Эль Бланк – Его добыча 2 (СИ) (страница 18)

«Женские организмы не в состоянии получать энергию извне, как это всё ещё способны делать мы, – отозвался Орш. – Видимо, поэтому они требовательнее к количеству материальной пищи. Им нужно больше еды, чем нам. Корабельные запасы невелики, и рациональнее их сохранить на случай, если другой еды не будет. Следует немедленно отправить вторую группу за теми красными шарами».

«Согласен», – одобрил я его предусмотрительность, между делом поглядывая на небо – предпочтительнее будет идти, когда угроза для моей добычи минует. Маленькое розовое светило уже практически завершило свой стремительный бег по небу. Скоро ультразвук пропадёт, добычу можно будет оставить на попечение собрата, который присматривает за пленниками.

Шестеро эдаити синхронно развернулись и направились к хищной горе – те, кому предстояло противостоять обволакивающему влиянию ороговевшего гиганта и принести столько отростков со съедобными шишками, сколько смогут.

Остальные по-прежнему занимались необходимыми в настоящий момент делами: согревали и пытались разговорить пока ещё дезориентированных, но уже осмысленно осматривающихся и норовящих подняться женских особей, изучали ближайшую зону «леса», распределяли остатки питательных шаров, что оставались в наличии, освобождали организмы от излишков воды и ненужных веществ…

Состояние Трои ощущалось как вполне удовлетворительное – угрозы жизни не было. Сидя рядом, в коконе тепла, исходящего от моего тела, она продолжала теребить остатки форменной куртки и рассматривала беловатую массу, названную снегом. В мыслях женщины наблюдалась странная пустота, как если бы она погрузилась в некий созерцательный транс. Там крутились непонятные мне белёсые образы и часто всплывало слово «дом».

– Т-троя, Т-троя… – привлёк внимание изрядно дрожащий голос мужчины.

Игерь бросал на меня нервные взгляды, но всё же шёпотом пытался дозваться до моей добычи. Нет, Орш прав, – его пора употребить в пищу, раз неосмотрительно привлекает к себе внимание.

К штурману мы с Троей обернулись синхронно. Я ещё и оскалился – мышцы лица, которые, как выяснилось, чутко реагируют на внутренний настрой, дёрнулись. Я почувствовал, как нос сморщился, а верхняя губа поднялась, обнажив зубы, – сказалось раздражение, мне не хотелось тратить время на пленника.

– Что? – так же шёпотом отозвалась добыча, не подозревая, что я прожигаю взглядом бледную физиономию мужчины поверх её головы. – Ой! – она явно опомнилась и спохватилась: – Ты же замёрз до полусмерти! Но… почему? – Троя снова перевела взгляд на снег, соотнося, наконец, очевидное – похолодало, а тепло исходило от меня. – Чёрт, тебя раздели ради меня.

Она потянулась к горловине куртки, с очевидным намерением её снять. Моя рука стремительно опустилась поверх женской ладони, останавливая. Взгляд был всё так же устремлён на Игеря.

– Предпочтёшь немедленно стать едой или потерпишь холод? – поинтересовался я, и механик проявил понятливость:

– Нет, нет, Троя! – Он истово замахал руками, взмолившись: – Не снимай! Не возвращай… Мне… Я совсем не замёрз!

Зубы его при этом оглушительно стучали, и не только от страха за жизнь.

– Но?.. – Моя добыча напряглась, решая, стоит ли настаивать. Она тоже испугалась и теперь пыталась неявно, скосив глаза, оценить выражение моего лица.

– Погоди, – перебил Игерь, судорожно взмахнув рукой. Он указывал куда-то в сторону, чем заинтересовал и находившихся поблизости эдаити. – Вояки нет! Я уже всё вокруг осмотрел!

Он шептал, нервно поглядывая по сторонам, пока я пытался разобраться, что так всполошило раздражающего пленника.

– Как нет? – Вздрогнула и Троя, тоже завертев головой. – Ты же не думаешь?..

– Они его сожрали! – как он полагал, беззвучно двигая губами, подтвердил невысказанную догадку женщины механик. Вот только я отчётливо услышал это в мыслях добычи.

– Может, в туалет отошёл? – пробормотала Троя, одновременно с нелепой внезапной попыткой отодвинуться. Я вновь предстал перед ней угрозой!

Причина паники Игеря стала ясна – он потерял собрата. А я вспомнил эпизод, который отметил сквозь сон. Второй пленный! Ночная прогулка мужчины, о котором все мы забыли, переключившись на летающую живность.

Скользнул в нужном направлении сканирующей волной…

«Щег, – позвал ближайшего к пленному эдаити, бросив ему образ видоизменившейся припорошённой снегом материи. – Проверь».

Мне в принципе не требовалось подтверждений, чтобы убедиться – в распознанном у кромки леса материальном объекте не осталось жизненной энергии. Однако хотелось понять причину, по которой он её лишился, и оценить стремительную трансформацию его тела – оно ощущалось как-то иначе.

