Эль Бланк – Его добыча (страница 23)
Я тоже смотрела. На обзорный экран. В глазах еще плясали огненные блики, но они не мешали видеть, как неумолимо и синхронно приближаются три капсулы. Меня разрывали два противоположных желания: чтобы они промахнулись, взорвались раньше времени и… чтобы все же достигли цели, покончив уже с этим кошмаром.
– Что, съели? Думали, победили? – неожиданно заорал один из пленных, до этого никак себя не проявлявший. Остальные подавленно молчали – картина боя изменилась в один миг. Скорость транспортника недостаточна, он легкая мишень и слишком близко. – Фиг вам, а не свобода…
Последними словами мужчина словно подавился. Корабль пронзила мелкая дрожь, от обшивки отделилась мутная пелена силового защитного поля и рванула навстречу смертоносным «подаркам». Все столпившиеся в рубке с одинаковым недоумением наблюдали это зрелище на информационных экранах.
Что произойдет? Вопрос одолевал каждого из нас.
Неожиданно ответы нашлись. Пелена остановила капсулы, послужив барьером, заставившим заряды, которыми они были начинены, сдетонировать.
Хлопок. Еще и еще…
Несколько одновременных разрушительных взрывов не нанесли кораблю никаких повреждений. Он, словно в окутывающем коконе непонятного тумана, был в безопасности. Благодаря…
Невольно перевела взгляд на Игеря, ведь только он мог включить систему аварийной защиты. Это же она? Специфику устройства космических грузовиков я не знала – что, если их оснащают чем-то подобным, совершенно невероятным?..
Однако мало того, что штурмана я обнаружила сидящим на полу, а не в кресле, так еще и выражение его лица яснее ясного говорило – не он это сделал. Во взгляде сквозило аналогичное моему недоумение. Тогда кто? И что это за туман? Это же что-то материальное? Неужели?..
Каким-то глубинным наитием я уловила связь между напряженным состоянием удерживающего меня Седьмого и сработавшей защитой. Получается, дьявол действительно может управлять системами и механизмами дистанционно! Это их фантомные фокусы?
– Продолжай, пилот. Кораблю нужно правильное направление, – приказал бесстрастный голос над моей головой, а Третий, вынырнувший откуда-то сбоку, навис над несчастным штурманом, придав убедительности словам очевидного лидера амиотов.
«Не хочешь – заставим» – читалось в выразительной позе недавнего пленника.
– Это ничего не даст! – взвыл Игерь, словно очнувшись. Сплевывая кровь и вцепившись руками в каркас конструкции, вознамерился забраться на сиденье. Получилось со второй попытки – руки и ноги мужчины тряслись. Как и голос, в котором слышались истерические нотки. – У крейсера низкий потенциал разгона, это же транспортник! Он даже до границ этой системы не дотянет! Сигнал SOS уже послан по всем ближайшим планетам. Скоро прибудет подмога, вас в порошок сотрут!
И нас заодно… Впрочем, кого волнуют наши жизни? Все это я мысленно отмечала, но как-то безразлично, в лапах чудовища ощущая себя как никогда обреченной.
– Не. Твое. Дело. Выполняй, – отрывисто припечатал Седьмой.
Перехватил меня удобнее, оторвав от пола. Подошел к другой панели управления, присматриваясь к мерцанию активных датчиков. Коснулся, словно погладив поверхность консоли, и замер, будто задумался.
Я ему не мешала, безвольной куклой обмякнув в сильных руках. Не в том смысле, что боялась пошевелиться, хотя в этом была изрядная доля истины: тело словно онемело, парализованное предчувствием расправы. Нет, я не мешала Седьмому в буквальном смысле, он просто не замечал веса моего тела. Так ребенок между делом таскает любимую игрушку, с которой не хочет расставаться.
Мне ничего не оставалось, кроме как смириться с неудобным положением. Все лучше, чем смерть. Не имеющие опоры ноги нелепо болтались, дышать было трудно – перехватившая поперек груди рука давила, сжимая тело тисками, но ничто из этого не заставило бы меня шевелиться. Все стерплю, лишь бы не напоминать о себе, – билась единственная мысль в голове. Жить хотелось отчаянно и вопреки всему!
Что стало с другими пленниками амиотов? Те, кого не удержали крепления, – погибли, кто-то, подобно Игерю, сильно ударился, другие отделались испугом. Но бросаться на помощь или хотя бы окликнуть друг друга не пытался никто. Возможно, подобно мне, думали, что гибель неизбежна, и вопреки всему отчаянно желали выжить.
А монстры, наоборот, едва ударная волна угасла, активно задвигались, поднимаясь с пола, перемещаясь по рубке, и принялись помогать себе подобным. Даже среди амиотов не все оказались такими стойкими, как мой преследователь. Или они хуже контролировали новообретенные тела?
Та женщина, что прежде лежала у моих ног, сейчас сидела, бестолково вертя головой и покачиваясь, словно от слабости. Рядом с ней на колени опустился амиот из числа тех, кто чувствовал себя уверенно. Он осторожно положил руки ей на плечи и молча пытался поймать расфокусированный взгляд. Рядом, с необъяснимой напряженностью наблюдая за ними, замерла парочка, недавно едва не подравшаяся из-за внимания «дамы».
