Эль Дар – Сплетая судьбы (страница 5)

Я прикрыла рот ладошкой, неужели речь идет обо мне? Еще этот Адам уставился на меня внимательным вопросительным взглядом. Что? Я развела руками в стороны, показывая, что сама ничего не понимаю.

– И что в ней особенного, Агата? – как-то устало спросил Ронан, – чем она отличается от многих таких же твоих послушниц. Они для меня вообще все на одно лицо, еще и ходят в одинаковой одежде, одну от другой не отличить.

– Я не знаю Рорин, с ней с самого начала все не так, – вздохнула Агата, – ведь это ты привез к нам ее, выжившую в той деревне. Помнишь? Она все бредила про свет, просила его остаться. Мы готовились облегчить ее уход за Грань, но она удивила всех. Так отчаянно цеплялась за жизнь, что свет в ней начал расти вопреки всему, медленно, но рос. Она мало того, что исцелилась, так стала невероятно Яркой, не представляю, чего ей это стоило. Три года она даже не могла встать, и потом еще два оставалась слепой, но упрямой. И я уверена, что Тени ищут именно ее, она как магнит их притягивает. Где она, туда будет ползти тьма и я не знаю почему и что с этим делать.

– Мы Древние, отличаемся от людей, тебе ли этого не знать Агата, – его голос стал тихим и словно шипящим, – наша жизнь не такая хрупкая и короткая.

– Поэтому богиня Айне и послала, то, что ты называешь проклятьем, вы заигрались в богов и ты знаешь к чему это привело. Ведь это один из вас создал Теней. Тот, который решил, что ему не нужен свет Айне. И что теперь Рорин? Тени высасывают свет из нас, из людей, чтобы их Хозяин мог жить, если это можно назвать жизнью. И конечно они будут охотиться за теми, в ком этот свет сияет ярче, а ярче всех он сейчас в Айлин. И я боюсь представить зачем она еще могла понадобиться хозяину Теней. А все те Яркие, что пропали бесследно и мы не смогли предать земле их тела? Думаешь я не знаю, что их пропадает все больше. Это твоя задача Рорин оберегать теперь этих людей. А Айлин, я не знаю точно, но чувствую вас связывает что-то, ведь не случайно именно ты нашел ее.

– И что же мне теперь собирать вокруг себя всех, кого я спас? Пусть найдет пару, выходит замуж и это будет проблема мужа уберечь свою женщину, – с какой-то горечью ответил Древний.

– Чем сильнее Яркая, тем труднее найти пару, я боюсь Айлин не суждено встретить своего мужа…среди людей уж точно, – пробормотала старушка, словно самой себе.

Я все в большей растерянности стояла под дверью, размышляя над услышанным. Было так горько осознавать такое пренебрежение к людям и к себе, в частности. Ведь он даже не знал меня, ну конечно, одна из многих, незапоминающихся лиц.

Обернувшись, я поняла, что осталась одна, Адам исчез так же незаметно, как и появился. И мне надо было уходить, это еще повезло, что меня никто не застукал, греющей уши у этой двери. Да и выйти могли в любой момент, Рорину явно не нравился этот разговор.

Глава 5. Айлин

Добравшись до своей комнаты, обрадовалась, что мои спутницы еще не вернулись. Хотелось побыть одной, обдумать слова, которые такой тяжестью легли в душу, резали ее словно острыми гранями. Яркие пропадают! Почему я об этом не знала, почему не догадывалась. Мое восприятие мира было таким ограниченным, а сейчас словно пелена с глаз упала.

Нас берегли, скрывали правду, недоговаривали. Я так ясно увидела все недомолвки, отведенные взгляды, внезапно прерванные разговоры, и ту боль в глазах матушки настоятельницы. Скольких она уже потеряла? И все это из-за Древних, из-за их гордыни, алчности, желания власти?

И теперь этот Рорин, мой Рорин, которого я боготворила и мечтала о нем, что приедет и влюбиться в меня с первого взгляда, а он воротит нос от меня, даже не увидев. Конечно, это были глупые девичьи фантазии, но они помогали мне выживать.

И зачем матушка пошла к нему, унижаться. Да я теперь не пойду с ним, даже если он согласится. Пусть уезжает, пусть бережет остатки своего вымирающего Рода и никогда больше не появляется в моей жизни.

Матушка вернулась с грустью в глазах, хотя и пыталась вести себя, как всегда, но я видела, что она подавлена. Видимо их беседа с Рорином не закончился ничем хорошим. Разговоры как-то не клеились, усталость брала свое, поэтому улеглись спать сразу как стемнело. Райя и Кира повертевшись затихли и их размеренное дыхание говорило о том, что они провалились в глубокий сон, намаявшись за день.

Я же ворочалась и не могла найти себе место. Боясь разбудить девушек, встала и подошла к окну. Стояла теплая весенняя ночь, такая тихая и безмятежная, что так контрастировало с моим внутренним состоянием.

Поняв, что сейчас заснуть не смогу решила вернуться в библиотеку, книги меня всегда успокаивали, а тут их так много и вряд ли я кому помешаю в столь позднее время. Быстро надела платье, взяла светильник и направилась по уже знакомому пути.

