Екатерина Стрелецкая – Преданное доверие, или Обитатели заброшенного замка (страница 17)

Нет. Нет. Нет. Нет.

Я наскоро оделась и взяла костыли. Фло предостерегающе зависла передо мной, преграждая путь.

— Не велено пускать?

Оба призрака синхронно кивнули.

— Сожалею, но меня это не остановит.

Призраки продолжали маячить перед моим лицом, но я продолжила идти к двери. Тогда они изменили тактику, начав по очереди пролетать через меня. Раз за разом ощущая ледяной холод, я мечтала только об одном: открутить уши первому же попавшемуся из живых. А потом выпить горячего чая. Или сначала чай, а потом уши. В общем, на месте определюсь по ситуации. Подойдя к лестнице, я посмотрела на крутые, неровно располагающиеся ступени. Призраки в очередной раз зависли передо мной, отчасти мешая обзору.

— Ушли с дороги! Если по вашей милости я свалюсь с лестницы из-за того, что не разглядела ступеньку, «спасибо» вам никто не скажет! — приказным тоном я обратилась к Фло и Ро. Призраки расступились. Собрав всю волю в кулак, я начала осторожно спускаться вниз, не обращая никакого внимания на скользившие рядом белёсые тени. Лишь пару раз Фло замахала руками, указывая на шатающиеся блоки и подсказывая, куда лучше наступить. Чем ниже я спускалась, тем чётче различала чей-то голос, доносившийся из зала, но ни одному из обитателей замка он не принадлежал. Предчувствуя нехорошее, мысленно потянулась к своему внутреннему источнику. За всё время, что прошло с момента блокировки, он немного восполнился. Да, не Боги весть знает что, но в крайнем случае, сил снять блок и единожды атаковать хватит.

— … пока я отсутствовал, вы умудрились притащить в нашу последнюю обитель инквизитора! И не просто инквизитора, а одну из Верховных!!! Не удивлюсь, если из входящих в Малый Круг Совета! Вы все из ума выжили? Она же уничтожит вас всех, как только достигнет предела своей мощи! — яростно вещал «голос».

— Но она хорошая… Она обещала нас не трогать… — жалобно всхлипнула луговница.

— Браво, Тарка! В своей инфантильности и наивности ты превзошла сейчас саму себя! Более того, ты переплюнула даже самую беспечную луговую феечку!

Или ты забыла, как ренегаты подпалили ваши луга и поля, безжалостно сжигая твоих сородичей? Как выбежав из пылающих зарослей, попала к ним в сети и что они потом с тобой сделали? Могу показать, если ты «случайно» переколотила все зеркала в замке. Ты уверена, что она не такая, как они⁈ Что она не пришла за вами, чтобы стать такой же, как они?

— Ты забываешься! Никто не давал тебе право оскорблять Тарку! — зашипел Кайл.

Я ускорила спуск.

— Старый, она права. Мейрин дала нам слово… — начал было Длиннопалый, но его грубо прервали.

— Эта девица задурила вам всем головы! В её состоянии она могла пообещать всё что угодно, лишь бы сохранить себе жизнь!

— Мы не впускали её. Она сама вошла, — раздался спокойный голос Энра. — Ты же сам говорил, что защита способна пропустить лишь того, кто не причинит нам всем вреда…

— Чушь! И подтверждение этому я вижу в виде дыры на стене! Ей здесь не место! Ей здесь живой не место! Она же приведёт сюда инквизиторов, и они вас уничтожат, если ранее не сделает это собственноручно.

— Она не сможет. Сама решила заблокировать свою магию… — попытался снова вмешаться Длиннопалый.

— Да-да, магии в ней живой сейчас нет! — поддакнул обычно молчащий Хелвики.

— Доброе утро! — громко поприветствовала я всех присутствующих, оценивая обстановку.

Стоящий ко мне спиной человек в белоснежном балахоне обернулся. Хотя нет, не человек. Дух. Столь древний и сильный, что даже с заблокированной магией я чувствовала всю мощь, исходящую от его ауры. Теперь понятно, почему Старый взял себе такое имя. Дух оказался грузным стариком с длинными, доходящими ему до пояса белыми волосами и такими же белыми кустистыми бровями, из-под которых совершенно не было видно глаз. Наставив на меня свой посох, который держал в правой руке, Старый процедил сквозь зубы:

— Тебе здесь не место! Ты принесёшь всем нам погибель!

А посох-то боевой. Но, судя по прозрачному кристаллу в навершии, пока не активированный. Пока… Все эти мысли мгновенно пронеслись в моей голове, позволив быстро оценив расстановку сил, и отказаться от идеи снять блок. Чтобы не произошло в дальнейшем, атаковать сейчас нельзя: «инквизиторское пламя» моментально испепелит всех присутствующих, кроме меня, без разбора. На такой риск я не была готова была пойти. Чувствуя, как Старый продолжает давить своей аурой, просто отошла от лестницы и прислонилась спиной к стене, уперев в стыки плит костыли для большей устойчивости.

— Я действительно дала слово, что не причиню никакого вреда обитателям замка, — медленно и максимально спокойно подтвердила я слова Длиннопалого, следя за движениями Старого.

— Я тебе не верю! — тут же ответил Старый и увеличил напор.

Давление на меня всё усиливалось, создавая ощущение, словно на меня двигается монолитная стена, которая вот-вот раздавит, не оставив даже мокрого места. Дышать становилось всё труднее, мышцы и кости закрутило от боли так, будто их сминало многотонным прессом, в голове взорвался яркой вспышкой внезапный приступ мигрени, а желудок подступил к горлу.

