Екатерина Юдина – Смотри. На. Меня. (страница 50)

— Единственное, пока мы не уехали, я хотел бы прояснить один момент, — с губ Дарио исчезла улыбка. В черных глазах потухли эмоции, словно кто-то их выключил. Вместо прежней доброжелательности, там появился ледяной холод и что-то мрачно кровожадное. Это произошло настолько внезапно, что даже я растерялась. Словно на лице Дарио затрещала маска и упала. А от того, что было под ней, кровь стыла в жилах.

Де Лука пальцем поддел рукав моей толстовки и немного опустил его. Так, что стали видны синяки на запястье.

— Сегодня я на Романе увидел это, — Дарио повернул голову в сторону Марко. — Это ты сделал?

Брат, до этого мрачно сверлящий тарелку взглядом, поднял голову. Посмотрел на мою руку и застыл. Кажется, сильно напрягся.

Атмосфера в комнате тут же изменилась. Стала тревожной. Жуткой. А я, растерявшись, не сразу поняла, как отреагировать. В отличие от Консетты, которая быстро сказала:

— Нет, конечно, это сделал не Марко. Он не мог…

— Романа сказала, что это он, а я склонен верить ее словам. То, что говорит моя женщина не нуждается в том, чтобы это оспаривали, — Де Лука протянул руку и лениво взял нож, которым Марко до этого нарезал свой стейк. — Тебе следует заплатить Романе за то, что ты сделал.

Я хотела быстро сказать, что не нуждаюсь в извинениях, как Дарио поднял руку и в следующий момент вонзил нож в ладонь Марко, которую он держал на столе рядом с тарелкой.

Лишь одно движение. Короткое. Безжалостное. Без чего-либо лишнего. Так, словно Де Лука точно знал, что и как нужно делать.

От этого удара ножом стол сотрясся. Марко закричал настолько громко, что в ушах загудело и второй, уже теперь дрожащей рукой брат попытался судорожно убрать ладонь Дарио, которой он все еще сжимал нож.

Мичела и Консетта завизжали. Жермано дернулся и рывком поднялся на ноги так, что пузом задел стол. Кажется, собирался ринуться к Дарио. Хоть что-нибудь сделать.

— Сядь, — Де Лука не просто приказал ему. Он произнес это так, что Жермано панически застыл, но все-таки рухнул на стул, словно тряпичная кукла, которую сейчас трясло. — А ты, уебок, — Дарио посмотрел на Марко. — Убери руку, пока этот нож не оказался у тебя в горле.

Я не могла даже предположить насколько брату сейчас было больно. Его лицо исказилось и на его глаза наворачивались слезы, но изначально Марко лишь сильнее сжал запястье Де Луки. Попытался его отдернуть. Кажется, что-то говорил, но это длилось лишь считанные секунды, после которых он все-таки послушно отдернул свою целую руку и пальцами изо всех сил сжал край стола.

— Я не специально… — слова Марко оборвались в крике от того, что Дарио медленно провернул нож.

— Мне плевать сделал ты это специально или нет. Еще раз узнаю, что ты причинил вред Романе, а я об этом узнаю, отрежу тебе обе руки, — Дарио вновь прокрутил нож. — И, поверь, мне понравится. Может, я даже не смогу остановиться.

Де Лука медленно, разжал пальцы и под плачь Консетты и Мичелы, взял салфетку, вытирая кровь со своей ладони. После чего со все такой же доброжелательной улыбкой, словно рука моего брата сейчас не была пригвождена к столу, а скатерть не была пропитана его кровью произнес:

— Спасибо за ужин. Он мне очень понравился, надеюсь, как-нибудь повторим, — он отбросил салфетку на стол, так, что она упала на тарелку с салатом, после чего взял меня за руку. — Доброй ночи.

Я не сразу смогла подняться со стула, даже несмотря на то, что Де Лука отодвинул его и помог мне встать.

Я, конечно, в отличие от Консетты и Мичелы не начала визжать… То есть, черт, я понимала с кем имею дело, но все равно то, что я только что увидела ударило по сознанию. Но я попыталась кое-как взять себя в руки и, когда Дарио повел меня к коридору, я последовала за ним.

Глава 44 Любить

Я сидела в машине и, не моргая, смотрела на вечерний Вомеро, но на самом деле видела лишь скатерть, насквозь пропитанную кровью, так, что алая жидкость каплями стекала на пол. И в ушах до сих пор гудело от полного боли крика Марко. Визга, плача приемной матери и Мичелы.

Плечом прижавшись к дверце, я посмотрела на Дарио. Он был точно таким же, как и обычно. Расслабленным. Без каких-либо эмоций на лице, словно не было этого вечера и ужина. Не произошло ничего особенного.

А я до сих пор не могла разобраться со своими мыслями и эмоциями.

С одной стороны — я понимала, кто такой Дарио. Он из тех, кто без проблем изувечивает людей. Если нужно — пытает. Наверное, вовсе убивает. Насчет последнего я не была уверена. Все-таки Де Лука молод и, может, ему еще не доводилось отнимать чужую жизнь. Или же дон Каморры уже предоставил своему сыну шанс потерять душу, чтобы стать достойным преемником клана.

