Екатерина Юдина – По праву вражды и истинности (страница 13)

Я не могла сказать, что с такого расстояния могла хорошо видеть Тайлера. Но все же в его глазах что-то изменилось. Правда, я не могла понять, что именно.

— Привези ее сейчас, — сказал Тайлер.

Лоренс ничего не ответил. Развернулся и пошел к машинам, а я, посмотрев на экран телефона, поняла, что мне уже нужно было выходить. Через три минуты у Хариса появится метка.

Нажав на ручку, я открыла дверцу и вышла на улицу.

Сильный ветер тут же растрепал волосы, но это было совершенно не ощутимо по сравнению с взглядом Хариса. Он буквально обжигал. Расплывался по каждому сантиметру тела раскаленным металлом. Вот только, я пока что намеренно не смотрела на Тайлера. Пошла навстречу брату.

— Пять минут. Как ты и хотела, — сказал Лоренс, когда мы оказались совсем близко друг к другу. – Но, если Харис хоть каким-то образом посмеет тебя оскорбить, дай мне знать. Разговор продолжу я.

В том, что Тайлер будет меня оскорблять, я не сомневалась, но понимала, что сама с этим справлюсь.

Кивнув Лоренсу я, развернулась и пошла к границе из камней. В этот момент наконец-то посмотрела на Тайлера.

Поняла, что не ошиблась. Его взгляд действительно был на мне. Настолько пронзающий, что его было просто невозможно описать ни одними словами.

Я подошла к границе. Остановилась буквально в одном метре от нее и еще несколько секунд мы неотрывно смотрели друг на друга. И мне от этого было совершенно неуютно. От того, как Харис рассматривал мое лицо.

Создалось ощущение, что время остановилось и превратилось в целую вечность. Ту, в которой ночной, прохладный воздух стал настолько горячим, словно намеревался воспламениться. Мне даже казалось, что он уже искрился.

— Ты совершенно не изменилась, — произнес Тайлер, наконец-то нарушая тишину, но не отрывая от меня взгляда.

— О тебе такого сказать не могу, — сухо ответила.

Альфа поднял руку. Это являлось тем, из-за чего мне захотелось дернуться и тут же отойти назад, ведь расстояния между нами практически не было. Создавалось ощущение, что, еще немного и Тайлер прикоснется ко мне, но внезапно его ладонь легла на невидимую стену. Камни. Они отлично действовали. Словно барьер.

— Где ты была все это время? – Тайлер посмотрел в мои глаза. Наверное, если бы не было барьера, его ладонь сейчас бы прикоснулась к моей щеке. Или, к шее? Второе более вероятно. Чтобы сразу придушить.

Против воли я отметила то, что руки Хариса стали еще больше чем раньше. Мощнее. Пугающие той силой, которая была скрыта в них.

— Я не обязана тебе ничего рассказывать, — изогнула губы, не понимая, почему сейчас Тайлер был другим. То есть, когда он разговаривал с Лоренсом, кровожадность Хариса, наверное, ощущалась за несколько километров. Сейчас же ничего такого не чувствовалась. Он даже разговаривал иначе.

— Я искал тебя, – я видела то, что ладонь Хариса, которую он держал на барьере, начала краснеть. Возможно, камни начинали ее разрушать. Какого черта он не убрал руку? Почему-то казалось, что Тайлер этого даже не замечал. – Перерыл все, что только мог, но тебя не нашел.

— Не понимаю, по какой причине ты это делал. Ты же получил то, что хотел. Истинность со мной исчезла, — мне захотелось ногтями впиться в запястье. Слишком сильно оно меня нервировало. Пока что не было никакого покалывания или вообще чего-либо, что могло указывать на появление метки. Значит, барьер работал отлично. Но все равно было тревожно. Наверное, меня просто пугала сама метка.

— За последние десять лет я многое узнал об истинности, — ладонь Хариса получала еще больше разрушения, но он ее все еще не убирал, а сейчас вовсе будто бы надавил на барьер. Так, что его рука напряглась и на ладони проступили вены. Мне от этого стало не по себе. – Я узнал, что в прошлом ошибался. Есть только один способ разорвать ее – смерть истинной пары.

— Ну, как видишь, этот способ работает, — я подняла руку и показала Тайлеру свое запястье. – Знаешь, когда на нем была метка истинности, я терпеть не могла собственную руку. Даже оторвать ее хотела. А теперь с таким наслаждением смотрю на чистое запястье.

Харис мрачным взглядом окинул мое запястье, а затем перевел его на мое лицо.

— Значит, десять лет назад ты действительно умерла, – его рука еще сильнее надавила на барьер, а я только сейчас поняла, что Тайлер меня подловил. Черт. Он действительно стал другим. В прошлом Харис был диким, безбашенным и агрессивным. Сейчас же он… я не знала, как это описать, но разговаривать с ним стало опаснее. – Метка исчезла и все десять лет я считал, что ты мертва. И сейчас ты совершенно не изменилась.

— Все еще сомневаешься в том, что я Дженис Олсен?

— Нет. Твой лунный камень тебя признал и я тоже учуял в тебе истинную. Сомнений во мне нет. Но я не понимаю, что с тобой произошло и хочу это знать.

