Эль Кеннеди – Метод Чарли (страница 53)
— Уилл…
— Так что если ты действительно веришь в то, что говоришь, то… — Я пожимаю плечами. — Тогда ты права. Будет лучше, если мы больше не будем видеться. Я не могу говорить за Бека, но общество и так достаточно осуждает. Мне не нужно, чтобы девушка, с которой я встречаюсь, тоже осуждала то, как мы проводим время. Ты хочешь, чтобы я удалил твой номер?
Она выглядит потрясённой, словно не ожидала, что я скажу что-то подобное.
— Нет. Ты можешь писать мне по любым вопросам, связанным с учёбой.
— Понял. — Я делаю шаг, чтобы уйти. — Увидимся завтра в лаборатории.
•••
Мексиканский ресторан в городе тише обычного, несмотря на обеденный час, что является маленьким облегчением, учитывая водоворот мыслей в моей голове. Когда я вхожу, я сразу замечаю свою мачеху за столиком в углу. Как и Тесса Диас, она выделяется как бельмо на глазу в маленьком городке Массачусетса. Она — Вашингтон с головы до ног в элегантном чёрном брючном костюме, её пепельные волосы закручены в идеальный пучок.
Но хотя она выглядит так, будто принадлежит к окружению конгрессмена, в ней также есть теплота, которой не хватает большинству этих вашингтонских кровопийц.
Её лицо озаряется при виде меня.
— Привет, дорогой. Рада тебя видеть.
Она встаёт, чтобы обнять меня, и мне не нужно сильно наклоняться, чтобы поцеловать её в щёку. Келси почти метр восемьдесят, всего на пару сантиметров ниже меня.
— Привет, Келс. Ты выглядишь отлично.
— Спасибо, малыш. Иди сюда. Садись. — Она берёт меня за руку и ведёт к стулу. — Я так рада, что ты смог выкроить время в своём хаотичном расписании, чтобы встретиться со мной.
— Эй, это я должен тебя благодарить. Это ты приехала сюда из Бостона.
— Я знаю, но я делала это предложение дюжину раз, и почти невозможно заставить тебя его принять. — Её светло-зелёные глаза сверкают, давая понять, что она дразнит меня.
Она права. Я редко принимаю её приглашения на ланч, но это потому, что когда она в городе, мой отец обычно с ней. Как и я с папой, она родилась и выросла в Бостоне. Она часто навещает своих родителей и каждый раз просит меня увидеться, и это напоминание вызывает укол вины, когда я вспоминаю все случаи, когда отказывался.
Правда в том, что я люблю Келси. Она блестящая. Красивая. Успешная. Забавнее, чем кажется. Такая женщина, как она, потрачена на моего отца.
Я думаю, что мой отец не способен на искренние связи. Отношения для него стратегичны, основаны на статусе, а не на взаимной привязанности. Он редко позволяет кому-либо заглянуть за его тщательно выстроенную внешность.
— Ты знаешь, как бывает с хоккеем, — говорю я с неловким пожатием плеч. — Это изнурительный график.
Она понимающе улыбается.
— И это первый раз за весь год, когда я в Бостоне без твоего отца.
Попался.
Когда приходит официантка, мы оба заказываем кофе. Келси просит больше времени с меню и ждёт, пока женщина уйдёт, прежде чем бросает на меня обеспокоенный взгляд.
— Алессия говорит, что ты не ответил ни на одно из писем твоего отца о Рождестве.
— Ты имеешь в виду письма
Моя мачеха вздыхает.
— Может быть, но приглашение исходит от него. Он очень хочет, чтобы ты приехал домой в этом году и остался дольше, чем на одну ночь. — Она приподнимает одну бровь. Она из тех блондинок с тёмными бровями, что подчёркивает её поразительные черты. — И не говори мне, что твой график не позволяет, потому что Алессия проверила, и у твоей команды полная неделя каникул на праздники.
— Не нужно меня винить, — говорю я, закатывая глаза. — Я уже планировал. Просто не было времени ответить по электронной почте.
— Хорошо. Я рада. Будет приятно иметь тебя дома.
Мы берём меню, делаем заказ, когда официантка возвращается с двумя чашками кофе.
— Может быть, вы с отцом сможете сделать что-нибудь интересное в один из дней, когда ты будешь дома, — предлагает Келси. — Позавтракать в вафельной? Найти бильярдную?