Дверь в библиотеку была приоткрыта, я тихо прошла внутрь и подошла к стеллажам рассматривая названия книг. Тут было так много редких изданий, что глаза разбегались и руки не знали, что хватать. Я проводила пальцем по корешкам особо приглянувшихся так и не в состоянии выбрать. Не знаю сколько времени я так провела, но резкий голос сзади заставил меня подпрыгнуть от неожиданности.

– Ищешь что-то конкретное?

Я резко обернулась, но из-за того, что говоривший был в тени я не могла рассмотреть его, но голос я бы не перепутала ни с чьим другим. С ног до головы я покрылась мурашками, ноги так и хотели подогнуться, и я прикидывала смогу ли выбежать мимо него из комнаты, ну не погонится же он следом, в самом то деле.

Потом вспомнила обреченность во взгляде матушки настоятельницы, все слова, которые я не должна была слышать. Но я слышала, и все мое негодование вернулось. Захотелось посмотреть этому человека в глаза. И он словно услышав, подошел ближе, попадая под свет от моего светильника.

Рорин был высокий, самый большой человек, которого я видела в своей жизни, я сама, хоть и не считалась маленькой, но доставала ему только до подбородка. Он смотрел на меня своими черными глазами будто видел насквозь, но я слишком долго была слепой и привыкла не обращать внимания ни на внешность, ни на взгляды. Так же меня совершенно не трогала его красота, такие правильные, но суровые черты лица.

С точки зрения обычных девушек, наверное, он был очень красив, меня же его внешняя красота не вводила ни в какие заблуждения, даже стало обидно, пусть бы он лучше выглядел страшно непривлекательным, таким, как и его злые слова.

Мы пялились друг на друга словно это была дуэль. Но я первая отвела взгляд, все же хоть и нечаянно, но это я нарушила его уединение. То, что он уже был в этой комнате сомнений не вызывало, я просто не заметила его в темноте, даже в голову не пришло, что кто-либо будет сидеть в библиотеке без света.

– Извините, я нарушила ваш сон, стоило убедиться, что в комнате никого нет, – проговорила скороговоркой с легкой издевкой, – не думала, что в библиотеке так крепко спится.

– Надо же вежливая какая. А то, что подслушивать старших не хорошо вас настоятельница не учила? – с ехидной усмешкой спросил он.

Вся моя кровь сразу же устремилась к лицу, щеки пылали, как же стыдно, богиня Айне. Он знал, вероятно слышал, как я пыхчу за гобеленом н ничего не сказал, просто позволил мне слушать их с матушкой разговор.

Зачем же он сейчас меня упрекает, незаметно мои ладошки сжались в кулачки и появилась злость. Он играется со мной, со всеми нами, будто мы пыль под его ногами.

– Да, я подслушивала, но только потому, что это касалось меня, – тут я немного слукавила, ведь я не знала о чем пойдет разговор, изначально мне хотелось только увидеть его, моего спасителя, – я не позволю распоряжаться моей судьбой ни матушке, ни вам, ни кому бы то ни было другому.

Его густые черные брови чуть приподнялись в удивлении, возможно ожидал, что я начну извиняться и хотел поманипулировать моим чувством вины. Не дождётся.

– Так значит ты та самая Айлин? – прошипел он, вглядываясь в меня еще внимательней, – Я помню тебя совсем другой.

– Неужели? Даже помните, какая честь. Но не уверена, что мой нынешний облик вы сможете распознать среди других таких же неразличимых послушниц, а может и вообще всех женщин? – не удержалась я, припоминая его же слова.

– У тебя хороший слух и никакого чувства самосохранения, – фыркнул Рорин, – ты знаешь, что я вырывал языки и за меньшее. Понимаешь ли ты с кем разговариваешь девочка, тебе не страшно?

И вот тут я сама не знаю, что именно на меня нашло. Будто напряжение всех лет, которые я ждала его, все кошмары, мое странно чувство одиночества и отличности от других, все это взорвалось, у меня словно вскрыли нарыв, я не могла уже сдержать себя, даже если бы захотела.

– Страх? Нет, я вас не боюсь Рорин Бессердечный. Страшно мне было, когда я ползала в крови и кишках бывших жителей моей деревни, натыкаясь на их тела, или то, что осталось от этих тел. Пыталась согреть руки об их еще теплые внутренности. Когда пришло понимание что кругом так темно, не потому что ночь, а потому что я больше ничего не вижу, будто мне выкололи глаза, и я не переставала щупать их, убеждаясь, что они у меня есть. Страшно, когда остатки тепла и жизни уходят, а ты не можешь даже закричать от ужаса, твой голос уже сорван и горло ободрано до крови. Ты видишь в бреду картинку ясного солнечного дня и облака, плывущие по небу, а через секунду понимаешь, что это была иллюзия. А на самом деле твое тело, которого уже не чувствуешь, все еще пытается то ли выжить то ли умереть в этом мраке и ни капли тепла вокруг, ни капли Света внутри. Пустота, бесконечная и бессмысленная, и она пугает еще больше. И уже хочется, чтоб вернулся страх, потому что это хотя бы какие-то чувства, они говорят, что ты пока жив. Страшно мне было метаться в бреду в монастыре, не помня, не понимая, не видя. Страшно, когда во сне все повторяется снова и снова не давая возможности забыть тот проклятый день, а проснувшись все равно видеть темноту. Я провела в этом кошмаре годы, пока не смогла восстановиться.