Подул сильный ветер и немного растрепал белоснежные волосы Тайлера. В этот момент было в нем что-то демоническое. Необузданное. Опасное.

Я стиснула зубы. Опять-таки, я не была обязана ничего рассказывать Харису. Более того, лучше этого вообще не делать, но буквально через минуту у него появится метка моей беременности и хотя бы это следовало хоть как-то объяснить.

— Да, Харис, там на мосту я действительно умерла. Полностью, — я взглядом окинула его лицо. Увидела шрам на щеке. А ведь это был тот самый. Тайлер получил его, когда спасал меня падающую с обрыва. Я еще потом обрабатывала ему раны собственной майкой. Меня тут же передернуло от этих воспоминаний. – Я не буду рассказывать тебе всего. Это не твое дело. Но, скажем так – для меня последних десяти лет не было. Остальное, в принципе, тебя не касается. И я приехала сюда лишь для одного – расставить с тобой все точки.

— Выслушаешь меня? – Тайлер немного наклонил голову, не отрывая своего жуткого взгляда от моих глаз. – Есть то, что я каждую минуту на протяжении последних десяти лет жаждал сказать тебе.

— Да, давай, — я кивнула, кривя губы. Готовясь услышать тонну оскорблений и даже готовая ответить на них. Мне тоже было, что ответить Харису.

— Прости меня, — он произнес это смотря в мои глаза своими пустыми, жуткими. – Ты заслуживала другого отношения. Тебя следовало на руках носить. Целовать при каждой встрече. Выполнять любую твою прихоть…

— Замолчи, — я не выдержала. Гнев, вспыхнув в груди, буквально за мгновение испепелил все тело. Что вообще Тайлер такое говорил? – Как ты смеешь мне такое говорить? Я то думала, что с годами ты поумнеешь, а ты, оказывается, решил какие-то игры затеять?

Он действительно думал, что я поверю в то, что Харис будет извиняться перед Олсен? Тем более, всего лишь пару минут назад он говорил моему брату о том, что шею ему свернет и язык вырвет.

— Наоборот. У меня больше нет желания играть в какие-либо игры, — ту ладонь, которую Тайлер держал на барьере, он сжал в кулак. – Касательно тебя теперь все серьезно.

— Я бы могла спросить, в чем именно состоит серьезность, но, знаешь, мне плевать. Ты даже не представляешь насколько, — произнесла, сквозь плотно стиснутые зубы. – Уже скоро будет официально объявлено о моем возвращении и перед этим я хотела расставить все точки. Давай будем жить так, словно не знаем друг друга. Вообще не вспоминаем о том, что когда-либо было между нами. Нас совершенно ничего не связывает. Просто иди к черту и знай, что я тебе от всей души смерти желаю.

Я видела, что Тайлер собирался что-то сказать, но так и не сделал этого. Он резко перевел взгляд на свое запястье. Приподнимая брови, посмотрел на то, что на нем витками начал появляться рисунок.

Наступила полночь. Метка моей беременности появилась на нем. Да и не только метка. Вместе с ней альфа начал чувствовать своего ребенка. И по Харису это было заметно. Делая медленные и рванные, но глубокие вдохи, он обернулся и посмотрел на меня.

— Кстати, я беременна от тебя, но, несмотря на то, что ты являешься биологическим отцом этого ребенка, ты к нему никакого отношения не имеешь. Он только мой. Целиком и полностью исключительно Олсен, — сказала, думая о том, что раз уж метка на Тайлере проявилась, значит, я уже могла уходить.

22

Тайлер сделал еще один вдох. Глубокий. Наполненный тем, от чего у меня по коже побежали мурашки и даже стало не по себе. От Хариса слишком сильно веяло чем-то сродни безумия. Вспыхнувшего за одно мгновение. Мощного. Даже пропитывающего сам воздух и так сильно отображающегося в его сузившихся радужках. Приобретших звериный вид.

Он опять посмотрел на свое запястье, а затем резко перевел взгляд на мой живот. Пока что он у меня был плоским, но Тайлер, будто почувствовав своего ребенка, делал глубокие, рваные вдохи и смотрел на мой живот так, что мне резко захотелось закрыть его руками. Он не смел этого делать.

— Как? — хрипло спросил Харис на очередном глубоком вдохе, который лишь дополнял его глаза чем-то диким. Ненормальным. Даже страшным.

— Я же говорила тебе, что для меня не было последних десяти лет, — произнесла, опуская один уголок губ. — А та ночь на озере не прошла бесследно. Ты же помнишь ее? Ты меня тогда бросил и ушел. Я вот это на всю жизнь запомнила. Тогда многое поняла.

Я понятия не имела, что сейчас происходило с Тайлером, но явно появление метки и то, что он учуял собственного ребенка, на него действовало. Причем, очень сильно. Так, что, казалось, он себя контролировать переставал. В первую очередь дыхание и то, что тело альфы напряглось до такой степени, что это даже пугало. Про взгляд я даже и не знала, что думать. Но я тут же положила ладони на свой живот. Пряча его. Пошел Харис к черту. Я не позволю даже смотреть на мой живот.