Я не могу сдержать смех.
— Вафельную, я понимаю. Это идеальное место для фотосессий. Но бильярдная? Зачем? Он пытается охватить новую целевую аудиторию избирателей или что-то в этом роде?
— Уилл. Не всё является инструментом для кампании. Твой отец просто хочет провести с тобой немного времени.
Я наклоняю голову в знак вызова.
— Правда. Он тебе это сказал?
— Ну, не в таких словах, но…
Из меня вырывается очередной смешок.
— Келс, я люблю тебя, но тебе больше не нужно этого делать. Оставь попытки свести отца и сына. Это ни к чему не приводит.
— Приведёт, если ты позволишь.
Я вздыхаю.
— Пожалуйста, не пойми меня неправильно, но я понятия не имею, что ты в нём находишь.
Её тон становится ироничным.
— Твой отец не так уж плох. Ты просто слишком предвзят, чтобы это увидеть.
— Приведи один пример, — бросаю я вызов. — Дай мне понять.
Это вызывает у неё лишь пожимание плечами.
— Я могу привести множество. Меня привлекают влиятельные мужчины. Мне нравится наш образ жизни. Мне нравятся дискуссии и дебаты, которые у нас бывают — он очень умён и может вести стимулирующую беседу, в отличие от многих других мужчин, которых я знаю. Он решает проблемы. В прошлом месяце у меня была проблема с одним делом, и он часами сидел в моём офисе, обсуждая её со мной. Он не самый терпеливый или ласковый мужчина, но у него есть свои сильные стороны.
— И у него есть свои слабые стороны, — парирую я. — Например, тот факт, что его имидж значит для него больше, чем его семья.
Она не спорит с этим.
— В любом случае, одна из причин, по которой я хотел встретиться сегодня, — попросить тебя о помощи, — признаюсь я. — Мне нужно, чтобы ты поговорила с папой и сказала ему, чтобы он отстал.
Келси понимающе кивает.
— Вся эта медийная ерунда?
— Ага. — Я отпиваю кофе, его горечь соответствует моему настроению. — Он наседает на меня с этими интервью и не отступает. Я согласился на статью в Capitol Magazine и тот дурацкий телесюжет, но это всё. И тут вдруг Алессия пишет мне, что папа хочет организовать для меня пресс-тур в мае. Прямо во время экзаменов. Какого чёрта?
— Он переизбирается следующей осенью, — напоминает мне Келси. — И ты знаешь правила, дорогой. Тебе нужно будет появляться в предвыборной кампании. Нам обоим. Это важно для него.
— Я понимаю это. Но колледж важен для меня, — говорю я ровным тоном. — Мне нужно сдать выпускные экзамены, если я хочу закончить. У меня не будет времени быть его плакатным мальчиком. Мне нужно, чтобы ты поговорила с ним, хорошо? Скажи ему, что я сделаю обязательные появления на кампании, но не раньше выпуска.
Она подпирает подбородок рукой.
— Ты знаешь своего отца. Как только он что-то задумает…
— Да, но тебе всегда удавалось до него достучаться. Пожалуйста, ты единственная, кто может его успокоить. Он тебя слушает. Мне нужно, чтобы ты поддержала меня в этом.
Келси молчит мгновение. Её всегда трудно читать, по крайней мере, когда она не хочет, чтобы её читали. Вероятно, это свойство юриста. Но когда она снова говорит, её голос мягок от эмоций.
— Ты знаешь, я всегда буду поддерживать тебя, Уилл. Я была на твоём месте, пытаясь балансировать между тем, что хочешь ты, и тем, что ожидают от тебя другие, так что я сделаю всё, что смогу, чтобы твой отец ослабил хватку, хорошо? Я поговорю с ним.
— Спасибо, Келс. — Я чувствую, как груз спадает с моих плеч.
Я могу не называть её «мамой», но я всегда считал её ею, даже если у нас нет общей крови. После смерти моей матери Келси пришла и без колебаний заполнила эту пустоту. Я доверяю ей. На самом деле, я доверяю ей больше, чем своему отцу, который делит со мной кровь.
Она протягивает руку через стол и сжимает мою.
— Ты сосредоточься на учёбе, хорошо? Позволь мне разобраться с твоим отцом.
Глава 26
Шарлотта