Эль Бланк – Белый верх, чёрный низ (страница 23)
А чтоб было с чем сравнивать, хорошо бы заиметь соучастников. И потому девушка схитрила и выдвинула встречное требование:
— Хотите маску? По рукам! Взамен вы четверо завтра не клеитесь к высшим, не пьёте и ни с кем не танцуете. Вообще не танцуете!
— Фрая, ты в своём уме? Какой тогда смысл идти?
— Неужели вам приятно, когда они на нас смотрят как на дикарей и пьяных придурков? Высшие насмехаются, а вы и рады их провоцировать.
Девчонки переглянулись, обмениваясь выразительными взглядами. Похоже, слова однокурсницы попали в точку.
— Ты права, подруга, — не слишком охотно, но признала одна из девчонок. — Сначала сами нас споили, а после нагоняй устроили и типа «простили». Рехнуться можно от их придури.
— И скучно тут, — поддержали остальные. — Даже учёба какая-то показушная. Всякое старьё повторяем. Словно мы все тут поголовно тупые.
— Скучать не придётся. Я вас развеселю. Представьте, какие рожи будут под масками у высших при виде меня. Повернусь к ним то одной стороной, то другой. И никто из высших меня при этом не узнает.
— Залипнут на красотку, их перекосит от жути страшилки, — захохотали заговорщицы. И всё же обеспокоились: — Вдруг тебя накажут? Поплохеет высшим, и нагоняй схлопочешь...
— За что? Так рисовать маску запрещено не было. У Дьяра всякую дрянь одобрили. А у меня качество исполнения лучше. Никаких ограничений по задумкам Ламиара не выдвигала.
Девушки ждали, что снова придёт наставница, проверить работу, но в мастерскую заглянул совсем незнакомый преподаватель.
— Закончили? — вежливо поинтересовался и сообщил: — Ламиара Зеркального Храма просила вам передать, что вы можете подписать свои маски изнутри и идти отдыхать. До отбоя осталась треть интервала.
Фрая спохватилась. Библиотека! План грозил рассыпаться прахом, а откладывать раскрытие тайн не хотелось — когда теперь появится для этого время?!
И потому девушка, вместо того чтобы вместе со всеми пойти в общежитие, со всех ног помчалась к учебному корпусу.
Само собой, в зданиях уже никого не было, даже свет приглушён. Однако читальный зал всё ещё работал — терминал с каталогом книг услужливо вывел на экран строку поиска.
«Высшие, дар, уровень дара, измерить».
Экран мигнул, но вместо перечня литературы появилась предостерегающая надпись: «Студентам Чёрного Мира доступ ограничен в связи с конфиденциальностью информации. Для разрешения на получение сведений обратитесь к ректору».
— Развели бюрократию! Тоже мне секрет нашёлся! — сердито проворчала Фрая.
Раздражённо щёлкнула выключателем, обесточивая бесполезный терминал. Ничуть не менее сердито посмотрела вглубь библиотеки, где за стеллажами с книгами что-то светилось. Похоже, кто-то из сотрудников или студентов по рассеянности забыл выключить светильник в читальном зале...
Неслышно ступая по толстому ковру, который приглушал шаги, чтобы любопытствующие не мешали работающим посетителям, Фрая прошла вдоль стеллажей. Заглянула за край последнего и...
И невольно отшатнулась обратно.
В одном из кресел, отодвинув его от стола с раскрытыми на нём книгами, вольготно развалился темноволосый «читатель». Запрокинув голову на мягкий подголовник, он закинул одну руку за затылок. Бездумным взглядом смотрел в потолок, на его губах блуждала слабая улыбка, а другая рука с растопыренными пальцами то плавно поднималась над ногами, то резко исчезала за боковиной кресла. Именно он, то есть его кожа, и светилась. Куда слабее, чем у блондинки, но вполне отчётливо, выдавая принадлежность к высшим. Как и факт того, что он несомненно чем-то очень доволен.
Заинтригованная подозрительными движениями и намереваясь выяснить их причину, Фрая, затаив дыхание, скользящим движением перебежала через проход между стеллажами, чтобы оказаться с противоположной стороны и оценить происходящее с иного ракурса.
Едва сдержала потрясённый возглас — присев на полу, между широко расставленными коленями шатена удобно устроилась укрытая объёмным белым плащом девичья фигурка. Её руки, заведённые за спину, были связаны широкой лентой, тело послушно склонилось, а голова... Скрытая таким же накинутым на неё капюшоном, как и у парня в аудитории, именно голова девушки с той самой удивившей Фраю ритмичностью поднималась и опускалась между ног парня. И именно на ней лежала его ладонь, задавая скорость и глубину...
При этом в помещении было совершенно тихо, ничто не выдавало их присутствия, ну разве что редкие мягкие хлопки. И даже когда, сильно вжав в себя голову партнёрши, парень дёрнулся, выгибаясь, Фрая с трудом различила едва слышный стон девушки. Они явно старались не шуметь.
