Екатерина Васина – Спор не по правилам (страница 40)

Из ванной слышу шум воды. Глубоко вздыхаю и цепляюсь пальцами за столешницу. Вдох-выдох, снова вдо-о-о-ох и снова вы-ы-ы-ыдох.

— Илья! — вопли Евы я сейчас воспринимаю как нечто отдаленное. — Илья, ну ты прикинь!

— Конкретизируй. — вздыхаю в ответ.

— Придурок Егор спиздил Кирюшу! Прикинь!

До моего, пока еще связанного оковами возбуждения и дурмана мозга, не сразу доходит кто такой Кирюша. Да чего там, я в первое мгновение даже не понял, что за женский голос орет на том конце телефона.

— Украл. — поправляю машинально, точно Ева еще мелкая и учится произносить нехорошие слова.

— Нет! Именно что спиздил! И удрал с ним под мышкой, хохоча во все горло!

Глава 16

Я не дослушала, чем там закончилась эпопея с попугаем. После полного событиями дня меня просто вырубило. Думаю, спа-процедуры тоже добавили расслабления и приятной усталости.

Забавно. Я была уверена, что после такого волнующего разговора не смогу заснуть. Все же мне в любви признались!

Но нет, вырубилась, едва голова коснулась подушки.

Ночью резко просыпаюсь. От кошмара. Они давно мне не снятся, но сегодня явились. Я его не помню в подробностях, но точно знаю как там было мерзко и тоскливо. Точно из мира высосали всю радость.

Именно поэтому я сплю с небольшим ночником. И нет, мне не стыдно.

Вот и сейчас лежу, глядя в потолок, который то и дело расчерчивают полосы от фар проезжающих автомобилей. В квартире безопасно, царит сонная тишина, в которой слышно как сопят Груздец и Радоздь, свернувшиеся у меня в ногах.

Сердце постепенно переходит на нормальный режим, а не пытается выскочить из груди. Фух, надо сесть. Зачем — не знаю. Но надо.

В полумраке вижу новую одежду, сброшенную на кресло.

И вот тут меня накрывает.

Натурально начинает трясти. Потому что застарелый страх так просто уходить не хочет. Я смотрю на одежду и меня трясет.

Больше не невидимка. Мне надо привыкнуть к этому. Надо начать жить нормально, а не оглядываться.

Но после трех лет пряток очень сложно привыкнуть к другому образу жизни.

И страх, сука, страх так и шевелится внутри!

Я стискиваю зубы, чтобы не начать скулить от всего, что сейчас чувствую.

Так, мантры, надо мантры.

“Я свободная. Я самостоятельная. Я сильная”.

И так по кругу проговаривать шепотом.

Не сильно помогает, но нахлынувшая было истерика чуть отступает. И на том спасибо.

В горле сохнет, а воды в комнате нет. Кстати, это даже хорошо! Ставлю себе задачу: пройти на кухню, налить водички и попить. Самые простые действия иногда помогают лучше любых мантр.

К тому же проснувшиеся коты думают, что им тоже перепадет. Идут следом за мной, задрав хвосты.

Я верю, что дом перенимает часть души своего владельца.

В этой квартире даже тишина казалась уютной и теплой. Страх продолжает ворочаться внутри меня, но я чувствую как он слабеет.

Да и вообще как можно чего-то бояться там, где пахнет ванилью и апельсинами?!

Страх окончательно уходит. Не исчезает, но хотя бы прячется куда-то очень глубоко. На всякий случай прихватываю стакан с водой и иду обратно.

И тут сонный взгляд цепляется за открытую дверь в спальню Ильи Романовича.

Ай, блин, просто Ильи.

Мне надо вернуться к себе, лечь спать. Потому что подъем как всегда в шесть. А на часах уже третий час ночи.

Вместо этих правильных действий я натурально замираю у чужой спальни. И осторожно заглядываю внутрь.

Илья не любит плотные шторы, поэтому в его спальню проникает свет от фонарей во дворе. Достаточно для того, чтобы разглядеть контуры спящего мужчины.

