Екатерина Юдина – Испорченный... Книга 2 (страница 50)

— Твоя фальшивая маска слетает, омега.

— Помпей. Пожалуйста. Прекрати. — произнесла я и подняла голову. Встретившись с ледяным взглядом.

— Попроси на коленях.

— И что, хочешь сказать, что это удовлетворит тебя? — усмехнулась я, пытаясь подавить прерывистые вздохи, рвущиеся из груди. — Я уже стояла перед тобой на коленях.

Я почувствовала, как напряглись на его руках вены, когда он перенес вес на них и наклонился ко мне, вынуждая зависнуть над столом.

— Этого мало. Я хочу увидеть это еще раз. Мы будем спать друг с другом, омега. Потому что иначе я покажу тебе, насколько невыносимой может быть твоя жизнь. Я хочу видеть тебя окончательно сломанной и принадлежащей мне. Поэтому мы будем трахаться. — он выделял каждое слово так, будто обрубал по кускам все остальное в моей жизни. — И я не буду предохраняться. Ты выполнишь то, на что годится омега: понесешь от меня. Может, тогда ты мне наскучишь. Нет ведь ничего более унизительного, чем носить ребенка от ненавистного человека?

Он повернул лицо, посмотрев на меня, а я в ужасе смотрела на него.

— Помпей. — произнесла я. Его глаза словно полыхали сейчас и выглядели совершенно пугающе.

В этот момент я поняла, что простые слова и наша перепалка до него не дойдут. Поэтому я сделала единственное, что могло бы отвлечь альфу от настолько глубоких и болезненных эмоций: я подняла руку, прекратив пытаться оттолкнуть его и попыталась погладить его по щеке, но прежде чем я это сделала, он отдернулся. В глубине глаз я заметила впервые недоумение. У Помпея, черт побери. Похоже, я снова смогла его удивить.

— Ты, я смотрю, стала ненормальной. — произнес он. — Тебе понравилось то, что я сказал?

В этот момент я, проигнорировал его попытку отстраниться, все же приложила руку к щеке. Часть ладони коснулась шеи, и я ощутила очень сильное, почти лихорадочное биение пульса и жар. Зрачки альфы расширились от моего поступка.

— У тебя скоро начнется гон?.. — произнесла я немного вопросительно и растерянно, хотя, это было больше утверждением. — Я знаю, что ты хочешь унизить меня, Помпей, но сейчас ты пересекаешь даже свою грань, произнося такие слова. Твоя агрессия и желание сделать мне ребенка, выходит за рамки твоего нормального поведения. Тебе… нужно остановиться, или это случится раньше времени.

Он внезапно резко отстранился от меня, убрав со стола руки, и я выдохнула. Дошло.

— Иди на хер, Нуб. — произнес внезапно он так, словно даже не смог подобрать слова получше. Но сейчас, я впервые видела Помпея таким. По-прежнему высокомерным, агрессивным, но часть его дикого образа слетела, и через его эмоции, движения и взгляд проступала некая растерянность. — Играешь в понимающую жену?

— Я не играю. Я не хочу спровоцировать у тебя гон. — покачала я головой. — До суда осталось всего ничего, и будет неудобно, если ты на него не сможешь явиться.

Я замолчала. Помпей смотрел на меня пронизывающим до костей взглядом. Затем усмехнулся, но эта усмешка была не такой едкой, как прежде.

— Что за чушь? — произнес он, и, развернувшись, покинул помещение, оставив меня растерянно смотреть ему вслед.

Это было больше похоже на бегство… Данная мысль вызвала у меня внезапную улыбку.

Он ведь обещал превратить мою жизнь в ад, а теперь ему пришлось уйти, потому что, похоже, он не нашел больше зацепок для того, чтобы продолжать меня третировать.

Но веселье быстро выветрилось, и я задумчиво прикусила губу, вспоминая нашу жизнь до этого. Примерно в это время Помпей исчезал. Тот самый момент, когда его сущность становилось предельно агрессивной, когда он мог завестись от любого слова и действия, превратиться в неконтролируемый шторм, а еще в эти моменты я начинала чувствовать на нем запах других женщин и сгорать от ревности и боли.

Значит, врач права. Нет, ошиблась. У него со дня на день начнется гон.

У меня вырвался тяжелый вздох.

Талли — обычный человек, но она инстинктивно опасалась сегодня Помпея и правильно делала. Словно чувствовала что-то. Здесь, в доме было вообще много женщин. Я надеялась, что Помпей их не станет трогать.

Дерьмо. Есть расхотелось вообще.

— Мисс Мелисса, скажите, где нужно остановиться. — услышала я голос водителя и вынырнула из раздумий.

На улице было уже за полдень. Рядом со мной на заднем сиденье машины разместился Смерть. Он без вопросов согласился отправиться со мной в наш родной город. Норд же со вздохом заказал нам пропуск. Стороне Веста было не сильно сложно въехать в закрытый город. Я не боялась ни за себя, ни за Смерть, потому что на КПП, что на дороге в город, что на обратном пути, полиция будет только смотреть на наши пропуски. Если они есть — проблем не возникнет.

