе.
На мгновенье замолчав, Силон погрозил сидящей сестре пальцем, с ухмылкой продолжив, – хотя, ты уже пообещала ему ночь, и для этого, наличие браслета не обязательно, какая же ты у меня сестренка распутница.
Павел, при этих словах своего будущего шурина, едва не подавился, а Вайла, покраснев пуще прежнего со всей силы, прошипев ругательства, дотянулась до брата, ткнув его кулаком в бок, только вызвав его смех.
Вскоре все вокруг успокоились и обед продолжился дальше, тем более что к столу вынесли чай и пироги, с мясом и овощами, так что и Павел, неспеша доев, ранее положенное ему Вайлой, как и все, взялся за пироги, положенные в его тарелку, все той же грудастой служанкой. Проводив «титястую» взглядом и скользнув глазами по Гленору с женами, он заметил, что им, также, как и ему, с Вайлой, за столом, прислуживают девушки в ошейниках.
Сперва Павел, для завязывания беседы, хотел прояснить по поводу этих «окольцованных ошейниками» у Вайлы, но побоявшись, опять «накосячить», кивнув в сторону служанок, обслуживающих младших жен, обратился с этим вопросом к Силону, – а, эти, в ошейниках они кто?
– Это, личные рабыни семьи, – пояснил Силон, проследив за взглядом Павла, – они, по сути, добровольные рабыни, на службе семьи, а ошейники, заменяют им личные браслеты, следя за их здоровьем, предотвращая нежелательные беременности и позволяя, даже на расстоянии, получать распоряжение хозяев.
– Однако, мне здесь, все больше и больше нравится, – пробормотал Павел, с интересом разглядывая, прислуживающую ему с Вайлой, грудастую служанку с рожками.
Ближе к концу обеда, уже наевшись, можно сказать, «до отвала», Павел протер руки с губами, лежащими рядом с каждым салфетками, поняв, что этого мало. Запеченная, клыкастая животина, называющаяся, как узнал Павел, панцирными кабанами, действительно имели вкус свинины, но с каким-то легким фруктовым ароматом, и была, хоть и не жирной, но чрезвычайно сочной.
Подозвав жестом, как раз, проходящую рядом, личную рабыню Вайлы, Павел поинтересовался, где можно сполоснуться после обеда.
Окинув его, заинтересованным взглядом, мейра наклонилась к нему, опять «чуть не потеряв» свою грудь и нежным, томным голосом, отчего у Павла аж дыхание перехватило, многообещающе, прошептала ему в ухо, – я провожу вас, господин Пав-л.
Пока Павел думал, как реагировать, на такую «сексуальную атаку», Вайла схватила свою служанку за руку и дернув ее к себе, что-то прошептала на ухо.
Вытащив руку, из захвата хозяйки, девушка, с кислым выражением лица, печально вздохнула и расстроенным голосом, упрекнула хозяйку, – какая же вы злюка и жадина, госпожа Вайла.
Вайла же, не обращая внимания, на обиженно ноющую служанку, поднявшись из-за стола, сказала, – я сама провожу господина Пав-ла.
С недоумением наблюдая за женской перепалкой, Павел обдумывал, не сделал ли он опять, чего-то не того, но, когда Вайла поднялась, тоже поднялся и последовал следом за девушкой.
Выйдя из столовой в коридор, они свернули налево, остановившись у следующей после гостиной, где они сидели перед обедом, двери и Вайла прикоснувшись к небольшой пластине около дверной ручки, открыла дверь.
В просторной комнате, метров этак, пять на семь, около окна стоял диван со столом, рядом с ними, большая кровать, а за дверью, в левой стене, скорее всего, так же, как и в гостиной, находились туалетная и ванная комнаты.
Подойдя к двери и открыв ее, Павел убедился в верности своей догадки, за дверью действительно был небольшой тамбур, с двумя дверями, ведущими в туалет и ванную. Закрыв за собой дверь, Павел прошел в ванную, воспользовавшись которой, помыв руки и лицо, посмотрелся в зеркало.
– Да уж, я тут первый день, а вид, словно пару дней уже не брился, – с некоторым удивлением, пробормотал Павел, разглядывая, свое, заросшее щетиной лицо, – похоже меня не сразу в этот мир перебросили.
Оглядевшись и не обнаружив никаких бритвенных принадлежностей, Павел, направившись на выход, подумал, – что нужно будет узнать, чем тут обычно бреются.
Толкнув дверь, Павел удивился, что та не открылась с первого тычка, словно ее держат снаружи, но стоило ему толкнуть ее повторно, как она легко поддалась и распахнувшись, открыла Павлу, ошеломивший его, великолепный вид обнаженной Вайлы. Это настолько его поразило, что, не в силах оторвать взгляд, от прекрасного тела девушки, Павел только что и смог, что хриплым голосом уточнить, – ты же, вроде, собиралась ночью прийти?
– Я не могу больше ждать, я хочу стать твоей прямо сейчас, – положив руки ему на плечи и подтянувшись на цыпочках к его уху, с придыханием, произнесла девушка.
Быстро сбросив с себя одежду, даже позже удивляясь, насколько скоро у него это получилось, Павел прижал девушку к себе и поцеловав, подхватил на руки, шагнув к кровати, а мелькнувшие было мысли о ее возрасте, сразу исчезли, сменившись уверенностью, что он никогда, никаких сомнений, по этому поводу и не испытывал.
– Извини, что я такая эгоистка, я понимаю, что Илойн нужно помочь, и возможно, ты ее спасение, но я не могла себя заставить, чтобы она оказалась в твоих объятьях раньше меня, – смущенно потупив взор, лежа рядом с Павлом, и водя пальцем по его груди, виноватым голосом оправдывалась Вайла.
– Можешь объяснить мне, в чем конкретно дело, а-то я, что-то, ничего не понял, – притянув девушку к себе и поцеловав в губы, попросил Павел.
– Илойн страдает от болезни, из-за которой, постоянно хочет отдаться мужчине, – отведя взгляд, ответила Вайла.
– В моем мире, тоже есть нечто подобное, и называется у нас эта болезнь, нимфомания, – понимающе кивнув, ответил Павел, хотя и не знал, настолько ли сильно, земных нимфоманок влечет к мужчинам.
– Илойн не может этому противится, если она не сделает этого, ее тело, скручивает сильная судорога, – оправдывая служанку пояснила Вайла.
– А вот это уже действительно плохо, – с сочувствием пробормотал Павел и все еще не понимая, при чем тут он, поинтересовался, – ей можно как-то помочь?
– Ее обследовал столичный целитель и сказал, что ей может помочь только «проклятье суккуба», которое, свяжет ее с одним единственным человеком, что сможет ее удовлетворить и совместим с ней на ментальном уровне, которому, она и будет принадлежать всю жизнь, – ответила девушка.
– Ты думаешь, что это я? – спросил Павел.
– В том что ты сможешь ее удовлетворить, я теперь не сомневаюсь, а вот на счет остального, это уже зависит от тебя, – томно потянувшись, ответила девушка и опять отведя взгляд пояснила, – пытаясь найти того единственного она побывала в постели и у дяди Гайса и у отца с братом, и еще у нескольких мужчин и если ты, сможешь принять, это ее прошлое, то возможно, все получится, по крайней мере, она в это верит, иначе, не пыталась бы остаться с тобой наедине.