– Что они с ним сделали?!

Штурман вслед за Щегом оказался возле того, что осталось от тела его вчерашнего собрата по плену. Голос мужчины звучал яростно, но надломленно, едва различимо. И он явно обращался к Трое, от страха перестав осознавать наше присутствие.

Моя добыча не реагировала. Интересный момент… В её случае ничуть не менее сильное потрясение проявило себя иначе – Троя молчала и не двигалась. Прижав к себе замершую в напряжении женщину на случай, если она рванёт из безопасной от ультразвука зоны рядом, я принялся внимательно фиксировать детали.

Совершенно целый, неповреждённый скафандр, с поднятым защищающим переднюю часть головы забралом. Бордово-красное, потерявшее чёткие формы лицо, превратившееся в нераспознаваемую маску.

Когда Щег начал стаскивать искусственную оболочку с мёртвого тела, донёсся отчётливый звук разомкнувшихся фиксаторов. На белую массу хлопьев, под ноги моего собрата устремилась бордовая густая жидкость. И следом – целый рой насекомых, вырвавшихся из скафандра. Их прожорливость впечатлила – эдаити вытащил лишь останки плоти, что когда-то были пленным… А ведь в недра защитной оболочки успели попасть далеко не все мелкие хищники.

«Правильно, что не разрешил использовать его для питания», – проявил Орш неизменную практичность.

Наши выводы совпали: получилось эффективнее распорядиться пленником – мы получили наглядное представление о силе поражения этих плотоядных насекомых.

– Что вы сделали с ним?! – Игеря трясло, и он с трудом себя контролировал, переминаясь на месте. Этот пленный явно зациклился на убеждении, что состояние его собрата – целиком и полностью наша вина. Почему?

– Он стал пищей для… насекомых, – спокойно пояснил Лех, подступивший вплотную к штурману, чтобы выполнить свою задачу и защитить его от звуковой угрозы.

– Насекомых?!

Переспросила уже Троя. В её мыслях царила паника, дыхание моей добычи учащалось.

– Ночью вокруг лагеря были насекомые, – Лех был настроен донести до пленников истину. Они, словно слепые, не видели очевидного. – Его одежда… возьми. – Собрат уверенно указал на скафандр, брошенный на песок Щегом и измазанный ошметками вывернутой наружу плоти.

– Что?! – Игерь и Троя отреагировали одинаково: подскочили на месте.

– Чтобы согреться, – пояснил совершенно очевидное Лех и вознамерился ткнуть в плечо «подопечного» рукой, напоминая о переохлаждении. – Ведь ему она уже не пригодится.

Трою и штурмана стошнило одновременно. Они даже попыток отойти не сделали – просто рухнули на четвереньки там, где стояли, и принялись давиться сухими спазмами. Наблюдая за ними и дожидаясь заката розового светила, мы мысленно обсуждали собственные выводы.

«Защита лагеря была разумной мерой», – признал Орш.

«Здесь определённо есть другие плотоядные источники угрозы», – напомнил я, имея в виду местную живность.

«Голодать не придётся», – согласился Щег.

Даже такая мелочь, как насекомые, в некоторой степени восполнила утраченный запас. Что уж говорить про более крупные формы, которые встретятся на нашем пути.

«Пора в этом убедиться!» – Я оценил взглядом постепенно темнеющее небо: световой день на планете проявлял себя уникальным образом. Затем чуть пнул штурмана, отчего он рухнул лицом в снег.

– Используй оболочку или замёрзни.

Больше мне нечего было сказать собрату Трои, но первый вариант казался более предпочтительным.

– Н-не глуп-пи, – взмолилась моя добыча, протягивая к штурману руки. – Просто с-сделай, как он сказал. – Она икнула, со страхом косясь на меня. – Надо выжить!

– Как ты можешь… – зашипел Игерь, но оборвал себя, стоило мне оттолкнуть Трою в сторону.

Осознав, что вновь надвигающийся сумрак – свидетельство розового заката, я оставил добычу на попечение Леха и шагнул к кристаллическому лесу. Что решит пленник, меня не заботило, а за Троей я поручил присмотреть собрату.

Пора на охоту! Прожорливость насекомых раззадорила и мой аппетит.

Темнота долго не продлится – голубой гигант скоро появится на небе, и тогда шанс что-нибудь значительное поймать устремится к нулю. Сейчас же, в отсутствие обжигающего света, появилась вероятность, что летающее существо, которое присматривалось к нам ночью, вновь поднимется в воздух.

Инстинкты хищников уверенно твердили: живность избрала нас добычей. Поэтому мы поймаем именно её. Первыми! В назидание, доказывая и этому миру, и непреложным законам всего материального существования, что эдаити, даже заточённые в оболочки, остались прежними. Мы – те исключительные хищники, которые охотятся на охотников! И летающее существо станет первым – или мы не эдаити!