Эль Корн – Цикл. Проект «Морфей». Книга 1. «Посланник богов». (Все эпизоды) (страница 13)

Он знал об увлечении дочери людьми и хоть не поощрял это, но и не противился, позволив Вайле, самой решать свою судьбу, самой совершать ошибки и исправлять их. Про проблемы ее служанки, он тоже знал и даже «помогал», справиться со связанными с ее болезнью с физическими потребностями ее тела, и не только он. Гайс и его сын, тоже побывали в объятьях этой мейры, как и еще несколько слуг из усадьбы, но, в отличие от него, их хватало только на один раз.

У нее, конечно, было великолепное тело, но даже он, будучи человеком и не имея способностей к эмпатии, зная о болезни Илойн и ее потребностях, испытывал с ней, внутренний дискомфорт. Каково же было им, как и большинству мейров, чувствительным к эмпатии, чувствовать, что она, была с ними не по желанию, а из-за принуждения своего тела.

Этот же человек, похоже, не только сумел удовлетворить физические потребности этой несчастной корви, но и психологически привязал ее к себе, что, как говорил обследовавший Илойн целитель, должно было облегчить ее дальнейшее лечение.

Гленор очень надеялся, что этот неизвестно откуда появившийся человек, сделает всех счастливыми, и его дочь, и ее служанку и сестру его Ориан и всех, с кем, этого человека, сведет судьба.

Глава 4.

* * *

Выйдя на улицу, Павел, поправил ремень с ножнами, выданный из своих запасов Гленором, остановившись на крыльце, в ожидании повозки, и своей спутницы, отлучившейся по делам. Ориан и ему предлагала подождать экипаж в доме, но Павел отказался, решив подышать уличным воздухом, наполненным цветочным ароматом, скорее всего, от кустов, с небольшими розовыми цветами, растущих вокруг, мощеной площадки, перед домом.

Минут через двадцать из-за угла дома выехала четырехосная, открытая коляска, мало чем отличная, от виденных им в фильмах, еще на Земле, аналогичных экипажей. Проехав рядом с тамбуром, экипаж сразу же развернулся и стоило ему, подъехав к ступеням и остановиться, как позади Павла послышались шаги и обернувшись, он увидел, вышедшую из дома Ориан, в сопровождении Вайлы и Илойн.

– Похоже, теперь, это мой личный эскорт, а еще недавно, о таком красивом сопровождении, я мог только мечтать, – подумал Павел, любуясь девушками и с восхищением негромко произнес, – а теперь же, это моя жизнь.

– Ты же не думал от нас убежать Пав-л, – в голос проворковали мейры, с обеих сторон, положив ему руки на плечи.

– После всего, что ты сегодня со мной сделал, это было бы бесчестно и жестоко, – легонько куснув его за ухо, томно прошептала Илойн.

– Ты же нас возьмешь с собой, не оставишь, скучать одних, – тут же, шепнула со своей стороны Вайла.

Ладно, ладно, – примирительно подняв руки ладонями от себя, произнес Павел и бросив взгляд на экипаж, добавил, – места вроде много, на всех хватит.

«Транспортное средство», было хоть и не маленьким, но для трех человек, на одном сиденье, все же немного тесновато и девушки, под смешки Ориан, начали препираться кто куда сядет. Вайла давила на то, что она будет женой Павла и должна сидеть рядом с ним, а Илойн оппонировала тем, что именно поэтому, она должна позволить ей, проводить с Павлом, больше времени. Не известно сколько бы, продолжалась эта перепалка, но Павлу, это начало надоедать, и он уже собирался сам, пересесть на противоположное сиденье, к Ориан, но тут, Вайла применила «грязный прием», напомнив, что Илойн, пока еще рабыня и если не пересядет, то Вайла, как его будущая жена, вообще запретит Павлу брать ее в младшие жены.

– Жадина ты Вайла, жадина и злюка, – насупившись, буркнула Илойн, поднимаясь, и пересаживаясь на противоположное сиденье, рядом с Ориан, оставив, победно улыбающуюся хозяйку рядом с Павлом.

Выехав из имения Геренков, экипаж доехал до Западного проспекта, свернув на который, метров через пятьдесят, они опять свернули, но уже налево и проехав, после углового участка, еще две усадьбы, выехали из жилого сектора. Теперь, справа тянулся пустырь, за которым, вдали, был виднелся забор, за которым, среди деревьев, мелькали одноэтажные домики. Слева же, сразу за последним имением, огороженный участок, с небольшим домиком, с вывеской «Лавка Щерка» и табличкой, Левая Речная улица. Затем, на небольшом удалении, трактир с вывеской «Речной», а немногим далее, отделение «почтово-курьерской службы», затем, дорога уходила левее и так до речки, вдоль которой, тянулись очередные участки с домами.