— Я. Дала. Слово. Я. Всегда. Держу. Своё. Слово, — повторила я, борясь с накатывающей тошнотой и всё больше ощущая, как аура Старого продолжила раскрываться в полную силу.

Ускользающим от боли сознанием, поняла, что всё-таки не устояла и начала падать.

Глава 19

Игры словами

Уже у самого пола меня поймал Длиннопалый и подхватил на руки, бережно прижав к себе.

Последнее, что я услышала, был его огорчённый голос:

— При всём моём уважении к тебе, Старый, и даже с учётом безмерной благодарности за своё спасение, я считаю, что сейчас ты перегнул палку. Сильно перегнул…

И свет перед моими глазами померк.

Приходила я в себя очень долго и тяжело: сознание как будто уплывало обратно в небытие, сопротивляясь возвращению в реальный мир, малейшее движение вызывало резкую боль во всём теле, пронизывающую от кончиков пальцев ног до затылка, а сама голова ощущалась чугунным колоколом, по которому беспрестанно били набат, вот рту чётко ощущался металлический привкус крови. И даже набрать полную грудь воздуха при вдохе было невозможно: казалось, вот-вот, и сердце остановится. Кое-как разлепив налившиеся свинцом веки, я увидела обеспокоенное лицо Длиннопалого, склонившегося надо мной. Первая же попытка приподняться потерпела неудачу: стоило лишь на пару пальцев оторвать голову от подушек, как тут же рухнула обратно на них:

— Помоги мне встать… пожалуйста… Я должна уйти…

Древянник осторожно коснулся сперва моих висков, а затем запястий с внутренней стороны, и покачал головой:

— Лежи. Куда ты собралась? Тебе нужно окрепнуть.

Облизнув потрескавшиеся губы, я замотала головой:

— Я смогу. Мне хватит сил снять блок за пределами замка и переместиться… А там отлежусь где-нибудь, пока не удастся открыть переход домой…

— Тс-сс— … Мейрин, не говори больше ничего, побереги силы. Никуда я тебя в таком состоянии не отпущу. Тебе же помощь нужна и серьёзный уход.

— Длиннопалый, поверь, мне лучше уйти. Старый очень сильный дух… Из-за меня у вас будут проблемы… Тарка…

— Не переживай, тебе сейчас нельзя волноваться. С ней Кайл, — Длиннопалый влил несколько ложек с каким-то горьковатым отваром в мой рот и потрогал лоб, пытаясь определить, есть ли жар или нет.

Неожиданно я почувствовала приближающиеся отголоски давящей ауры и снова потеряла сознание.

— Зачем ты пришёл, Старый? — не оборачиваясь, спросил Длиннопалый, прикладывая кончики пальцев к шее Мейрин, туда, где едва билась тонкая голубая жилка.

— Поговорить хочу, — совершенно невозмутимо ответил древний дух, подходя к кровати.

— А другого способа не нашёл? Зачем нужно было снова её оглушать? Она и так три дня была без сознания. И о последствиях своего «знакомства» с ней ты прекрасно осведомлён.

— Мне не нужны свидетели. А вы с Энром, как привязанные, тьфу, — Старый перекосился и сплюнул на пол. — По очереди сидите то у её кровати, то у Кайла с Таркой. Где я ещё мог с тобой переговорить?

— И для этого стоило её в очередной раз подвести к Грани?

— Невелика была бы потеря, — пожал плечами Старый.

Голубые огоньки в негодовании вспыхнули в глубине глазниц Длиннопалого:

— Чего ты добиваешься этим?

Древний дух покрутил посох и переложил в другую руку:

— Мне просто нужно было убедиться, что девчонка ни при каких обстоятельствах не нападёт. Но она по-прежнему опасна для нас. Я не для того собирал вас всех, чтобы вы поставили под угрозу своё существование сиюминутной слабостью. Ты знаешь, что духов почти не осталось. Равно, как и вампиров, и других рас. За то время, что меня здесь не было, я прошёл немало земель и ни одного, подчёркиваю, ни одного духа не обнаружил. Ни единого следа. Я, конечно, снова продолжу поиски после того, как разберусь со всем, что творилось в замке за время моего отсутствия, но шансы обнаружить уцелевших тают с каждым днём. Вы — последние, Длиннопалый. И так глупо подставились. Во всей этой истории я вижу только один плюс: в лесу, да и в окрестностях, не осталось больше ни одного ренегата. Хоть какая-то польза от этой недобитой «инквизиторши».

Услышав последнюю фразу, Длиннопалый с хрустом сжал свободную руку в кулак и за малым сдержался, чтобы не врезать Старому, ибо это было совершенно бессмысленно. Мейрин правильно сказала — древний дух очень силён, а лезть к нему выяснять отношения, будет означать, что девушка потеряет на долгое время одного из тех, кто может за ней ухаживать, а в её состоянии это весьма критично. Одного Энра на всех не хватит. Он и так еле сдерживает Кайла, который продолжает рваться «поговорить по-мужски» со Старым из-за Тарки. Луговница до сих пор лежала в комнате вампира, куда он отнёс её после того, как дух высказал ей всё. С того самого утра она бессмысленно смотрела остекленевшим взглядом в потолок, отказывалась от еды и питья, игнорируя всяческие попытки наладить с ней контакт.