Екатерина Юдина – Его брат хочет тебя (страница 54)

— Детка, у тебя явно в голове пусто, — послышались слова полные желчи, но то, что член хотя бы убрал в брюки меня успокоило. Он давал мне отсрочку. — Мне стоит научить тебя уму разуму.

Стас сорвал с себя ремень и у меня внутри все похолодело. Особенно жутко стало после того, как Чернов-младший обратился к тому блондину и сказал ему держать меня. Из чего пришло понимание того, что парни окончательно взбесились и прежде чем толпой поглумиться над дешевкой, ее сначала изобьют ремнем, а может и изуродуют.

На приближение парней я смотрела, как затравленный кролик на шакалов и далеко не сразу услышала, как ручка двери начала дергаться, словно, кто-то с другой стороны очень настойчиво пытался открыть дверь. Первыми на это обратили внимание парни, но отреагировали лишь после того, как с той стороны некто неизвестный ударил по ней кулаком.

— Ты еще кого-то позвал? — спросил блондин у Стаса, на что парень отрицательно покачал головой.

Теперь я уже расслышала как этот «некто» выругался и сильнее ударил по двери. Знакомый голос. Два знакомых голоса и один из них принадлежал Кириллу. Но я уже думала, что всё это мне мерещилось. Потеряв надежду, я уже не могла так просто ее вернуть. Но удары с той стороны двери продолжались и с каждым разом становились все сильнее. Один удар. Второй. Третий.

Стас даже остановился, прекратил рассматривать меня, а вместе с ребятами посмотрел на дверь. После особенно сильных ударов Чернов вздрагивал, словно ощущал удар на своем теле. Хоть все понимали, что дверь невозможно выбить, но засуетились.

— Надеюсь, ключ от помещения только у тебя? — спросил один из парней, рефлекторно от грохота отойдя вглубь комнаты, практически за диван.

Стас, продолжая слушать удары, словно загипнотизированный ответил:

— Только у отца… меня и… брата.

Словно повинуясь ответу, удары с той стороны послушно прекратились, но послышался электронный писк, после которого щеколда автоматически отъехала в сторону и дверь резко открылась. Там на пороге я увидела сначала испуганного Серого, а за ним был Кирилл. Взбешенный, растрепанный и с пылающими от ярости глазами.

Мы встретились взглядами, и я увидела с какой болью и яростью он посмотрел на меня. Каким взглядом заскользил по задранному платью; по моему нижнему белью, которое, снятое Стасом, валялось где-то возле дивана; по моей оголенной груди, которую я прикрывала руками; и губам, перепачканным кровью.

Поняв, что я читаю его эмоции, Черный частично закрыл лицо кистями рук, тем самым не дал увидеть глаза. В особенности найти в них горечь поражения или омерзения. Пальцами рук парень долго лохматил черные волосы и пытался смириться с мыслью, что опоздал.

— Уроды, блядь... — хоть глаза закрыты руками, но губы были видны. И я смогла прочесть эти два слова.

— Помоги… — хотела прокричать это слово, но, в итоге, смогла лишь тихо прошептать. Правда, я была уверена в том, что Кирилл услышал просьбу, потому что резко убрал руки от лица и посмотрел на собственного брата. Тихо, крадучись словно хищник медленно шел на брата, челюсти плотно сжал, да так жестко, что послышался дикий скрежет зубов.

— Кир, брат, не делай преждевременных вводов, — Стас, неожиданно, стал говорить ровнее. Только блеск в глазах и глупые смешки выдавали его прежнюю неадекватность . — Она сама захотела… развлечься. Ладно тебе, слушай, эта шлюха нас двоих кинула. Какая-то деревенщина отказала нам. Да, она молиться должна, что мы обратили на нее внимание, а она нос воротит. Ты разве не хочешь ее проучить? Потрахаем, да выбросим? Покажем нищенке ее место? Давай, Кирюх? Выпускай своего бешенного Черного двойника?

Над трусливым и поспешным предложением Стаса я нисколько не волновалась, подсознательно знала, что Кирилл так не поступит со мной, поэтому с облегчением наблюдала, как старший близнец напирал, а младший отходил. Через несколько секунду почувствовала, как рядом со мной всколыхнулся воздух, от того, что Серый присел возле меня и сразу накрыл мое полуобнаженное тело чьим-то пиджаком, а после крепко обнял, защищая от посягательств.

В то время, как все отвлеклись, один из парней вновь тихонько закрыл дверь на щеколду, но Кирилл не заметил этого, поскольку продолжал диалог с братом:

— Это ты так любишь ее, что готов отдать другим поразвлечься? Поначалу я пытался не вмешиваться, ведь ты утверждал о своей любви к Нике. Черт, ну я реально подумал, что у нас вкусы совпадают, такое уже бывало в детстве. Но это... Пиздабол ты, Стас. Мне поднасрать хотел? Или что? Маленького Стасика обижают? Папа и братик не нянчатся с ним, сопли не подтирают ему, как в детстве? — Кирилл зло сверкнул глазами.

