Эль Бланк – Его добыча 2 (СИ) (страница 65)
– Троя, – его настолько тихий шёпот, что мне кажется, будто он звучит в моей голове.
– Наверное, я понял… – Долгая пауза, вызванная сладким поцелуем. Сладким уже потому, что нет сил разлепить наши губы. – Про доверие… Помнишь? Ты говорила…
Мое очередное
– Я тебе доверяю.
И это тоже признак доверия, моего доверия. Доверия к мужчине, что пришёл за мной в явную ловушку. Но ещё больше доверия к мужчине, который не смог заснуть, не удостоверившись в наличии у меня еды.
Было много того, за что его стоило ненавидеть. Но перевесило в этой незримой дуэли ненависти и любви то, за что его стоило полюбить.
– Я тебе тоже, – оторвавшись от его рта, чуть отстранилась, продолжая обнимать плечи Кина руками, желая поймать взгляд его сразу распахнувшихся глаз. И увидеть в них то, о чём сам эдаити ещё и понятия не имеет: любовь и нежность.
Мы всё выяснили и всё решили. Что первостепеннее – голос разума или желания тела? Ответ один: существуют мгновения, когда и они едины. Как сейчас…
Не было необходимости в разъяснениях или уроках. Мы просто стремились друг к другу, жаждали всепоглощающей близости, открываясь навстречу с абсолютным доверием. Мы не задумывались о последовательности и осмысленности действий, не фиксировали инстинктивных порывов тел, просто растворились во взаимной потребности и обоюдном желании.
Жарком и тесном, с единым эпицентром силы, вызванной трением и нарастающим давлением страсти. Она нарастала, превратив наши тела в аналог вечного двигателя, функционирующего на пределе возможностей.
Мы задыхались, едва ли осознавая, что отдаем все силы без остатка, что готовы взорваться уже через миг. Взорваться, одновременно испытав полное единение. Чтобы вместе обессиленно рухнуть в пропасть удовольствия и неги. Рухнуть, продолжая сжимать друг друга в объятиях и вслушиваясь в бешеный ритм наших ошалевших сердец.
Силы эдаити безграничны? Я только что доказала обратное, не просто обезоружив Кина, но и обнаружив его обессиленным. Впрочем, и сама оказалась в состоянии только провалиться в сон, уткнувшись лицом в шею дорогого мужчины.
Всё оказалось так просто: достаточно только поверить друг другу. И перестать сомневаться!
– Выспалась?
Вновь проснувшись от ощущения его прикосновений к волосам, я открыла глаза. Кин, уже в облачении из раскроенных и сшитых вместе плоских кристаллических пластин, покрывавших всё тело, кроме лица и кистей рук, присел рядом с кроватью. Чтобы оказаться на одном уровне с моим лицом?
– А почему?..
Какое из сотен моментально вспыхнувших в голове «почему» я хотела озвучить и тут же забыла, стоило резко сесть в кровати. Контраст между моим совершенно обнажённым телом и таким вот закутанным в одеяние телом Кина обескуражил.
– Мне надо было встать раньше, поэтому я уже оделся, – спокойно, даже деловито принялся отвечать эдаити на самое первое моё «почему».
При этом его большая ладонь, вновь подобравшись ближе, гладила меня по голове и спине с такой неописуемо пронзительной нежностью, что мои губы задрожали, предвещая рыдания. Ничего не выяснив, я уже поняла: это прощание.
– Мы с собратьями сейчас уйдём. Все обитатели общины ещё спят, бодрствуют лишь трое, контролируя работающие механизмы. Но они не заметят нашего ухода.
«Почему» в моей голове было ещё много. И кажется, Кин вознамерился ответить на каждое.
– Позже ты сможешь рассказать своим соплеменникам о нас. Ты – одна из них, они примут тебя. Среди них на этой планете твоё место, здесь ты сможешь жить в относительной безопасности.
Я смогу! Всё время он говорил обо мне…
– Мы атакуем базу преследователей. Сегодня мы уничтожим их.
– Нет! – наконец преодолев ступор, я вскрикнула сдавленным от ужаса голосом. – Это бессмысленно. Кин, пойми, уничтожив этот лагерь и всех, кто находится на планете, вы не сможете победить. Они будут прилетать ещё и ещё, но что важнее – им не надо уничтожать конкретно вас, они всегда могут просто уничтожить эту планету вместе с вами. Если поймут, что вы не подчинитесь. А вы не подчинитесь…
– Троя, – при совершенно безэмоциональном тоне, на мгновение прижавшиеся к моему рту губы говорили о нежности. И это просто разрывало мне душу. – Это лишь одна из множества вероятностей. Никто не может знать наперёд. И проиграть наперёд тоже. Не всё так просто. И уничтожить планету тоже не просто. Всё во вселенной взаимосвязано на энергетическом уровне, гибель планеты не останется без последствий.
– Но у вас нет шансов… Даже сейчас!
– Шансы? Они не имеют значения. Мы просто уничтожим тех, кто пленил и преследовал нас.