И… ни капли не страшно. Я стискиваю стакан с водой, а сама не могу отвести взгляда от Ильи. Он спит, обняв подушку, повернувшись спиной ко всем.

Очень такой сильной спиной, красивой, с четко прорисованными мышцами.

Внизу животы вдруг поднимается горячая густая волна. От нее одновременно сладко и стыдно. Потому что прежде я такого не чувствовала.

Очень яркое ощущение, от которого хочется выгнуться и застонать.

Вместо этого я начинаю пятиться.

Знаете, что любят делать коты? Они обожают оказываться на пути человека. Как Груздец, который с чего решил, что ему необходимо почесаться об меня вот прямо сейчас.

Падаю я молча, стиснув зубы. Даже не ойкаю, когда ощутимо прикладываюсь задницей к полу. Стакан летит из рук, к счастью, не разбивается. Воды из него попадает на котов, те от неожиданности… начинают драться между собой.

— Какого…

Илья буквально подскакивает на постели, оглядывается. Круглыми глазами смотрит на нас с котами. Мы замираем как суслики.

— Даша? Даша, что с тобой?

— Вода… — говорю упавшим голосом.

А все уже, все, раньше надо было думать. Илья поскальзывается на воде и с нечаянным матом падает рядом.

Коты исчезают как крайне раздосадованные тени. А мы с Ильей пару секунд ошарашенно смотрим друг на друга.

— Пить… захотелось. — говорю осторожно.

— Возле моей спальни?

— Ночью у людей странные желания. — пожимаю плечами.

И мы оба начинаем хохотать. Просто сидеть на мокром полу и ржать как ненормальные.

Кажется, завтра идти в универ мне будет совсем не страшно.

И вроде мы расходимся по своим комнатам, убрав воду с пола и успокоив котов. Но сон не идет. Я уже несколько раз перевернула подушку, пересчитала овец с моими лицами — ничего.

Да ну и плевать! Через полтора часа зазвонит будильник. Если я сейчас засну, то будет еще хуже. Так что натягиваю джинсы и футболку, кое-как собираю волосы в хвост. Выпью кофе, взбодрюсь перед учебой и внушу сама себе, что все будет хорошо.

Посвятить всю жизнь пряткам не хочу.

В квартире стояла тишина, так что я была уверена — Илья спит без задних ног. Потому вздрагиваю когда замечаю его у окна. Невольно залипаю, вспоминая заодно и картину его спящего в спальне. Сейчас он хотя бы одет: домашние штаны, белая футболка, в руках кружка. Судя по запаху — кофе, очень крепкий кофе. Если я выпью такой, то начну бегать по потолку и стенам. А Илья ничего, явно наслаждается напитком и видом пока еще темного неба.

— Я слышал как ты ворочаешься. — сообщает, оборачиваясь и подмигивая. — Признайся, что это мое неотразимое обаяние прогнало твой сон.

— Скорее то, как ты эффектно шлепнулся у моих ног. — парирую сонным голосом. — Но да, сделал ты это обаятельно. Можно я сегодня дома побуду?

Вообще-то университет я прогуливаю очень редко и всегда по крайне веским причинам. Сегодня же мне просто страшно. Я же живой человек, в конце концов. Если у меня спокойное лицо это не значит, что внутри я не визжу от ужаса.

Вооружившись чашкой с капуччино я усаживаюсь на небольшой диванчик рядом с панорамным окном. А взгляд сам собой соскальзывает на Илью. Вот есть мужчины, которые точно укутывают тебя в ауру надежности и защиты. С Ильей именно так. Потому я даже не отодвигаюсь, когда он усаживается рядом.

Страх внутри меня явно обломал зубы и теперь горестно скулит в самом углу подсознания. Он точно уменьшается в размерах. И я надеюсь, что скоро исчезнет.

Но одновременно с этим я понимаю, что такое работает только рядом с Ильей. Окажись сейчас здесь кто-то другой и я упаду в обморок или забьюсь в истерике.