Подобных нюансов я не знала, но мне было известно, что Де Лука ужасный человек. Способный на то, от чего моя психика может сломать.

Но знать об этом, не означало — быть готовой собственными глазами увидеть чужую кровь и боль. Особенно, если это касалось человека, которого я знала с детства.

Было ли мне жалко Марко? Брат являлся спонсором моего страха и попыток спрятаться от опасности в доме, где мне приходилось жить. Так, что? Испытывала ли я жалость? Или, наоборот, должна радоваться? Не знаю. Пока что мои эмоции разрывали меня изнутри. Я просто была в ужасе.

Я молчала. Дарио тоже ничего не говорил и к особняку Де Луки мы приехали в полной тишине.

Выглядывая в окно, я посмотрела на огромный дом. Он был все таким же роскошным, каким я запомнила его с прошлого раза. Даже более чем, ведь уже сейчас я могла неспешно отметить некоторые детали.

Мне хотелось вновь перевести взгляд на Дарио и задаться вопросом — каков он на самом деле, раз вырос в таком богатстве? До того, как меня забрали в клан Моро, можно сказать, что я тоже росла в состоятельной семье. Все-таки мой родной отец дон Турина.

Но Де Лука — это совершенно другой уровень.

С виду Дарио кажется обычным парнем. Вернее, к нему это слово вообще не применимо, но он не создает вид того, кто испорчен достатком. Совершенно.

Вот только, что у него в голове? Садясь в безбожно дорогую машину не думает ли он, что это всего лишь мелочь? Смотря на какое-нибудь здание, которое для остальных является лишь мечтой, не считает ли, что может просто взять и купить его? А ведь у его семьи точно есть частный самолет и крупная недвижимость в Италии и заграницей.

И, учитывая то, что он вырос в самом кровожадном клане Италии, насколько сильно отличается его понимание человеческой жизни?

Задаваясь всеми этими вопросами, я вновь приходила к выводу, что совершенно не знаю Дарио. Ни его желаний, ни намерений, ни мыслей. Абсолютно ни в чем.

С самого начала нас жизнь поставила на разные ступени и на самом деле мы настолько разные, насколько вообще возможно.

Единственное, в чем мы можем соприкоснуться — это то, что он парень, а я девушка. У него есть то, что Де Лука может вставить в меня и, в принципе, это и является его намерением.

От этих мыслей я опустила голову и ногтем начала сильно царапать змейку на рюкзачке.

Де Лука остановил машину и уже вскоре мы вышли на улицу. Во мраке сада я заметила огромных верзил — охранников. Наверное, только умалишенный или суицидник решится напасть на особняк Де Луки, но все равно охрана тут была на высшем уровне.

«Поэтому отсюда так же невозможно сбежать» — пронеслось у меня в голове.

Следуя за Дарио я вошла в особняк и сразу же напряженно оглянулась по сторонам. Мне очень сильно не хотелось лично встретиться с доном Каморры, но, к счастью, по пути в спальню Де Луки я увидела лишь нескольких горничных. В том числе и ту, которая в прошлый раз приносила мне платье.

— Твои родители сейчас дома? — решила спросить, когда мы вошли в спальню Дарио. Наверное, я просто хотела разрушить тишину. Ее было слишком много.

— Отец — точно нет.

Я еле сдержалась, чтобы не выдохнуть с облегчением. Серьезно, я еще не была морально готова, чтобы встретиться с доном Каморры. Мне пока что с головой хватало и его сына.

— Я тоже сейчас уеду. Вернусь ночью или утром.

— Ты уедешь? — я остановилась рядом с креслом и перевела взгляд на Дарио, смотря на то, как он на край кровати поставил мою сумку. Там была одежда и учебники. Все, что я собрала для завтрашнего похода в университет.

— Работа, — сказал он, расстегивая рубашку.

Я хотела спросить, что за работа ночью, но вовремя вспомнила о том, что то, чем занимается Каморра не имеет рабочего графика, как, например, в магазине.

— Зачем, тогда ты привез меня сюда, раз тебя тут не будет?

Мне пришлось отвернуться. Де Лука практически полностью расстегнул рубашку и я почему-то решила, что так будет лучше. Почему? Будто я не видела его безупречного, стального тела.

Но все-таки я решила сделать вид, что меня жутко заинтересовала дверца шкафа.

— Отдыхай. Если хочешь, можешь пройтись по особняку. Прислугу предупредят о том, что ты тут и ты по любому вопросу сможешь к ним обратиться, — по шороху одежды я поняла, что Дарио снял рубашку. — Чувствуй себя, как дома.

Я могла сказать, о том, что у меня что-то такое навряд ли получится, но я решила промолчать.

Дарио пошел в душ, а я поплелась разбирать свою сумку.

Когда Де Лука вышел, полностью голым, если не считать полотенца обернутого вокруг бедер, я сидела на краю его кровати и листала учебник. Решила, что, раз он уезжает, значит, займусь учебой. Все равно мне это как раз требовалось.