Екатерина Стрелецкая – Преданное доверие, или Обитатели заброшенного замка (страница 5)

— Прости, если напугал… — Длиннопалый чуть склонил голову к правому плечу и слегка обхватил пальцами оба моих запястья.

— Нет-нет, вы меня не напугали. Я просто отвлеклась и не заметила вас.

На лице у Длиннопалого появилась лёгкая улыбка, и он задумчиво протянул:

— Любопытно. К Тарке ты обращалась на «ты», Мейрин.

Наверное, впервые за последние годы я почувствовала себя неловко:

— С ней как-то по-другому не получилось…

Дух хмыкнул:

— Ну, да. Это же Тарка. Наш вечный ребёнок. Меня тоже лучше на «ты», так привычнее. А то создаётся ощущение, что обращаешься к кому-то другому, и я сразу теряюсь, начиная этого кого-то искать.

— Прости, не хотела тебя обидеть или расстроить. Я очень благодарна тебе. Ты мне жизнь спас.

По своеобразному лицу Длиннопалого было непросто читать эмоции, но мне показалось, что он засмущался, и даже треугольный кончик проваленного носа покраснел.

— Я просто решил попробовать удержать тебя перед Гранью, и у меня получилось. К тому же мне помогали и Кайл, и Энр, и Тарка. Без них я бы не справился.

— Скажи, а ты таким образом проверяешь меня на искренность? — я кивнула на свои запястья, которые дух по-прежнему не выпускал из своих пальцев.

— Нет-нет, что ты! Мне это не нужно. Всё дело в том, что я могу улавливать жизненные потоки, а руки — это, к моему великому сожалению, единственные части тела, которые сохранили чувствительность. Если быть совсем точным, то подушечки пальцев. — Длиннопалый аккуратно опустил мою правую руку на одеяло, а потом несколько раз стукнул себя кулаком в грудь.

Раздался глухой звук, словно ударили по полой колоде. Будто не живое существо передо мной сейчас находилось, а деревянная кукла, которую попросту не доделали до конца.

— Поэтому прикосновения — это единственный способ наиболее достоверно оценить твоё состояние, Мейрин. Прошу простить меня, если случайно доставил неприятные ощущения. Всё-таки мои пальцы достаточно твёрдые и грубые, сильно отличаются от человеческих. К тому же я знаю, не все любят, когда их трогают, да и среди людей это вроде как считается неприличным. Но иных вариантов диагностики пока нет, особенно если принять во внимание тот факт, что большую часть своего нахождения в замке ты была без сознания. Кстати, прогресс очевиден: медленно, но верно идёшь на поправку. До полного восстановления ещё очень далеко, зато твоё состояние больше не вызывает опасений. Я, наверное, повторяюсь. Извини, отвык так много говорить.

Я дотронулась пальцами до руки Длиннопалого:

— Если тебе разговор доставляет неудобства, мы можем его прекратить.

— Наоборот. Так хоть на некоторое время перестаю себя ощущать бестолковой деревяшкой.

— Напрасно ты так о себе…

— Как есть. Без прикрас. Что-то мы всё обо мне, да обо мне… — Длиннопалый снова дотронулся до правого запястья девушки. — Если чувствуешь в себе силы и, естественно, хочешь, могу немного приподнять подушки, и ты сможешь немного посидеть. Но недолго.

— А Тарка мне запрещала даже шевелиться. — наябедничала я на свою неугомонную временную сиделку, пока дух ходил к креслу за дополнительными подушками.

— Это я её попросил. Так что не ругайся на Тарку, Мейрин. Она всё правильно сделала. Я вначале ушил твои раны на боку специальными растительными жилами, которые постепенно сами бы рассосались, и не нужно было бы снимать швы. Но из-за большого количества яда в твоём теле они распадались раньше времени, и раны снова раскрывались. После повторного случая пришлось позаимствовать у Тарки шёлковые нитки. Правда, их оказалось не так много и сплошь разноцветные…

Выдохнув с облегчением, я хихикнула:

— Хорошо, что пояснил. А то я утром подумала, что окончательно с ума сошла, когда увидела во время перевязки стежки весёленьких оттенков. Зато теперь понятны стенания Тарки, что лучше бы она крестиком вышила…

Длиннопалый беззвучно рассмеялся, растянув тонкие губы почти от уха до уха:

— Да-а-а-а… Любовь к прекрасному в ней неискоренима!

Подложив под спину принесённые подушки, он аккуратно приподнял моё тело так, чтобы я полулежала.

— Удобно? Голова не кружится? Ты всё-таки потеряла много крови, плюс ко всему организм сильно ослаб из-за яда.

Осторожно пошевелившись, а потом покрутив головой, я прислушалась к своим ощущениям:

— Всё хорошо. Спасибо за заботу. Просто мне кажется, что я разучилась что-либо делать, кроме как лежать.

Дверь тихонько приоткрылась, и какой-то человечек, просунув голову в образовавшуюся щель, позвал Длиннопалого:

— Тебя Энр просил зайти к нему. Ой, здрассьте.

Длиннопалый махнул рукой, приглашая войти:

— Хелвики, познакомься, это Мейрин. Мейрин, это ещё один из обитателей нашего замка.