— Брат…

Договорить Стас не успел. Кирилл очень быстро оказался рядом и довольно сильно ударил ему в лицо. Кажется, даже нос сломал. Из-за этого Чернов-младший согнулся и застонал.

Кирилл тяжело дышал и выглядел, словно разъяренный зверь. Казалось, что он потерял самоконтроль и даже мне было не по себе смотреть на него. Стас хотел еще что-то сказать, но Кирилл опять его ударил, но на этот раз в живот. Чернов-младший странно осел возле стены и больше не поднимался.

После этого вмешался тот блондин. Он толкнул Кирилла в плечо и сказал, чтобы парень угомонился, но получил удар в челюсть.

Я почувствовала очень сильное облегчение от того, что ребята пришли за мной. Кирилл тут. Значит, меня больше никто не тронет. От этих мыслей стало спокойнее, но уже вскоре это ощущение сменилось на тревогу.

Их было шестеро, а Кирилл вдвоем с Серым. К тому же, Серый не имел опыта в драках. Понятно, что сила не на стороне Черного, но его ярость делала сильнее. Правда, от этого он не стал менее уязвимым. Кириллу разбили губу и несколько раз он падал на пол, но все равно продолжал кидаться на противников. Кто-то из парней ударил его бутылкой по голове и Кирилл тут же рухнул на пол. В тот момент Серый оставил меня возле стены и дернулся помогать, а мне уже хотелось кричать от тревоги. Правда, я не могла этого сделать. Мой собственный голос будто бы не принадлежал мне.

Я с трудом смогла встать на шатких ногах, после чего медленно пошла к двери. Хотела открыть и позвать на помощь, но дорогу преградил один из парней. Резким появлением он заставил меня закричать. Возможно именно на мой крик внезапно возникла тишина и люди в помещении замерли. Я развернулась, чтобы увидеть полную картину драки. Серый лежал лицом в пол, а над ним возвышался парень, готовый ударить, но в центре всего этого стоял Кирилл, весь в крови, а в его руке — короткое, но сверкающее в полутьме лезвие.

От решимости, сквозившей в голосе Черного, даже меня пробрал озноб и пальцы заледенели:

— Сели все на диван и покорно ждем ментов! Не дай бог, шелохнетесь и я выпотрошу вам кишки. Поверьте, — он кивнул на лезвие в ладони. — Мне уже нечего терять.

Перед глазами все плыло, и я уже отчетливо не видела происходящего, поэтому я тихонько привалилась спиной к стене и заплакала.

Лишь отдаленно я услышала шаги. Неровные. Словно, этот человек сильно хромал. Но он все равно подошел ближе ко мне, сел рядом и спросил:

— Ты как? — это был голос Кирилла и, услышав его, я заплакала сильнее, вцепившись в его кофту дрожащими пальцами и потянулась к нему, чтобы оказаться в крепком объятии. — Тише, все хорошо. Я тут. Все хорошо.

— Ты чуть не опоздал! — обвинила спасителя в неторопливости и ладонью ударила его в грудь.

Глава 34

Некоторое время, я по-прежнему сидела на полу и плотно прижималась своим подрагивающим телом к Кириллу. Боялась оторваться от столь необходимого и нужного тепла. В объятиях парня сейчас я чувствовала странный комфорт и спокойствие. Такого ощущения рядом с ним прежде не было.

Пусть от нервов продолжало потряхивать и пусть рядом находились дружки Стаса и сам Чернов-младший, но мне было не страшно, а скорее уютно. Странная уверенность с моей стороны, особенно, если вспомнить наше с Кириллом общее прошлое... Но, как же сильно мне сейчас не хотелось думать о том, что было раньше. Наверное, стоило прекратить жить прошлым, плохие события пора было мягко из себя изымать за ненадобностью.

Немного успокоившись, я прекратила рыдать на груди Черного и оглядела его рубашку, которую ухитрилась испачкать тушью. Потом немного растерянно проанализировала все события вечера и в особенности, мое состояние, в котором меня застал Кирилл. Вполне возможно, что по раскиданному по полу моему нижнему белью, Кирилл подумал, что мной успели воспользоваться.

— Эй! — едва слышно буркнула ему в грудь. Почему-то мне было важно донести мысль, что я не порченная. — Я целая. Меня не успели...

— Когда ты сказала, что я едва успел, то это стало понятным, — сухо ответил. Столько равнодушия в его голосе и, если бы он не обнимал меня, не успокаивал, и не спасал до этого, я бы подумала, что совершенно не важна для него.

После обмена равнодушными репликами стало ужасно неловко от того, в каком унизительном состоянии я впервые оказалась перед Черным. Вытерев слезы со щек, я убрала руку от мужской груди, да и в целом прекратила, словно липучка, жаться к теплому телу. Но, заметив мою попытку вырваться, Черный, наоборот, сжал крепче руку, которой обнимал меня через плечо и талию, тем самым вернул меня к себе. Думаю, предлагал, чтобы и дальше успокаивалась.