Екатерина Стрелецкая – Жена по контракту, или Фиктивный брак для попаданки (страница 45)

– Мало ли что сказал чернокнижник… Веры ему… – огрызнулся муж, но в его голосе уже не ощущалось былой уверенности.

– Чернокнижник… Чернокнижник… В моём мире тоже есть такое понятие, означающее, что человек практикует чёрную магию, то есть, заключивший сделку с нечистой силой и использующий полученные способности исключительно во зло. А кого здесь принято называть чернокнижниками? Может, я ошибаюсь, и не настолько всё ужасно, как мне могло показаться из-за разницы в понятиях?

Муж удивлённо приподнял левую бровь и скрестил руки на груди:

– У нас чернокнижниками называют тех магов, в ком просыпается запретный дар. Тёмный дар, способный нарушить установленный порядок равновесия и посеять хаос. Когда-то архимаги собрали все запрещённые заклинания в чёрные книги и наложили запрет на обучение магов по ним, независимо от пробудившегося дара. Чернокнижников к тому моменту практически истребили или лишили силы, но так как дети с таким даром продолжали рождаться, и многих из них родители стали прятать несмотря на королевский указ об уничтожении, то правила были несколько смягчены. Чёрные книги давались тёмным магам, чтобы те учились управлять своей силой, но за это каждый принял не только присягу на верность королю, но и принёс множество клятв, ограничивающих применение их дара.

Я прошлась по залу, заложив руки за спину, чтобы сосредоточиться:

– А что именно считается запретным в магии?

– Поднятие мертвецов, открытие межмировых порталов с целью призыва воинов для свержения власти, изготовление ядов для массового отравления, призыв духов хаоса и так далее.

– То есть, в принципе всё то же самое, что могут делать обычные королевские маги, но с дозволения монарха… Можете говорить что угодно, но не вижу ничего такого, что резко бы ставило чернокнижников на более низкую ступень по сравнению с другими одарёнными. Так почему же Анатарен не мог почерпнуть из своих книг больше информации, чем доступно большинству? Допустим, он попросту не ограничивался теми Чёрными книгами, к которым ему дали доступ, а нашёл какие-нибудь записи других чернокнижников, поэтому и сказал мне насчёт одарённых женщин. Может, стоит проверить Эйслинн на наличие дара? Как вообще это делается?

Задумчиво постучав указательным пальцем по подбородку, муж ответил:

– Во-первых, проявления дара и так видны. Во-вторых, если есть сомнения, то используют либо специальные артефакты, улавливающие даже крохи магического дара, либо приводят к таким вот источникам родовой магии. В зависимости от того, как отреагирует пламя такие выводы и делают. Возможно, ты права, Элена, и как только Эйс придёт в себя и окрепнет, стоит привести её сюда. Главное, чтобы ей не стало хуже от контакта с источником.

Последняя фраза мужа меня серьёзно взволновала, так как причинять вред девочке не хотелось.

– А такое вообще бывало когда-нибудь с кем-нибудь?

– Только в том случае, если имел факт измены, и пламя не принимало наследника или наследницу. Но я на все сто процентов уверен, что Эйс моя дочь. Меня гораздо больше беспокоит её состояние в целом. Столько лет пытаемся разгадать, что с ней творится, но всё без толку.

Не хотелось поднимать эту тему, зная, как муж относился к покойной супруге и насколько любит дочь, но раз теперь мне тоже предстоит разбираться со здоровьем Эйслинн, то лучше разъяснить всё, что напрямую или косвенно с ней связано.

– А каким образом проверялась принадлежность к роду Тэйнайл? Или всё дело в репутации Хелены?

У мужа дёрнулась щека, как только он услышал имя покойной жены, но он всё равно ответил, хотя я почувствовала, насколько непросто ему это далось:

– У меня действительно не было причин подозревать Хелену в неверности, поэтому никогда бы не стал проверять принадлежность Эйс к своему роду. Но когда жена скончалась вскоре после родов, а вопрос в том, выживет ли дочь, стоял очень остро, я надел на неё фамильный перстень, который должен был поддержать в ней жизнь. Если бы родовая магия её не приняла, Эйс бы сейчас рядом с нами не было, а тело Хелены не лежало в фамильном склепе. Хоронить попросту было бы некого, а пепел развеял ветер. Родовая магия, Элена, это не игрушка. Она суровее первородной стихии.

В голове у меня тут же щёлкнуло:

– Вот поэтому Найла признали, но в род Тэйнайлов не ввели? Источник попросту бы его испепелил, как незаконнорождённого?

– Ты всё правильно поняла, Элена. По этой же причине бастардов, если таковые рождались, убивали, так как введение в род дитя, рождённого вне брака, одобренного высшими силами, означало ослабление родовой магии, а это невыгодно. Сила должна преумножаться, а не уменьшаться. Жестоко, но это так.

– Погодите… Вот сейчас я окончательно запуталась: если бастардов испепеляет пламя источника, то каким образом их можно ввести в род?

