Эль Дар – Сплетая судьбы (страница 4)

Представить нас князю планировали только завтра, поэтому мы были предоставлены сами себе. Ужин прошел тихо и спокойно, его нам принесли в гостиную.

Потом матушка настоятельница осталась отдыхать перед встречей, а девочки решили выйти на прогулку в сад, и я пошла с ними, чтоб не вызывать подозрений, но с намереньем тихо ускользнуть.

Вечер обещал быть чудесным, воздух, еще хранящий дневное тепло наполнялся сладким ароматом цветущей сирени, кругом было много весенних цветов, и мы любовались яркими красками после однообразного зимнего пейзажа.

Отсыпанные гравием дорожки вились среди деревьев, цветущих кустов, небольших фонтанов и некоторые из них упирались в очаровательные беседки открытые, или же, наоборот увитые плющом, создающим укромные уголки.

Спрятавшись в одно из таких зеленых укрытий, мы наслаждались пением птиц и думали каждая о своем, когда услышали женские голоса, и судя по тому, что они становились громче, было понятно, что незнакомые девушки приближаются.

Переглянувшись с подругами, я пожала плечами и сморщила нос, не хотелось вести светские беседы, и мы молча решили не показывать своего присутствия, пусть проходят мимо, беседок много, найдут себе подходящее место.

Но незнакомки словно остановились неподалеку, потому что нам отчетливо был слышен их негромкий разговор.

– Он снова выходил вечером и смотрел вдаль с западного дозорного поста, – восторженно произнесла одна из девушек, судя по тонкому голосочку, совсем юная, – стоял так неподвижно, что был похож на изваяние в галерее предков.

– Он всегда смотрит либо вдаль, либо сквозь нас, – отмахнулась другая, и в ее голосе была обида, – его мысли где-то далеко, а здесь лишь красивый силуэт на фоне заката.

– Но какой силуэт, – вздохнула первая, – Он словно выкован из стали, волосы такие черные, а глаза, ты замечала какие у него глаза?

– Замечала, – усмехнулась собеседница, – И плечи его замечала, которые созданы не для пиджаков, а чтобы держать на них весь небесный свод. И осанку, он даже голову поворачивает так, словно корону примеряет.

– Вот именно, он недосягаем, как звезды на небе – послышалось тихо, – о нем столько слухов, о его подвигах, о способностях, о жестокости и надменности.

– Говорят, он проклят, что его сердце не может любить, пока проклятье действует. Это так ужасно быть таким красивым и таким холодным. Знает ли он вообще каково это – когда сердце щемит от красоты заката, или наполняется радостью от смеха близкого человека.

– А я думаю знает, – неожиданно заявила другая, – потому и смотрит так вдаль. Он ищет то, чего у него, возможно, никогда не будет. И от этого он еще более недосягаем, чем нам кажется. Так близко и так бесконечно далеко.

– Но все это не мешает некоторым дамам прыгать к нему в постель. Может рассчитывают, что именно их красота растопит его сердце, глупые. Говорят, у него нет недостатка в желающих его согреть, а он их может и не помнить, смотрит так же, словно сквозь. Готова спорить и сегодня ночью кто-то попытает счастья.

– А я слышала, что у него есть одна постоянная, где-то около его замка. Ну а что, удобно, наверное, – захихикала девушка, может он ее и с собой возит, кто знает.

– Никто не знает Мирра, пойдем обратно, а то уже совсем свежо.

Мы сидели еще в тишине, дожидаясь, когда голоса совсем стихнут. Но первой не выдержала Кира.

– Райя, по-моему, у тебя тут конкурентки на сердце одного из Древних, – захихикала она, – спорим они про самого Рорина говорили?

– Кир, не смейся, я вот верю, что должна же она найтись, кто снимет проклятье и согреет уже эту статую. И почему это не могу быть я или может ты? А вот нашу Айлин он вообще спас, на руках принес.

– Да, и думать о ней забыл сразу же, он бы и щенка притащил, для него, Древнего, может и разницы нет, – рассердилась Кира.

– Мне что-то тоже стало прохладно, пожалуй, вернусь в спальню, – стараясь не показывать, как мне неприятен этот разговор, сказала девочкам.

– Айлин прости меня, я не подумала, что обижу, я ведь помню, как ты ждала его, поэтому и сержусь. А они тут из него героя страдающего делают.

– Не переживай, я выросла, и уже не та маленькая девочка, – повернувшись успокоила Киру и поспешила к замку.

Внутри меня кипела злость, я даже не видела этого Древнего , а уже ревную его. Ревную к этим девочкам, которые засматриваются на его фигуру, к тем, кто приходит в его спальню, и еще больше к той, которая, возможно, его постоянная женщина.

И еще злюсь на себя, потому что чувствую себя такой глупой, полностью принадлежащей тому, кто никогда не будет моим. И мне так невыразимо больно, что я пытаюсь заглушить эту боль злостью.

Я спешу, так как разговоры этих незнакомых воздыхательниц по неживым изваяниям и так задержали меня, и если я упущу возможность увидеть его сейчас, то кто знает, может судьба не сведет нас больше никогда.

Глава 4. Айлин

Хоть я и не знала расположение других комнат в замке, но как поняла из рассказов служанки библиотека и рабочий кабинет, где обычно проводились встречи были на втором этаже правого крыла, вот туда я и направилась.