Я как можно приветливее поздоровалась, но Хелвики проигнорировал приветствие, пробурчав себе под нос:

— Развели церемонии. Старый будет недоволен, что она до сих пор здесь.

В глубине глазниц Длиннопалого ярко вспыхнули голубые огоньки, выдавая его негодование, но тут же стали прежними:

— А вот это не тебе решать и даже боюсь, не ему. Передай Энру, что я сейчас приду.

Хелвики в мгновение ока выскочил в коридор.

— Прости его, Мейрин, и не принимай близко к сердцу всё, что он сказал. Хелвики всегда к людям настороженно относится. Извини, но мне действительно нужно идти. Заодно посмотрю что-нибудь для тебя из еды: одних восстанавливающих настоек для выздоровления будет мало. Если хочешь, могу позвать Тарку, и она составит тебе компанию, пока не вернусь. Мне кажется, вы с ней неплохо поладили.

— Не хотелось бы лишний раз вас всех напрягать. Вы и так целыми днями дежурили возле меня.

— Насчёт этого не переживай. Ей только в радость пообщаться будет. Но, если вдруг почувствуешь себя плохо, сразу зови. Договорились?

— Да.

Длиннопалый подхватил с кресла ту самую домашнюю куртку, в которой был во время нашей первой встречи той ночью, когда я попала в замок, и направился к двери.

Уже взявшись за ручку, он обернулся:

— У меня будет ещё одна просьба: Мейрин, пожалуйста, не пытайся в ближайшее время вставать и ходить. Перелом я, конечно, хорошо зафиксировал, но кость пока плохо срастается, надо понаблюдать, как дальше дело пойдёт.

А вот это было уже серьёзно, так как с заблокированной магией я никак повлиять не могла на регенерацию, но она же и так должна была сработать! Едва за Длиннопалым закрылась дверь, я попыталась взобраться немного повыше на подушки, но тут же отказалась от своей идеи. Всё-таки стоило послушать духа.

Глава 7

О духах

Как только противные мелкие мушки перестали кружить перед глазами, я вытащила из-за спины косу и решила её переплести, чтобы отвлечься. Похоже, неслабо моё тело в бреду металось первые дни: кончик свалялся настолько, что невозможно было даже отыскать кожаный шнурок, которым он был перевязан. Жаль, встать, чтобы достать с каминной полки свой меч, не получится. Можно было бы попросить Тарку его подать, когда та придёт… Но будет ли это разумным? Его выковали из особых сортов металла, вплетая специальные заклинания в процессе. Для духов он был безопасен, это я знала абсолютно точно. В первую очередь клинок был смертелен для нечисти и нежити. Но окружающие меня духи были Изменёнными. В этом я даже не сомневалась ни на мгновение. И дело даже не в оговорке Тарки.

Ещё после первого пробуждения в замке, я поняла, кто передо мной, успев, несмотря на подступающую дурноту, мысленно перебрать в голове всё, что мне рассказывала прабабушка о различных духах. И такого несоответствия внешних данных и обрывков ауры, что увидела и ощутила перед собой, просто не могло быть изначально. Как бы специфически не выглядел дух от момента своего зарождения, он не мог сочетать в себе признаки нежити или же демонические. Да и аура должна быть цельной, а не теми рваными ошмётками, что я смогла ощутить перед тем, как поставить блок на свой источник магии. Значит, над духами проводили эксперименты, извлекая их природные дары и замещая компонентами магии других магических существ. И Тарка, и Длиннопалый имели все признаки нежити, но при этом каким-то совершенно неведомым способом умудрились сохранить часть себя и подавить привнесённое извне, не дав себе превратиться в иную сущность.

В Тарке больше преобладали демонические признаки, в Длиннопалом — умертвия и что-то ещё, но не столь характерное. С Хелвики было сложнее. Во-первых, с ним я общалась всего пару минут, во-вторых, считать его ауру при запечатанной собственной магии было невозможно. Сильную ауру способен почувствовать даже простой человек, не обладающий хоть какими-нибудь способностями, обычную — только дети или маги, а чётко идентифицировать со всеми нюансами повреждённую — исключительно специально обученные на распознавание таковой сильные маги высших уровней. К сожалению, в данный момент я была ближе всего к обычным людям. Но и того, что смогла заметить, вполне хватало для размышлений.

По сравнению с другими духами, обитающими в замке, Хелвики больше других походил на человека. Вампиры не в счёт, с ними был полный порядок, иначе мне точно пришлось бы туго. Обычные духи, в принципе, всегда были похожи на людей, отличаясь лишь некоторыми характерными особенностями, которые при желании могли ненадолго скрыть. Хелвики однозначно выше Тарки, напоминавшую по росту и пропорциям тела двенадцатилетнюю девочку. Сравнивать его с Длиннопалым и вовсе было смешно. Пожалуй, третий дух был примерно сантиметров на десять ниже меня самой. Если не брать в расчёт его голову, то остальные части тела вполне соответствовали молодому человеку лет восемнадцати-двадцати. Пропорции, мышечная структура, подвижность суставов… Опять же, если судить по человеческим меркам.