Екатерина Трубицина – Символ символа. Серия: Аз Фита Ижица. Часть III: Остров бродячих собак. Книга 9 (страница 9)

Услышав своё имя, Ира вздрогнула. Наискосок от неё с бокалом грейпфрутового сока стоял Александр. Ира невольно хмыкнула в удивлении. Грейпфрутовый сок, после кофе, был её самым любимым напитком. Александр же, насколько она знала, его терпеть не мог.

Первая часть тоста состояла из стандартных застольных дифирамбов, а потом Александр обратился непосредственно к Ире:

- Ирина Борисовна, мне далеко не всегда нравятся Ваши решения, как, к примеру, сейчас мне не нравится Ваше решение приостановить работу над новой игрой.

Так вот, мне далеко не всегда нравятся Ваши решения, однако их воплощение в жизнь меняет мир в лучшую сторону.

Не сомневайтесь, даже если эта лучшая сторона не проявит себя сразу. И даже, если покажется, будто наоборот случилось наихудшее.

Всё хорошо — это всё хорошо и не более.

Невозможно быть счастливым, когда банально всё хорошо. Безусловно, невозможно быть счастливым, когда всё плохо. Но…

Хорошо и плохо — это лишь точки зрения.

Счастье — это когда нет никаких точек зрения.

Ирина Борисовна, независимо от того, нравятся мне Ваши решения или нет, я подчиняюсь им. Я подчиняюсь им не потому, что я верю Вам, или верю в Вас, на опыте зная, что их воплощение в жизнь повернёт её в лучшую сторону.

Я подчиняюсь Вашим решениям, потому что ХОЧУ им подчиняться. Потому что Ваши решения стирают точки зрения, тем самым давая прикоснуться к тому, что здесь ищет каждый из нас, давая прикоснуться к счастью. К счастью творчества, к счастью любви, к счастью жизни.

Ирина Борисовна, ваши решения никогда не бывают правильными и никогда не бывают неправильными.

Правильно и неправильно — тоже лишь точки зрения.

Ваши решения заставляют искать. А если ищешь, то обязательно найдёшь. Возможно, не то, что, как тебе казалось, собирался найти, но то, что ты действительно ХОЧЕШЬ.

Не сомневайтесь!

Отправляя своим решением на поиски, Вы даёте ошеломительный шанс, и не ваши проблемы, если у кого-то не получается им воспользоваться.

К тому же, я уверен, что если и не получается, то только лишь сразу же, но обязательно получится потом. Пусть даже и не скоро.

Ирина Борисовна, не сомневайтесь в своих решениях! — Александр улыбнулся и выпил до дна отвратительный для него грейпфрутовый сок.

За столом продолжалась весёлая кутерьма, а Ира погрузилась в себя, осмысливая сказанное Александром.

- Ирчик.

Ира вздрогнула. Рядом стоял улыбающийся Гена.

- Пойдём, потанцуем.

- Пойдём. — Ира улыбнулась, поднимаясь.

- Ирчик, Лу волнуется за тебя, — начал Гена, прижав Иру к себе. — Говорит, что несколько раз собиралась побеседовать с тобой, но ты пресекла её попытки.

Ир, не переживай, я не собираюсь лезть к тебе в душу и выяснять, что с тобой. Я всего лишь хочу напомнить тебе нашу с тобой беседу за неделю до Happy Beginning.

Помимо всего прочего, мы говорили о настроении и о способах управления им. Я сказал тебе тогда, что самый простой и доступный для понимания способ — это генерирование ощущений в глазах. Помнишь?

- Помню. Ты меня тогда заставлял улыбаться только глазами.

- Ирчик! Заставлял — это уж слишком! Ну а если серьёзно, воспользуйся этим сейчас.

Завтра, как проснёшься, не открывай глаза сразу. Сначала создай в них нужное тебе ощущение. Какое, сама придумай. Открой глаза только тогда, когда добьёшься устойчивости этого ощущения, а потом весь день его поддерживай. Да, за всякими делами ты будешь забывать об этом, но как только вспомнишь, сразу же возвращай глазам это ощущение.

И имей в виду! Я тебя не заставляю. Я всего лишь советую.

Ровно в семь утра Ира постучалась в кабинет Ихана.

- Добро пожаловать, Ирина Борисовна! Рад Вас видеть, но, к сожалению, могу сделать для Вас не всё, на что рассчитывал.

- Что-то не так?

- Не так, чтобы совсем уж не так, но… Хотя, возможно, что и к лучшему. Вы ведь знаете, как я избегаю касающейся Вас конкретики, а встретиться с Вашим собеседником так, чтобы остаться в неведении, кто это, невозможно. Знание же, кто это, наталкивает на выводы относительно конкретики, даже если не задаёшься целью их делать. Так что, может быть и правда к лучшему, что Ваш собеседник не счёл нужным последовать Вашему совету.

- Подожди! Как? — в растерянности воскликнула Ира. Она была уверена, что Александр обязательно спустится к Ихану.

