Екатерина Трубицина – Символ символа. Серия: Аз Фита Ижица. Часть III: Остров бродячих собак. Книга 9 (страница 20)
- Нет, Оксана. Мы не спасаем мир. Он не нуждается в спасении. Мы расширяем выбор средств использования этого мира. И это именно выбор, а не навязывание, как происходит со всевозможными вариантами страданий.
Если ты считаешь, что в случае нашего успеха все ученые дружно побегут общаться с животными и растениями, ты глубоко заблуждаешься. Я не собираюсь открывать всем и каждому такой доступ к этой возможности, какой есть у тебя.
В особенности, я не собираюсь открывать его учёным. У них ведь хватит ума сконструировать какую-нибудь штуковину для расшифровки сигналов, поступающих от животных и растений. В этом случае, то, что мы собираемся сделать, потеряет смысл.
Потому что смысл не в том, чтобы понимать животных и растения, а в том, чтобы получить столь же яркое ощущение собственного внутреннего мира, которое дают страдания, но без страданий.
Так что, я собираюсь приоткрыть эту дверцу ровно настолько, чтобы в сознание поступало ощущение от контакта с другим внутренним миром с минимальным количеством информации о природе этого контакта и о его содержании.
Оксана, сконцентрируйся сейчас на своей левой ладони и почувствуй её поверхность. — Ира выждала с полминуты. — Получается?
- Ну-у-у, — неуверенно протянула Оксана.
- А теперь всё то же самое, но потри левую ладонь правой. Как тебе разница?
- Более чем ощутима. — Оксана усмехнулась.
- Вот это я и хочу сделать из непосредственного контакта внутреннего мира человека с внутренним миром животных и растений.
Внутренний мир становится ощутимым, когда его теребят страдания. Для этого они и существуют. Контакт с другим внутренним миром способен давать тот же самый эффект ощутимости, только ощутимость эта совершенно иного качества.
Разумеется, кто-то пойдёт по этому пути дальше и научится полноценно общаться с животными и растениями. Однако меня это не тревожит. Знаешь почему? Потому что без открытия этой возможности большинству, то будут единичные случаи. Как с тобой. А ты ещё в детстве поняла, что ненужно афишировать эту свою способность.
Когда со мной стала происходить куча всякой всячины, которая с обычными людьми не происходит, и я засомневалась в здравости своего рассудка, мне объяснили, что здравость рассудка — это не то, что ты способен воспринимать, а умение правильно оценить, с кем можно делиться своими впечатлениями, а с кем — нет.
Так что, из тех единиц, кто пойдёт по этому пути дальше и научится полноценно общаться с животными и растениями, распространяться об этом будут только сумасшедшие. Оксана, ещё вопросы есть?
- Больше нет.
Ира вновь потянулась за мобильным.
- Подождите, Ирина Борисовна. Я хочу уточнить. Саша действительно в курсе первой темы нашего с Вами разговора?
- Да.
- В таком случае, маловероятно, что этот разговор останется без продолжения, а продолжить его мне гораздо проще по телефону.
- Я пока провожу Зива и Лоренца. — Ира встала и направилась к двери. — Я буду ждать твоего звонка, — добавила она, выходя из квартиры.
- Что там у вас за первая тема была? — полюбопытствовал Лоренц, остановившись у двери лифта.
- Чисто человеческие разборки, — ответила Ира.
- Может, помочь чем? — спросил Зив. — Мы можем!
- Не сомневаюсь. Но в данном случае, это то, через что надо пройти.
Оксана позвонила, когда Ира вышла с Зивом и Лоренцем на улицу.
- Удачи! — пожелал Зив.
- Если что, мы, на всякий случай, будем поблизости, — мяукнул Лоренц.
- Спасибо! — поблагодарила Ира и зашла обратно в подъезд.
Соответствие внутренним стремлениям
Когда Ира вернулась в квартиру, Оксана заканчивала ликвидацию последствий посиделок.
- Саша и Станислав Андреевич ждут нас с чаем на ковре, — сказала она, закрывая воду.
- Идём?
- Да.
Они переоделись, ещё раз окинули придирчивым взглядом результаты своих трудов и вышли.
- Ирина Борисовна, я чувствую, что сложившаяся ситуация предполагает, чтобы я рассказала Саше о своём брате.
- Оксана, не делай этого сейчас. Причина, из-за которой тебе сразу никто не рассказал о том, что произошло между мною и Сашей, та же самая, что и та, из-за которой ты хранишь втайне от Саши свою историю. Я рассказала тебе всё это только потому, что возникла веская причина это сделать. У тебя такой причины в данный момент нет.