Если меня остановят, скажу заблудилась, я же здесь первый раз, мне можно. Коридоры были освещены тускло, это было мне на руку, кое-где висели гобелены и в стенах были какие-то ниши, видимо для статуй или картин, некоторые из которых пустовали.

Все это я рассматривала на случай, если мне понадобиться быстро спрятаться, хотя надеялась, что не придется. Мой слух и обоняние были обострены с детства, как это бывает у любого слепого человека и сейчас я прислушивалась к звукам, но шла больше по интуиции.

Дверь в библиотеку была приоткрыта, то, что это именно библиотека я поняла по специфическому запаху книг и пыли.

Заглянув внутрь, увидела там нашу матушку. Она стояла спиной к двери и вертя в руках какую-то книгу смотрела в окно. И тут я услышала вдалеке шаги, кто-то поднимался по лестнице. Я огляделась вокруг в поисках убежища и вдруг меня резко дернули за руку.

Я бы, наверное, закричала от неожиданности, но чья-то большая рука закрыла мне рот. Мы с незнакомцем оказались в темном углу, прикрытом гобеленом, и он продолжал держать меня пока шаги приближаясь становились громче и вдруг совсем замерли рядом с нами.

Мое сердце колотилось так сильно, что казалось его слышно на весь коридор. Когда я уже была уверена, что нас раскроют пришло спасение – из библиотеки, вышла матушка Агата.

– Здравствуй Рорин, – сказала она с такой обреченностью, будто ее придавило тяжелой плитой.

– Агата, не думал, что тебе есть что мне еще сказать, – прозвучало в ответ.

И я вслушивалась в звуки этого поистине чарующего голоса. Низкий, будто вибрирующий, казалось, он волной пробегает по телу. Его хотелось слушать и слушать. Я тряхнула головой, пытаясь смахнуть наваждение. А державший меня человек видимо решил, что я хочу убрать его руку с моего лица и медленно ее отвел.

Дверь в библиотеку закрылась за вошедшими, а я повернулась к незнакомцу и зашипела.

– Что это вообще сейчас такое было?

– Я спас тебя от разоблачения малышка, – с насмешкой прошептал мне Адам, – не думал, что монашки способны на такие шалости. Ты ведь шпионишь, светлячок?

– Ты напугал меня до смерти, Адам. И не называй меня малышкой, – не переставала шипеть я, – и я не монашка.

– Тсс, тебе что не интересно, о чем они будут говорить? Разве ты не за этим пришла.

Ну вот и что на это ответить. Я решила благоразумно промолчать. Гордо выглянула из-за укрытия и тихо подкралась к двери, приставив к ней ухо. Рядом в такой же позе бесшумно возник Адам. Это могло быть смешно, если бы мы не рисковали сильно опозориться.

За дверью послышался недовольный рык, я аж отшатнулась, а Адаму хоть бы что, видимо привык, что его командир рычит. Он только удивленно приподнял бровь и повел ею призывая не отвлекаться на ерунду, а заняться делом. Я снова заняла свою позицию и прислушалась.

Старушку было слышно плохо, а вот Рорин рычал от души.

– Я правильно тебя понимаю Агата, ты просишь меня бросить все свои обязанности и стать нянькой? После твоего пророчества, которое приведет к вырождению моего клана, ты посмела обратиться ко мне за помощью? Ты совсем обезумела старуха? – рычал Рорин, а мои кулаки непроизвольно сжались от обиды за свою матушку. Как он смеет так разговаривать с ней?

– Не я проклинала твой род, я лишь предрекла как это проклятие падет, – глухо ответила Агата, – но падет оно или нет зависит от тебя.

– Эта такая шутка Агата? Если у вас такое чувство юмора, то мне не нравится ваш монастырь. Моей истиной парой должно стать умертвие вот что ты мне сказала, – его рык стал еще ниже, такой звериный, что аж мурашки побежали по спине, – как ты это видишь? На каком кладбище мне откопать свою невесту Агата?

Тут мои глаза наверняка стали похожи на блюдца, но глядя на меня Адам лишь равнодушно пожал плечами и тихо хмыкнул. Видимо для него эта информация не была новой.

– Ты упертый, наглый, не видящий дальше своего носа баран, Рорин, – припечатала его матушка.

И теперь уже Адам изображал глаза-блюдца, он даже рот приоткрыл от изумления, на что я в свою очередь пожала плечами и хмыкнула. Мол, да, и не так еще может наша старушка.

– Мы не знаем точно, что имелось в виду в том пророчестве, оно иносказательно и туманно, лучше бы прислушался к своему сердцу, – говорила тем временем настоятельница, – Я не враг тебе Ронан, а она тем более. Ты прекрасно видишь, что-то совсем темное происходит в глубинах Великого леса. И Тени, они не просто так все больше появляются на наших землях. Они ищут. И я догадываюсь кого. По дороге в замок за нами следили, сопровождали издалека. Я должна ее уберечь, оставаться в монастыре ей слишком опасно, да и взрослая она уже – теперь ее безопасность задача князя, но у него не хватает сил на все, он всего лишь человек, у которого слишком много забот. Да, я хочу, чтоб ты забрал ее под свою опеку.