– Передав часть своей родовой магии. Грубо говоря, я мог бы поделиться с Найлом своим огнём, и тогда привести в этот зал, чтобы окончательно подтвердить введение в род Тэйнайлов. Моя сила в первую очередь – это защита для всех тех, кто обитает на принадлежащих мне землях. Отсечь половину, означает значительно ослабить свою позицию как лорда. Когда сила распределяется внутри одной семьи, то глава лишь усиливает её без ущерба для остальных членов, а вот в случае с бастардами ситуация иная. Родовая магия примет, но всё равно станет реагировать как на нечто инородное, а когда придёт в равновесие, предсказать невозможно. Может, через месяц, может, через год, а то и больший срок. В качестве помощника Найл хорош, но введение его в род бессмысленно и слишком опасно, учитывая, насколько нестабильной была ситуация в королевстве за последние годы.

– Понятно… А если предположить самую безумную версию, что это Найд причастен к покушению на Эйслинн, чтобы стать единственным наследником и тем самым принудить вас ввести его в род?

– Глупо. Во-первых, он знает, что продолжить свой род я способен. Тогда в первую очередь нужно было бы избавиться от вас обеих. Зачем так рисковать, оставляя иеритэни в живых? Во-вторых, передача родовой магии, полностью или частично, возможна лишь добровольно. При малейшем давлении пламя попросту погаснет и возродится нескоро. Не говоря уже о том, что попутно уничтожит агрессора. Я же говорю, что с магией шутки плохи.

Вроде муж всё доходчиво объяснил, но мне всё равно не давала покоя мысль, что не всё так просто с этим нападением, и готовилось оно давно. Если бы Эйслинн не сбежала из спальни, всё могло бы закончиться плачевно.

Муж протянул мне руку:

– Элена, нам пора. Защита полностью восстановилась и функционирует как следует.

– Погодите. А если бы Эйслинн была убита этой ночью, а подозрение пало на меня, как и задумывалось… Обезумевший от горя отец способен на необдуманные поступки, это каждый подтвердить может. Вы же ведь могли меня убить? Про проблемы с оборотом королю известно… Так что потом мешало объявить вас безумцем, который вышел из-под контроля, и запереть в крепости, лишив навсегда дара? Кому в таком случае достались бы все земли Тэйнайлов?

– Королю, либо тому, кто смог бы доказать, что имеет все права стать новым наследником. Второй вариант невозможен, так как таких нет, а Найл будет уничтожен источником. Если предположить интерес короля, то лишить меня силы он мог ещё в королевском замке, поступив точно так же, как с другими лордами, которых сослали в крепость.

– Ещё одна безумная версия: в королевском замке было рано. Возможно, король надеялся, что отослав в Неданлор, вы вернёте себе всю силу вместе со способностью к обороту, и тогда трофей станет намного привлекательнее? Даже в текущем состоянии ваша сила велика. По крайней мере, мне так говорили. А сейчас у него кончилось терпение, и он решил действовать грубее?

Глава 47. Проверка

По тем отголоскам эмоций, которые мне удалось уловить, я поняла, что подобные мысли тоже посетили мужа, но не имея ни малейших доказательств и основываясь только исключительно на догадках, легко промахнуться. Фатально промахнуться. Жаль, что нападавших допросить не получится. Единственное, на что можно надеяться – на магическую защиту, и то, что пока муж не докопается до правды, придётся вести себя крайне осмотрительно. Понять бы ещё, с какой стороны ждать удара… Если так подумать, то для козней короля слишком как-то просто и несуразно выглядело: не тот масштаб, не те возможности. Муж был прав: захоти тот отобрать магию, сделал бы это намного раньше и без лишнего шума. Хотя… Если короля окончательно накрыло безумие, то ждать логичных и взвешенных поступков не приходится.

– Элена, тебе пора возвращаться в свои покои, – напомнил муж, протягивая руку, чтобы покинуть зал с источником.

Спорить с ним я не стала, тем более что после напряжённой бессонной ночи всё сильнее хотелось прилечь и хоть немного отдохнуть. Сомневаюсь, что ближайшие дни выдадутся полегче. Наверх мы возвращались в полном молчании, но я была лишь рада, что больше муж не возвращался к разговору об увиденном мной во время ритуала. Честно говоря, мне и самой было не по себе из-за этого. Другая на моём месте, наоборот, обрадовалась бы, что вся эта грубость была показной, и на самом деле муж испытывает если не нежные чувства, то хотя бы искренне проявляет заботу, но не я. Мне было страшно. Однажды уже позволила себе довериться другому человеку, проявить ответные чувства, а в итоге ничем хорошим это не закончилось. Дочь – вот единственный светлый лучик, озарявший период моего первого замужества, как бы тяжело ни было. Сейчас же всё было против того, чтобы я вышла из своей скорлупы, так не стоит и начинать, ведь исход в любом случае будет не в мою пользу. Мне и так понадобилось слишком много сил, чтобы собрать себя из разбитых кусков, да и то до сих пор сквозь трещины задувает ледяной ветер.