Екатерина Трубицина – Крышень без компании. Серия: «Аз, фита, ижица». Часть II. Хаос в калейдоскопе. Книга 5 (страница 5)

Так что рассказывать, почему всё, что вы делаете, гениально, вам придётся с учётом того, что объясняете вы даже не чайнику, а самовару трёхведёрному. Ну а теперь, я вас слушаю.

Руслан и Миха принялись всесторонне демонстрировать своё творчество, через три минуты забыв про чайники с самоварами. Однако Гена их больше не перебивал.

Хотя слушал и смотрел Гена предельно внимательно, Ира поняла, что он не пытается вникать в их увлечённо-восторженные объяснения, сосредоточившись на пристальном наблюдении за ними самими.

– Супер! – заключил Гена, когда Руслан и Миха исчерпали ресурсы для демонстрации. – Ребята, я в любом случае вам помогу. Проблема в том, что в данный момент я не имею ни малейшего представления, как и чем следует вам помочь, дабы ваша деятельность имела не только творческий успех.

Нет, если предел ваших мечтаний тихонько сидеть себе в уголочке и творить, я могу тупо давать денег и больше по этому поводу не париться. Но, полагаю, вас интересует возможность продвижения ваших творений в люди. Интересует?

– Да! Конечно! – дуэтом подтвердили Руслан и Миха.

– Понимаете, как бы вы сейчас мне это всё тут ни объясняли и ни показывали, я сам не в состоянии даже приблизительно оценить уровень ваших работ. Если уж на то пошло, я даже не знаю, по каким критериям его следует оценивать. И сейчас, навскидку, представить не могу, у кого можно проконсультироваться…

– Гена, что ты себе и ребятам голову морочишь? – вклинилась Лу. – У тебя дома два заправских gamer-а сидят. Поставь Альберту и Мартину хотя бы одну из игрушек, и они тебе к завтрашнему дню экспертный отчёт выдадут.

– Кстати, да! – оживился Гена. – Я что-то не подумал. Ирчик, у тебя ж чистые диски имеются?

– Конечно!

– Да у нас есть! – остановил Миха Ирин порыв бежать за дисками.

– Скиньте-ка, сколько не жалко, но так, чтобы в комп не копировались. У меня с почитанием авторского права всё в порядке, но объяснять его тонкости тринадцатилетнему и восьмилетнему хакерам бесполезно, – пояснил Гена своё требование.

Пока шёл процесс записи дисков, Ира и Лу удалились на кухню с целью придумать что-нибудь типа чаепития. Стараниями Татьяны Николаевны, напрягаться им не пришлось. Под льняной салфеткой прятался яблочный пирог утренней выпечки, а в холодильнике высилась гора сырников и отливала рубином пол-литровая банка с протёртой красной смородиной.

– А Лёша твой где? У себя в комнате прячется? – спросила Лу.

– Нет. Женечка, как всегда, забрал к себе Дану, ну а Влад и Алина прихватили с собой Лёшу. В Воронцовку уехали.

Когда Ира и Лу вернулись с подносами, Гена засовывал диски к себе в борсетку, а Руслан и Миха отключали ноутбук.

– Во! Класс! – воскликнул Гена, потирая руки. – Сейчас чайку с пирогом попьём и поговорим о вещах более понятно решаемых. И для начала скажите-ка мне, что у вас с образованием.

Повисла неуютная тишина.

– Ребята! Руслан! Михаил! Ваш высокий образовательный уровень в избранной вами сфере у меня не вызывает сомнений, но чтобы определиться, что с вами делать прямо сейчас…

Надеюсь, понимаете, что вопрос с вашей игровой деятельностью в ближайшие три дня не решится. Так вот, чтобы придумать, что делать с вами прямо сейчас, я должен знать, какие документы об образовании у вас имеются.

– Ну-у-у-у… – протянул Миха.

Он некоторое время колебался, но потом всё же рассказал, что несколько лет назад поступил в институт на соответствующую его деятельности специальность, но на первой же лекции по программированию всерьёз задумался, что он здесь забыл.

После лекции Миха, на всякий случай, подошёл к преподавателю и задал ему несколько вопросов, ответы на которые показали, что в этом учебном заведении явно перепутали, кто у кого должен учиться.

Больше Миха в институт не вернулся. Даже за документами.

С Русланом всё было гораздо сложнее. Он мужественно хранил тайну официально подтверждённого уровня своего образования, отчаянно сопротивляясь Гениному напору, как истинный советский партизан.

Гена несколько раз менял стиль ведения допроса. В конце концов, Руслан сломался и признался, что не помнит, в каком классе бросил школу, но явно до достижения девятого, так как даже аттестата об общем среднем образовании у него нет.

– Руслан, всё это не так страшно и вполне решаемо, – поспешила вмешаться Ира, дабы сгладить последствия общения с белым и пушистым удавом. – Есть такое замечательное заведение, которое называется «вечерняя школа»…

– Да знаю я, – со вздохом перебил Руслан. – У меня сочинской прописки нет.

– О как! – воскликнул Гена в неприятном удивлении. – А как же тебя к нам оформили?

– Я в крае прописан.

– А где именно?

– В Староминско́й. Я, вообще, сочинский. Здесь родился. Мы на Бытхе жили. В шестнадцатой школе учился. А потом родители здесь квартиру продали, а в Староминской дом купили. Ну, я там с ними с полгода пожил, всё бросил и сюда вернулся.

– Куда, сюда? – строго спросил Гена.

– Ну… В Сочи.

– Я понимаю, что в Сочи, а куда?

– Ну-у-у-у…

– Ладно, – сжалился Гена. – Сейчас-то, где живешь?

– Комнату снимаю.

– А где?

– На Красной.

– В смысле, сарай снимаешь?

– Ну-у-у-у… Что-то типа того.

– А зимой?

– И зимой там.

– Понятно. А ты, Михаил, где живешь?

– Я? На Донской.

– Один? С женой? С родителями?

– С бабушкой.

– А родители где?

– Меня бабушка вырастила.

– Понятно. А чего, друга-то? Хоть на зиму приютил бы у себя пожить.

– Да я с удовольствием! Если б нам вместе жить, мы бы горы свернули. Но у нас комнатушка в общаге, да и бабушка… – Миха замялся.

– Болеет? – спросил Гена.

– Да нет. Она бодренькая, но годы-то уже не те. Ну… Чудит.

– И что? Одну оставлять не боишься?

– Да нет. Она безопасно чудит. День Сурка у неё. На генеральной уборке заклинило. В общем, бывает, так увлечётся, что вечером и спать лечь негде. Так что я сам, бывает, у Руслана перекантовываюсь.

– Ясненько. А работаешь где?

– Рекламу монтирую. В смысле, рекламные ролики.

– На телевидении, что ли?

– Н-н-нет. Там… Такая… Конторка небольшая.

– Понятно. А зарплата, какая?

– Семь тысяч.

– Исправно платят?

– Ну… По-всякому.

– А сколько тебе лет, Михаил?