Мягко отстранив от себя партнершу, шатен застегнул брюки. Дождался, когда она поднимется на ноги и повернётся к нему спиной. Развязал ленту и лёгким шлепком по ягодицам направил плотно закутавшуюся в плащ девушку к выходу. Сам тоже неспешно поднялся, потянулся и зашагал следом. К счастью, не в ту сторону, где пряталась Фрая.
На этот раз она себя не выдала, хоть и было ей снова невероятно смешно и дико смотреть на развратные игры тех, кто везде и всюду наперебой вещает о своей чистоте и благопристойности. Ну ладно бы подобные междусобойчики устраивали низшие — им вроде как положено быть вульгарными, похотливыми и неразборчивыми в связях. Но когда это делают высшие...
— И эти притворщики называют нас безнравственными, — хмыкнула девушка, когда осталась одна в кромешной тьме.
Впрочем, тут же себя осадила. Во-первых, всегда и везде есть исключения. Во-вторых, здесь не Белый Мир с его чопорными нравами и устоями, тут Межмирье. И неудивительно, что многие в нём, нагло нарушая законы своего общества, ведут себя свободнее, раскованнее, не боясь огласки и потери репутации. Смысл было высшим выдумывать ограничения до такой степени строгие, что и сами не рады. А сейчас головы ломают, как улизнуть от контроля. Любят они всё усложнять. Тот парень в парке оказался абсолютно прав, хоть и не видел наглядных доказательств, как Фрая. Девушка даже пожалела, что попрощалась с парнем и не попыталась познакомиться лучше. В таком приятно обрести друга и единомышленника. Не то что в недальновидном Дьяре...
Практически наощупь Фрая спустилась в холл и, направляясь в общежитие, дала себе зарок больше не проявлять неуместного любопытства, чтобы не нарываться на неприятности. Кто-то да и заметит и нажалуется ректору. А там и до очередного наказания недалеко.
На этот раз девушка никого не встретила и до своей комнаты добралась без приключений.
* * *
Привет, дневник...
Я уже не знаю, что писать, чтобы помочь самой себе осмыслить происходящее, а что оставить без внимания. Вчера ночью, когда вернулась в общагу, поняла, что даже самое шокирующее начинает восприниматься как обыденное и ничем не примечательное. Что угодно может начать выглядеть привычным, не вызывая логичных для этой ситуации эмоций. Словно я оказалась в защитном коконе и смотрю на всё со стороны. Я перестаю удивляться в этом ненормальном Межмирье, где двуличность уживается с жёсткими запретами.
Я и на пустующую кровать Ашены, посмотрела, не почувствовав ровным счётом ничего. И от неожиданной похвалы моей новой маске Ламиарой не испытала ни радости, ни растерянности. И доставучий Индор не спровоцировал привычного для меня раздражения, выдав своё излюбленное «Ты снова говоришь неправильно, Фрая...». Он превратился в подобие сплюшки, о наличии которой приходится помнить, но бурных реакций нет. И на последней практике работала через силу, убеждая себя, что не имею права разрушить то, к чему так долго шла. При плохой успеваемости шансов у меня не останется.
Отправляясь в Академию, я рассчитывала на обещанное нам всем саморазвитие, возможность раскрыть свою одарённость в полной мере, получить интересную профессию. И в итоге получить преимущество перед сверстниками из моего родного мира.
А я до сих пор так и не поняла, в чём моя уникальность, одарённость заключается. К какому именно занятию у меня особая склонность? Повторение уже известного наскучило донельзя. На лекциях хочется спать. Ни к чему нет интереса, азарта, и мне хотелось, чтобы нас скорее отпустили с учёбы.
Единственное желание лечь, ничего не делать, а ещё лучше — побыть в одиночестве. Только игнорировать вечеринку не могу. И с наказанными девчонками мы уже вчера сговорились, бросать их тоже не вариант.
Мои соседки, довольные, радостные, наряжаются к вечеринке, а я нехотя собираюсь. Не планирую там долго задерживаться. Постою в стороне и уйду, никто не придерётся, ведь правила я выполнила.
Всё чаще ловлю себя на мысли, что начинаю прогнозировать намерения высших, опережаю их действия и заранее продумываю и предпринимаю что-то в свою защиту, а не просто создаю видимость ожидаемого от примерной студентки поведения. Наверное, это разумно и правильно — превзойти высших в их притворстве, чтобы выдержать в Академии целый курс и не свихнуться.
Павильон, в котором должно было пройти развлекательное мероприятие, остался тем же, что и в прошлый раз. Уже знакомый парк и просторный шатёр, собранный из ткани и пластика.
Девушки-высшие в свободных белых балахонах, словно настоящие привидения Призрачного Леса. Парни в шароварах и удлинённых рубашках навыпуск. А поверх всего ещё и длинная белая мантия с накинутым на голову капюшоном. Чёрно-белые маски — безликие, одинаковые, будто высшим их выдали с одного склада.