Вот если бы я захотела кого-то вывезти… Это стало бы огромной проблемой. На мои расспросы Норд сказал, что они сделали для Помпея и Смерти огромное исключение, но если я захочу сделать это еще раз с кем-то — то ему придется вывернуться наизнанку, и, вероятно, однажды это принесет нам проблемы.

— Вон там. — я показала пальцем. Водитель кивнул и сбросил скорость.

Я нацепила солнечные очки на лицо, когда выходила из машины. Надеялась, что меня никто не узнает из старых знакомых. Например, из стаи Помпея или Вавилона — вот этого бы мне точно не хотелось. Подавители уже работали в полную силу, поэтому на мне остался лишь легкий запах омеги, который большинство альф едва ли сильно заинтересует.

Вместе со мной из других машин вышло несколько человек охраны — Норд очень настоял на том, чтобы моя безопасность была обеспечена безукоризненно.

Черт. Вдохнув знакомый воздух, я почувствовала боль в сердце. Да, я была Мелиссой Вест, но росла я здесь. Часть моей души, большая часть жизни принадлежала этому месту. Грязному, опасному, темному, но родному.

Смерть молча встал за моей спиной, когда я подошла к одному из небольших домов и постучала в дверь.

— Черт. — пробормотала я, когда спустя несколько минут никто не ответил. — В это время он всегда дома.

— Лерсон. — услышала я одно-единственное слово от Смерти, и кивнула.

— Да. Хорошо, раз его нет, тогда отправимся в больницу к Джаянду. Она здесь недалеко.

— Цезарь видит все. Может заинтересоваться тобой.

Я остановилась и обернулась, посмотрев на Смерть, который, словно рыцарь, неизменно находился за моей спиной, куда бы я не пошла.

— Думаешь, он будет следить за нами? Почему?

Он кивнул. Прикрыв светлые ресницы, словно еще раз подтверждая.

— Ему интересно, зачем Стороне Веста здесь быть.

— Хорошо. — я мысленно выругалась. — Тогда я не буду задерживаться. Ты зайдешь к Джаянду и узнаешь, где Лерсон. Если приду я, то у него неизбежно возникнет слишком много вопросов касательно моей жизни альфой и омегой. Я напишу записку, чтобы он поверил тебе, потому что моя стая сейчас достаточно агрессивно относится к людям Помпея.

Смерть снова кивнул.

Покинув этот район, через десять минут мы были уже возле больницы. Джаянд, насколько я знала, лежал на втором этаже. Хотя я открыла окно машины, прислушиваясь к разговорам, доносящимся до меня, я не услышала ни намека на знакомый голос. Вероятно, окна палаты, в которой был Джаянд, выходили на другую сторону.

Я не так уж долго и прождала, когда Смерть вернется. Он сел в машину и отдал мне другую записку.

— Лерсон сейчас в Мраке. — произнес Смерть, а я, округлив глаза, открыла сложенный вдвое листочек, исписанный мелким знакомым почерком, из которого выпал побольше, с печатными буквами.

“Привет, Нуб. Я рад, что с тобой все хорошо, и даже не буду спрашивать, какого хера этот тип делает с тобой. Последний раз я видел Лерсона неделю назад, потом Элисон сказал, что его забрали в Мрак. Двадцать Первый тоже у копов, но Лерсон, видимо, влип как-то крупно.

Я в порядке. У меня проблемы со спиной, но если на тебя реально упал мешок с баблом, то за деньги мне могут сделать уколы хорошего лекарства и поставить какую-то херню в позвонки, после чего я буду ходить. Хотя я и так восстановлюсь через пару лет без вмешательства.

Мой номер телефона ниже. Этот урод должен был взять реквизиты больницы для оплаты лечения. Я надеюсь, у тебя все в порядке. Не попадайся копам”

— Боже. — я со вздохом закрыла лицо. — Лерсон — это огромная проблема.

Несмотря на это, я больше всего в этот момент радовалась, что Джаянда можно вылечить. Я собиралась заплатить не только за его выздоровление, но и за кое-что большее. Чтобы он смог, наконец, начать другую жизнь, о которой и мечтал. Без войны за выживание, банд и смерти, постоянно дышащей нам всем в затылок.

Но все равно передо мной маячила поездка во Мрак, отвлекая от позитивных мыслей.

Это беспокоило меня очень сильно.

Я знала, что Цезарь мог быть где-то поблизости. Вероятно, сейчас, в рабочий день, он был в самом Мраке. Поэтому по ступенькам здания я поднималась с полной охраной, ловя на себе взгляды других копов. Мы заходили не через главный вход, потому что я не хотела проходить через рамки, показывая себя омегой. Внутрь пропустили нас без обсуждения, только услышав про сторону Веста.

— Лерсон Доми. — произнес коп, листая передо мной документы. — Есть такой.

— Скажите размер залога. — сразу перешла я к делу, а коп задумчиво поджал губы. Я видела, как он мялся, и мне это не нравилось.

— Тут не написан залог. Пока его отпустить мы не можем.