И самое главное. Разница между этими двумя ситуациями огромна. То, что произошло между мною и Сашей не затрагивает ваши с Сашей отношения так, как принято расценивать подобные ситуации. Твоя же история… В общем, ты лучше меня знаешь, какое влияния на тебя до сих пор оказывают те твои отношения. Оксана, Саше не нужно сейчас знать об этом.
Я уверена, Станислав Андреевич сумеет помочь тебе развязать те узлы. И вот тогда, когда твоё прошлое перестанет влиять на тебе, когда твоё прошлое перестанет быть для тебя настоящим и станет в полной мере прошлым, вот тогда и расскажешь Саше.
- Спасибо, Ирина Борисовна. — Оксана облегчённо вздохнула и улыбнулась.
- Оксана, да пока не за что.
- Ну как это не за что? Вы только что снабдили меня великолепным оправданием, почему я в очередной раз не сделаю того, что обязана была сделать сразу, как поняла, что Саша меня любит. А может, даже и раньше.
- Знаешь, я всегда ценила искренность в любых отношениях. А однажды обнаружила, что мои лучшие друзья, которым я безоговорочно доверяю, постоянно разыгрывают меня и вовсе не в качестве невинных шуток. Я была в шоке. А затем пришло понимание, что их розыгрыши были единственным способом помочь мне.
Разница между правдой и ложью существует только во времени. Вне времени есть энергетические факторы, которые работают с разной степенью эффективности и в разном направлении.
Мои лучшие друзья всегда выбирали те, которые наиболее эффективно действовали в нужном направлении, не заботясь о том, что избранные ими энергетические факторы представляли собой во времени: правду или ложь. Понимаешь, о чём я?
- Думаю, что да.
- Твои отношения с братом, до сих пор терзающие тебя, это — бомба, которую нужно обезвредить, а не пихать в руки человеку, который, несмотря ни на что, значит для тебя больше всего на свете.
- Я понимаю, но…
- Оксана, — перебила Ира, — если бы Саша мог обезвредить эту бомбу, он бы уже давно это сделал. Его отношение к тебе уже давно превратило бы ту историю в формальный сказочно-сериальный поворот судьбы, вызывающий не больше эмоций, чем подобная ситуация в сказке или в сериале.
- Я поняла.
Они подошли к двери в квартиру. Оксана достала ключ и отомкнула её.
На полу лежал огромный медный поднос с четырьмя источающими пар чайниками, четырьмя чашками и несколькими тарелками с бутербродами и пирожными. Вокруг подноса первозданным хаосом валялось несметное количество подушек.
Александр и Стас стояли у окна. По всей видимости, скрежет ключа оборвал их разговор на полуслове.
Едва Ира и Оксана вошли, Александр устремился им навстречу.
- Оксана, — от волнения голос Александра звучал с каменным оттенком, — можешь думать обо мне что хочешь, но я не собираюсь просить прощенья.
- В таком случае… В качестве компенсации… Пожалуйста, избавь меня от необходимости выдумывать, как мне реагировать! — Оксана начала, запинаясь и заикаясь, но окончание фразы вырвалось из неё отчаянным криком души.
Александр на мгновение замер с приоткрытым ртом, а потом расхохотался и в порыве прижал Оксану к себе.
- Воистину чудо природы! — с остатками смеха воскликнул он.
- Так, девчонки, — сказал Стас, отходя от окна, — выглядите обворожительно, но только с учётом, что обе замученные насмерть. А потому давайте-ка сразу говорите, что нужно, чтобы уже ничего не мешало вам полноценно расслабиться.
- Стас, нужно сделать так, чтобы Оксана, Лёша, Эрика, Сергей и Володя проводили вместе как можно больше времени. Желательно с утра до ночи. И ещё нужно, чтобы с ними постоянно были Зив и Лоренц. И ещё желательно, чтобы Надя и Света, по возможности, отдыхали отдельно от них.
- Не вопрос. Надя и Света — великие специалистки по пляжу, в то время как Серёга и Володя в больших дозах переносят его с трудом. Так. Оксана, машину водишь?
- Да.
- Саша, дай листок бумаги.
Александр, который все ещё не пришёл в себя окончательно, на автопилоте принёс. Стас достал ручку и начал писать.
- Оксана, дай свой паспорт и права, — попросил он по ходу.
Оксане тоже адекватное осознание окружающей обстановки давалась пока с трудом, и она передала затребованные Стасом документы также на автопилоте.