Екатерина Владимировна – Покажи мне звёзды (страница 19)

Его руки тут же сомкнулись на моей талии, прижимая меня еще ближе, с упоением отвечая на поцелуй, подчиняясь моему напору…

– Так ты меня выпорешь за все это? – выдохнул он, оторвавшись от меня.

Не удержавшись, от досады все же шлепнула его по заднице от души, заставив вздрогнуть и резко выдохнуть. Но засветившуюся в глазах надежду не поддержала, отрицательно покачав головой.

– Ты же когда-то обещала, что если действительно буду виноват, сделаешь это, чтобы снять с меня вину, – Тони обиженно вскинулся, припомнив мне однажды неосторожно сказанную фразу.

– Я от своих слов не отказываюсь, но пока не считаю, что ты настолько виноват. Это все мелочи, на самом деле, и я не сержусь на тебя, ты же знаешь, – ответила мягко и провела ногтями от его затылка до основания шеи, зная, как ему нравятся подобные ласки.

– И что, так и оставим безнаказанно? – возмутился мой домашний борец за справедливость, с удовольствием подставляясь под мою ладонь, заставив улыбнуться.

– Нет, конечно. Ты себя считаешь виноватым передо мной, так ведь? – дождавшись осторожного кивка, продолжила: – Значит, тебе нужно искупить вину. Я готова принимать твои извинения. Отлично подойдет стриптиз, – подмигнув ему, указала на музыкальный артефакт, стоявший на полке, и вернулась к кровати.

Забралась на нее с ногами и подтянула подушку повыше. Довольно подмигнула недоверчиво сощурившемуся Тони. Вздохнув, он покачал головой и, вдруг улыбнувшись бесшабашной мальчишеской улыбкой, которую я так обожала, расслабленно повел плечами и одним небрежным жестом включил артефакт. Тут же комнату заполнила тягучая мелодия с редкими барабанными битами. Тони, закрыв глаза, полностью отдался музыке, вдохновенно двигаясь в такт, заставляя меня желать его с неистовой силой, показывая, насколько вкусным и сладким он может быть, если захочет.

Творческий человек – гениален во всем. Не знаю, как насчет остального, но в танцах мой любимый художник – само совершенство. До последней сыгранной ноты я сидела, не в силах даже пошевелиться, увлеченная потрясающим зрелищем. Пластичность его движений завораживала, так и манила прикоснуться. Разумеется, не в первый раз, и даже не во второй, но хотела его так, словно мы только-только встретились. Восхищенно выдохнув, плотоядно облизнулась, уже совсем по-другому оценивая обнаженного Тони. Он, зная, какое производит впечатление, соблазнительно улыбнулся и шагнул ко мне, нарочито медленно наклонился и шепнул, опалив щеку жарким дыханием:

– Так что насчет порки?

И ведь уже явно не считал себя виноватым, больше дразнился, напрашиваясь на что-то другое, о чем свидетельствовал гордо стоящий член. Не удержавшись, обхватила парня за шею и поцеловала, мстительно прикусив нижнюю губу. Извернувшись, легко шлепнула по крепкой ягодице, не отказавшись от удовольствия сжать упругое полушарие.

– Фиг тебе, я уже простила. Ложись на спину, требую продолжения банкета, – фыркнула, похлопав ладонью по простыне.

Тони тут же исполнил мой приказ, вытянувшись во весь рост, умильно хлопая глазами из-под светлой челки. Перекинув через него ногу, устроилась на животе, чувствуя, как в попу упирается эрегированный орган. Чуть поерзала, ощущая влагу между ног. Тони тихонько застонал и накрыл обеими ладонями мои груди, нежно сжав их.

Я провела ногтями по его торсу, оставляя розовые полоски на светлой коже, вызывая его гортанный стон, который заглушила поцелуем, краем сознания еще помня, что в соседней комнате Кевин.

– Ни-икки… Пожалуйста… – простонал Тони, неосознанно толкаясь бедрами.

Изогнувшись, прижала его руки к постели над головой и провела языком по груди, наслаждаясь солоноватым привкусом кожи. Коварно улыбнулась в ответ на очередной стон, ощущая сладострастную дрожь, пробежавшую по его телу.

– Ты сам просил наказание, – шепнула жарко и с наслаждением прикусила кожу над правым соском, оставляя слабый отпечаток зубов. – Считай, что это оно и есть.

Но долго мучить сладкими ласками не стала, и сама, изнывая от желания, с наслаждением насадилась на его член, не сдержав восторженного стона.

Старые, как мир, движения, наши стоны и вздохи, пропитанные удовольствием, звуки шлепков тела о тело, тяжелый пряный запах секса и ошеломляющий оргазм, накрывший вначале меня, а вскоре и Тони. Пожалуй, именно этого мне не хватало, чтобы отпустить заботы тяжелого дня и уснуть в умиротворении, прижимаясь к моему такому родному любимому художнику.

Глава 19

Утром, выдав Тони и Кевину указания по приему лекарств и удостоверившись, что память гостя не вернулась, покинула дом. Было страшновато оставлять их, но не дети же они в самом деле. Да и обещала навестить племянницу… племянников.