Дальше, по дороге, тянущейся между мощеной набережной и усадьбами, они доехали до перекрестка, свернув на котором, выехали на мост, за которым, опять вдоль усадеб, таверны «Заречная» и очередной лавки. За лавкой, опять тянулся пустырь, затем, двухэтажные, внешне схожие с земными «коммуналками», как прозвали в народе, многоквартирные дома, с малогабаритными квартирами, строящимися, в свое время, для быстрого обеспечения населения жильем, после которых, они выехали на широкую улицу. Судя по табличке, на одном из домов, улица носила, говорящее само за себя название Центральный проспект, что уже не удивляло Павла, пришедшего к выводу, что с названием улиц, в этом мире, особо не заморачивались.

Минут через десять, экипаж сбавил ход и развернувшись, остановился, на противоположной стороне улицы, возле небольшого огороженного участка, между «хрущевок» с небольшим домиком и вывеской, «Швейная мастерская Финей».

Подойдя к мастерской, Павел, как обычно, открыв дверь, пропустил девушек вперед и только потом, войдя следом и прикрыв за собой дверь, остановился осматриваясь. Нормальный такой зал, квадратов, наверное, в пятьдесят, с прилавком, отгораживающим, небольшую часть зала, с правой, от Павла, стороны.

Стоящий за прилавком мейр, судя по ушам, из людей-львов, скорее всего, знакомый с семейством Геренков, приветствовал сопровождающих Павла девушек, склонившись в поклоне и не видел, вошедшего следом Павла. Выпрямившись же и увидев еще одного «гостя», мейр, резко отступил, потянувшись к поясу и споткнувшись, об что-то лежащие на полу, с удивленным возгласом и грохотом, упал на спину. Тут же одна, из расположенных за стойкой дверей раскрылась и в зал заглянула, миленькая круглолицая девушка, с торчащими из каштановых волос, заостренными светло-коричневыми, с кисточками на кончиках, пятнистыми ушками.

Взглянув себе под ноги, мейра подняла взгляд на Павла, ее большие глаз удивленно округлились, став еще больше, а рука потянулась к поясу, на котором, в отличии от упавшего мейра, висел короткий меч, как подумал Павел, для ближнего боя, в тесных помещениях. Рванувшись вперед, девушка подпрыгнула, взмыв в воздух, упершись левой рукой в прилавок, а правой, выхватывая меч.

Над прилавком взвились стройные ножки, задравшаяся короткая юбка и…, то ли, нижнее белье телесного цвета, то ли, полное его отсутствие. Все произошло так быстро, что Павел не успел точно, разглядеть, а вернее даже не пытался, занятый другим.

– Твою ж, мать, мне бы сейчас уметь использовать магию, пока я еще жив, а не потом, – подумал Павел, припомнив обещание Гленора и в голове что-то щелкнуло, и он услышал холодный, металлический голос, – внимание. экстренная ситуация, опасность, жизнь игрока под угрозой, рекомендуемое действие, активация наноботов».

Пока Павел, раздумывал, чтобы это значило, перед его глазами появилась, полупрозрачная табличка, с рядами значков, схожими, с виденными им, на обнаруженном на Марсе разбившемся инопланетном корабле, довольно быстро сменившаяся понятным текстом.

«Внимание, жизнь игрока под угрозой.

«Внимание. Активация преждевременна, сброс прогресса до 37%.

Внимание. Рекомендуемое действие – «активация наноботов и ускорение реакции»».

Стоило Павлу, мысленно ткнуть в надпись, – «активация наноботов и ускорение реакции», как мир вокруг замедлился, мейра, «переплыв» через прилавок медленно коснулась ногами пола, ее меч, плавно двинулся к его шее. Ориан замерла, с полуоткрытым ртом, а Вайла и Илойн, медленно, как в замедленном кино, медленно плыли над полом, в его сторону.

Не имея информации, сколько это все может продлиться, Павел просто шагнул вперед, сделав первое, что пришло ему в голову, пытаясь повторить подсмотренный в каком-то фильме «финт», вернее попытался повторить, поскольку его куртка была с короткими рукавами, а не с длинными.

Скинув куртку и просунув клинок в оба рукава, он натянул один рукав на руку девушки так, чтобы куртка, свисала как с плечиков, с меча и ее руки, свисающий же подол, Павел схватил с двух сторон, скрутив в жгут. Далее, он планировал, как в фильме, перекинуть, получившийся из куртки канат через руку девушки, повиснув на нем всем своим весом, но, побоялся сломать ей при этом руку, решив пойти другим путем. Чувствуя, что его время уже на исходе, он попросту направил меч мейры в пол, потянув куртку со всей силы на себя.

– Отмена действия, возвращение в норму, – услышал Павел в голове, холодный безжизненный голос и все пришло в движение.

Честно говоря, Павел представлял все это, несколько по-другому, но реальность, частенько идет в разрез с вашими ожиданиями, вот и тут, вышло также. Клинок, ткнувшись в пол, с глухим ударом звякнул, обломившись, а мейра, влекомая дальше курткой, налетела по инерции на Павла, сбив его с ног и он грохнулся на спину, а следом, сверху, на него свалилась и девушка, приземлившись своей попкой, прямо ему на грудь, выбив из его легких весь воздух. Единственное, что его порадовало в этой ситуации, так это то, что у восседавшей на нем девушки задралась юбка и он, между двух мускулистых ножек, отчетливо рассмотрел, кружевные, телесного цвета трусики.