– Как?! Вы и подобраться к лагерю не успеете. Раньше их силы вернутся к этой равнине, атакуя. И тогда они найдут подземелья…
«И потомков переселенцев» – осталось недосказанным.
– Не успеют. Мы доберёмся быстрее – полетим на мантах.
Ни грана сомнений, что всё получится, – в духе эдаити. Вот почему они вчера так заинтересовались этими любопытными местными летунами.
– Вас радары засекут на подлёте…
– Теперь нет, – Кин ткнул пальцем в балахон бурого цвета. – Эта одежда защитит нас. Эти плоские кристаллы экранируют наше видение, значит, и сканирующие системы военных окажутся бесполезными. В ней мы для них невидимы…
В ужасе я смотрела на Кина: не таким мне виделось сегодняшнее утро.
– Давай рассмотрим другие варианты? – сделав глубокий вдох, я попыталась отговорить любимого мужчину от рокового шага. – Если эти кристаллы такие необычные, то подземелья для военных – тайна. Не стоит ли вам заручиться помощью аборигенов, укрыться в этих подземных лабиринтах, позволив военным разрушить всё на поверхности? Решив, что вы уничтожены, они рано или поздно уберутся назад. А тут люди так хорошо всё устроили – можно укрываться очень долго.
– Они не уйдут, не убедившись в нашей смерти, не обнаружив опустевшие тела – все до единого. Противник хорошо знает наши возможности и поэтому не поверит в такую лёгкую гибель. И ты заблуждаешься насчёт обитателей этой общины. Они совершенно точно обречены. За три поколения на планете им не удалось встроиться в её мир. Люди всё так же не могут противостоять ультразвуку, не пользуются и не исследуют зияния, большая часть планеты для них запретная зона. А в своей обыденной и каждодневной жизни они полностью полагаются на ресурсы из прошлого. Они всё ещё словно продолжают доживать на рухнувшем под землю корабле, используя его жилые блоки и реакторы. Но этот ресурс исчерпаем, фактически скоро они лишатся энергии. Мы чувствуем такое. Что тогда? Окажутся запертыми в подземной пещере без света и тепла, не способными видеть в темноте или обогреваться. Люди одичают и погибнут.
Стоило увидеть это место глазами Кина, как всё очарование и восторг пропали. Склеп…
– Тогда зачем ты оставляешь меня здесь?
Кин стремительно прижал к себе, обнимая.
– Если мы не победим, то исчезнем. Но я буду знать, что моя добыча в том месте, где она сможет жить. На твою жизнь энергии хватит. Ты должна постараться убедить местных не раскрывать себя военным. Иначе вы все ненамного переживёте нас.
– Ты просишь о невозможном, – глухо пробормотала в плечо Кина, не желая отпускать его. – Они меня не послушают. Для них появление землян – единственно значимая цель.
– Не рассуждай о шансах, просто убеди их.
В этом все эдаити!
– А что до вас? Если… – голос дрогнул. – Если вы вернётесь?
– Они должны принять нас. Понять, что шанс для жизни на Золере в нашем объединении. Дети – это же бессмертие в материальном мире, я верно понял?
– Что-о? – Мои глаза невольно округлились, не отпуская плеч Кина, я чуть отстранилась, ища ответ в его взгляде. – Что ты там себе надумал?
– Мужчина и женщина объединяются ради появления новой жизни, – напомнил он мне вчерашний вывод. – Всё изначально устроено так, поэтому тела отличаются, а мужчин и женщин тянет друг к другу. Мы теперь тоже материальны, значит, и наши жизни не бесконечны. Но у нас могут появиться дети…
– Это доподлинно неизвестно… – попыталась я прервать Кина, но он был категоричен:
– Известно! И ты думала об этом, я только сегодня ночью понял те твои мысли: нас не просто так создали разными – с телами мужчин и женщин. Значит, способность к появлению детей у нас лишь вопрос осознания и желания. А если мы объединимся с живущими тут людьми, то наши дети смогут стать частью мира этой планеты. Полноценной частью!
– Когда ты говоришь – наши дети, – сорвалась я с кровати, потрясённая внезапной догадкой, – то подразумеваешь общих детей?! Общее потомство людей и эдаити?!
– Да.
Кровь ударила в голову, зашумев в ушах. Ничего, кроме своего зашкаливающего пульса, я сейчас не слышала.
– То, что сегодня было?.. Это что, эксперимент? Попытка проверить эту дикую теорию?
– Нет.
Кин протянул руки, явно стремясь снова обнять. Но меня трясло от ужаса и отвращения, в голове всё ещё звучали его слова. Я чувствовала себя лабораторной мышью…
Доверие? Вот уж насмешка судьбы!
– Троя, почему вы так мыслите? Сразу думаете о худшем варианте из возможных? – Кин всё же поймал меня в кольцо своих рук. – Что было сегодня? Я послушал тебя и решил довериться своему телу. Тогда и сознание прояснилось, понял: всё просто. Я доверяю тебе, поэтому сделаю всё так, как ты захочешь. Поэтому и пришёл. Я слышу твои желания. Ещё я сегодня понял: они совпадали с моими. Дети тут ни при чём.