Неподвижным по-прежнему оставался лишь Седьмой. Не знаю, чем ему так приглянулась консоль, но свободной руки он от нее не отнимал. Мне показалось, в его груди заклокотало что-то низкочастотное, похожее на мурлыкание, – довольное, умиротворенное… Что это могло значить?
Гадать можно было бы долго, только амиот сам ответил на мой безмолвный вопрос.
– Синхронизация. Двигатель любит энергию. Как и я.
Я вздрогнула и вывернула шею, чтобы встретиться своим наверняка ошалелым взглядом с сиреневым сиянием глаз чудовища. Задохнулась, осознав, что это не совпадение, он на самом деле ответил
Зачем? Как? Словно мои мысли прочел, я же не произнесла вслух ни слова!
Ответов не было. Мой пленитель больше ничего не сказал, а его взгляд ушел в сторону – объектом интереса Седьмого вновь стал Игерь.
– Теперь скорость достаточна? – равнодушно поинтересовался амиот. Едва штурман кивнул, потрясенно взирая на столбики устремившихся вверх контрольных показателей, продолжил: – Как скоро ты запустишь
Другой… Ведь у крейсера два способа движения! Сейчас мы летим на обычных маршевых, или, как их проще называют, планетарных двигателях. Они хороши в обычном пространстве, внутри звездных систем, для полетов между планетами. Однако межзвездные расстояния, куда более масштабные, требуют иного принципа движения – через тонкую структуру подпространства – и работы иного типа двигателя, плазменного.
– Мне… – штурман хрипло закашлялся, не то в растерянности, не то от страха, – координаты нужны. Без них…
– Любые, – бесстрастно перебил амиот. – Сейчас нет точной цели. Просто уйти. Потом изменим.
– Во время погружения сменить направление не выйдет, – авторитетно бросил Игерь и тут же вжался в кресло, жалея о своей реплике.
Опомнился, что только что лично наблюдал невозможное? Хотя реальных причин для такой реакции не было: Третий на его заявление не отреагировал, а Седьмой…
– Не важно, – отмахнулся, как от мухи, и повторил вопрос: – Когда?
– Через шесть часов. Нам требуется не только высокая скорость, нужно выйти в околозвездное пространство.
Не поняла, устроил такой ответ амиота или нет. Внешне спокойный, он отвернулся и направился к креслам, что чудом остались прикрепленными к полу. Меня, словно невесомую, так и нес с собой, придерживая рукой.
Едва амиот развернулся, в поле моего зрения попал Игерь. Злость в карих глазах штурмана и кривую усмешку-гримасу на лице увидеть не ожидала. Он… блефовал?! Специально назвал больший срок, чтобы успел появиться вызванный на подмогу флот? Это ловушка?!
Мысль странно совпала с резкой остановкой амиота. Седьмой словно споткнулся, хотя пол был ровным, оглянулся на Игеря, перевел взгляд на меня и неожиданно отпустил.
Лишенная опоры, я рухнула на жесткое покрытие. Невольно зашипела от боли, прострелившей колени, и охнула – это амиот тут же исправил свою оплошность, мгновенно дернув мое тело вверх и поставив на ноги. Подтолкнул к свободному креслу, приказав: «Сядь». И исчез. То есть ушел из рубки, оставив меня в недоумении – то ли он так ничего и не понял, то ли, наоборот, очень хорошо понял и потому решил что-то предпринять. Но что? Осмотреть корабль? Вряд ли знает все его ресурсы, вот и хочет понять, что можно сделать.
Устроилась, пристегнулась, попутно размышляя и настороженно поглядывая на занятых какими-то своими непонятными делами амиотов. Кто-то разминался, словно впервые пробуя возможности тела. Кто-то, подобно Седьмому, оглаживал ладонями настенные панели. Кто-то переговаривался – не всегда членораздельно, но, несомненно, разумно. Кто-то внимательно рассматривал «добычу» – не только издали, но и вблизи, склонившись над сжавшимися от ужаса пленниками и хищно щупая их волосы, руки, ноги…
К счастью, ко мне больше никто не подходил. Видимо, авторитет Седьмого, заявившего на меня права, был незыблем. В некоторой степени это радовало. Хоть в чем-то мне нечего опасаться. Напряжение последних часов и так было запредельным, казалось, еще немного – и я не выдержу, сойду с ума.
Да, станция осталась позади, прямая угроза миновала. Однако в глубине измученного страхом и ожиданием расправы сознания билось: это временно. Сообщение о побеге наверняка послано. Чтобы отреагировать, военным много не потребуется, не пройдут и сутки, как у нас на хвосте будут самые грозные крейсеры, входящие в состав космофлота Конфедерации. Что смогут противопоставить им завладевшие грузовым транспортником амиоты? Ничего. Здесь нет оружия! Так что мы погибнем. Но не прямо сейчас…