- Ко мне заглянул Станислав Андреевич, но он ведь был лишь участником разговора, а не тем самым собеседником, ведь так?

- Так. Но… Ихан, не могу поверить, что Саша не зашёл к тебе?

- Саша?! — потрясённо воскликнул Ихан.

- Саша. — Оттенок растерянности Иры поменялся. — Я передала ему твою просьбу, и он ответил, что подойдёт к тебе минут через пять-десять.

- Ирина Борисовна, когда это было?

- В понедельник. Я отправилась на тот самый разговор сразу, как вышла от тебя.

Ихан застыл на несколько мгновений с приоткрытым ртом, а потом расхохотался, падая в одно из кресел. Ира обескуражено смотрела на него, силясь сообразить, что происходит.

- Минуточку, — сказал Ихан, отсмеявшись, и закрыл глаза. Посидев так немного, он усмехнулся и посмотрел на Иру. — Саша приходил ко мне в понедельник. Мало того, он сказал, что это Вы ему сообщили о моей просьбе, но… У меня и мысли не возникло, что он и был Вашим собеседником. Вроде бы есть оправдание такой недогадливости. Ещё в пятницу мы договорились, что он заглянет ко мне по кое-каким личным вопросам. И всё же я обязан был увидеть налёт неприятного разговора, потому что сейчас я это увидел, а вот в понедельник почему-то нет. Странно.

Ихан поднялся с кресла, подошёл к Ире и приступил к внесению лёгких корректировок в её внешность, продолжив свой монолог:

- Максим периодами прямо-таки одержим Сашей. Я тоже замечал за ним кое-какие любопытные детали, но никогда не придавал этому значения. А вот сейчас, похоже, я заразился одержимостью Максима. Ирина Борисовна, Саша реально разжигает любопытство.

С одной стороны, он производит впечатление человека если и не совсем обычного, то недалеко ушедшего от этой обычности.

С другой стороны, похоже на то, что он мастерски владеет кое-какими техниками, владеть которыми обычным людям несвойственно.

С третьей стороны, обнаруживается, что владеет он этими техниками, как выражается Максим, коряво, а не мастерски.

А вот с четвёртой стороны, возникают подозрения, будто эта корявость намеренная.

Всё это я заметил давно. Ещё до того, как здесь появился Максим. Однако я не придавал этому значения, поскольку если с повышенным вниманием понаблюдать за любым самым обычным человеком, тот вполне может произвести подобное впечатление.

- Ихан, а в чём для тебя разница между обычным человеком и необычным?

- Если обычному человеку не нравится внешний мир, ему не нравится то, что этот мир с ним делает. А вот Саше не нравится то, что он бессилен сделать что-либо с этим миром.

Для обычного человека установка по умолчанию, что есть некие внешние силы, которые управляют им. Такой человек может покоряться им или восставать против них — неважно — главное, что для него эти силы, в любом случае, остаются внешними.

Называют эти силы по-разному: бог, судьба, фатум, карма, предназначение, но это тоже неважно. Важна сама установка по умолчанию, что эти силы являются силами внешнего мира.

У необычного человека такая установка по умолчанию отсутствует.

Он может не осознавать этого и пользоваться в своей речи той же самой терминологией, говоря о различных явлениях, событиях, стечениях обстоятельств, ситуациях. Однако, не отдавая себе в этом отчёта, он ощущает, что силы, определяющие течение его жизни, это силы внутреннего мира, а не внешнего.

- Ихан, получается, что Осознание Сути — это стирание установки по умолчанию, что силы, определяющие течение жизни, принадлежат внешнему миру?

- Нет. Осознание Сути возможно только в том случае, если такая установка отсутствует. То есть, стирание этой установки — если она есть, а есть она у подавляющего большинства человечества — это первый шаг к Осознанию Сути.

Но даже если он сделан, Осознание Сути не становится следствием такого шага. То есть, оно не гарантировано.

Так вот, поскольку такая установка по умолчанию есть у большинства человечества, я называю людей с такой установкой обычными, а тех, у кого такой установки нет — необычными.

Безусловно, если такая установка по умолчанию есть, и человек свято убеждён, будто какие-то силы внешнего мира управляют течением его жизни, будто внешний мир что-то делает с ним — как правило, совсем не то, что он от него ожидает — от этого силы, определяющие течение жизни, внешними не становятся. Тем не менее, отношение к этим силам, как к внешним, определяет взаимодействия человека с внешним миром.

Независимо от наличия или отсутствия такой установки, эти силы неподконтрольны сознанию.

С другой стороны, если такая установка по умолчанию отсутствует, и даже если человек не отдаёт себе в этом отчёта — что бывает в подавляющем большинстве случаев — его сознание работает по-другому. То есть…

Допустим, есть два человека. Один с установкой по умолчанию, что силы, управляющие течением его жизни, это внешние силы, а другой без такой установки, но не отдающий себе в этом отчёта. Они могут делать одно и то же и говорить одно и то же о боге, судьбе, фатуме, карме, предназначении и тому подобном, но мотивации их действий и слов будут сильно отличаться.