Немного волновалась перед встречей – слишком давно не виделись, а дети быстро растут. Да и просто по-человечески было стыдно. Пусть они маленькие, чтобы что-то понимать, но я-то всегда буду знать, что, не желая принимать образ жизни их родителей, на несколько месяцев отказалась и от них тоже.

К счастью, только зря себя накручивала. Дверь мне открыл Ланс и приветливо улыбнулся, заставив растеряться. Если с Ланой, Кайлом и детьми все понятно, то как теперь относиться к нему – понятия не имела.

– Приветствую. Проходи, Кайл как раз одевает Эрика, а мы с Амандой уже готовы, – он снова усмехнулся, посторонившись, давая мне войти в дом.

Заторможено кивнув в ответ, шагнула внутрь и едва не оказалась сбитой с ног радостно визжащим вихрем в шуршащем зеленом платье с оборочками.

– Тетя! – завопила Аманда прежде чем повиснуть у меня на шее. Я чудом успела присесть и поймать ее в объятья.

От неожиданности лишь крепче прижала к себе юркого ребенка с быстро бьющимся сердечком, не зная, что сказать ей. Впрочем, от меня никаких слов и не ждали, тут же вывалив кучу информации.

– А я соскучилась! А ты соскучилась? Мама сказала, что да, а папа Кайл сказал, что ты сегодня поведешь нас в парк, а Эрик не верил! А я сказала Эрику, что он козявка, потому что… – затараторила она на одном дыхании, вывернувшись из моих объятий и прыгая на одной ножке. – …и папа Ланс говорил, что ты занята. А я знаю, что занята, я же не глупая, преступники сами себя не поймают! А ты покажешь мне преступника? Хотя бы одного, самого маленького. А какого размера они бывают?

Я оторопело перевела взгляд на Ланса. Аманда и раньше с удовольствием болтала на любую тему, но за эти полгода она явно значительно усовершенствовала свой навык. Казалось, ей даже не нужно было делать паузу, чтобы сделать вдох. Аманда быстро скакала из темы на тему, даже не дожидаясь ответов на вопросы.

– Солнышко, скажи папе, что тетя уже пришла, пусть с Эриком поторопятся, – Ланс каким-то чудом умудрился выцепить паузу в ее монологе и вставить целую фразу.

– Ага, сейчас. А еще мне мама платье новое купила, правда, красивое? Смотри, как оно делает, когда я кружусь! – воскликнула девочка, тут же крутнувшись на ножке, расставив ручки, отчего платье взметнулось вокруг нее. – Здорово, да? – выдохнула она, сверкнув ярко горящими янтарными глазами.

– Очень красиво, – не смогла не согласиться я, с умилением отмечая, насколько она становится похожей на Кайла, даже не столько внешне, хоть она – его копия, за исключением цвета глаз, сколько жестами, мимикой, да даже манерой чуть растягивать последний слог в некоторых словах.

– Мани… – ласково позвал Ланс, скорчив рожицу.

– А, точно, бегу! Я щаз, – племяшка широко улыбнулась, снова подскочив ко мне и на пару секунду крепко стиснув, после чего умчалась по коридору.

– Мани? – я удивленно посмотрела на Ланса.

Тот пожал плечами, обезоруживающе улыбнувшись.

– Сокращенно от Аманды. Это Лана у нас зовет их исключительно полными именами, а Кайл сокращает, как может, да и я уже машинально перенял. Даже Эрика сократили до Рика или Рикки. Только Лане не говори, хорошо? – мужчина мне подмигнул.

Я лишь покачала головой в ответ: узнаю своего брата. А еще внезапно поймала себя на мысли, что чувство неловкости окончательно ушло, и атмосфера, царившая в этом доме, даже начинает казаться уютной и естественной. Ну подумаешь, живут втроем и у детей двое пап… Со временем окончательно привыкну.

– Па-ап, ну вы скоро? Тетя уже пришла! – услышала я звонкий голос Аманды из дальней комнаты.

Тут же что-то упало, а после из комнаты на всех парах вылетел еще один вихрь поменьше, но не менее восторженный, в одной футболке и трусиках. А за ним Кайл с детскими штанами в руках.

– Тетя! – пронзительно закричал Эрик, как это могут только дети, основательно так оглушив.

И эту козявку поймала практически на лету, чуть прокружив даже под его заливистый смех и возмущенный писк Аманды. С наслаждением чмокнула в круглую щечку, в который раз удивляясь, что малыши почти всегда пахнут молоком и печеньками.

Наверное, именно в этот момент поняла, насколько дурой была последние несколько месяцев, добровольно отказываясь от общения с этими очагами радости.

– Привет, – Кайл искренне улыбнулся, помахав мне штанами. – Мы почти готовы, пара минут – и идем. Рикки, давай, иди ко мне, еще наобщаешься сегодня с тетей.

Забрав у меня малыша, в пару быстрых и уверенных движений натянул на него штаны. Аманда, ревниво косясь на брата, снова прижалась ко мне, обняв ручонками за талию, и даже помолчала пару минут, довольно сопя.