Екатерина Вейн – Те, кого помнят (страница 4)

— Все всегда так говорят.

Он посмотрел в окно.

На мокрые серые дома.

— Сначала думаешь, что это просто человек. Потом начинаешь замечать странности. А потом

Он замолчал.

— Потом что?

Сергей медленно перевел взгляд на Илью.

И тихо сказал:

— Потом люди начинают исчезать.

Илья почувствовал раздражение.

Совпадения. Внушаемость. Интернет. Форумы.

Наверняка.

— Вы знакомы с Алиной Морозовой?

На секунду в глазах Сергея мелькнул настоящий страх.

— Она была у вас?

— Вчера.

— Тогда уже поздно.

— Что поздно?

Сергей наклонился вперед.

Илья почувствовал запах сигарет и холодного воздуха от его куртки.

— Теперь он знает про вас.

Повисла долгая тишина.

Илья уже собирался прервать этот театр паранойи, когда Сергей вдруг спросил:

— Вы помните его лицо?

— Чье?

— Его.

— Я никого не видел.

Сергей медленно покачал головой.

— Неправда.

И в этот момент Илья вдруг почувствовал странное.

Очень странное.

Перед глазами на долю секунды вспыхнул образ.

Темный подъезд. Человек в длинном пальто. И ощущение — будто он уже стоял рядом когда-то раньше.

Картинка исчезла мгновенно.

Но сердце ударило сильнее.

— Видите? — тихо сказал Сергей.

Илья молчал.

— Сначала кажется, что это воспоминание. Потом понимаешь: это не воспоминание.

— Тогда что?

Сергей посмотрел прямо ему в глаза.

И впервые за разговор его голос стал почти шепотом:

— Это он вспоминает тебя.

Через двадцать минут Сергей ушел.

Илья остался один.

Он долго сидел неподвижно.

Потом открыл карточку пациента.

Имя: Сергей Астафьев.

Дата рождения: пусто.

Адрес: пусто.

Номер телефона: пусто.

И самое странное —

в системе не было времени записи.

Словно карточку создали несколько секунд назад.

Внизу экрана мигнуло уведомление:

«Пациент удален из базы».

Илья замер.

А потом медленно посмотрел на дверь кабинета.

Ему вдруг показалось, что за матовым стеклом кто-то стоит.

Неподвижно.

И смотрит на него.

Глава 3 Первая запись

Дождь шел весь день.

Не ливень — мелкий, холодный, московский дождь, который будто висел в воздухе и медленно въедался в город. К вечеру окна кабинета покрылись мутными разводами, и улица за стеклом стала похожа на размазанную фотографию.

Илья сидел один.

Приемы закончились сорок минут назад, но домой он не собирался.