Екатерина Солыкова – Айкрам. Отголоски (страница 5)

– Продолжаем. Первое занятие будет налегке, пока дерётесь, потом Пашка со своими прихвостнями ещё выдраит полы здесь, затем отпущу с остальными. Пока тренируетесь, буду подходить к вам и указывать, что исправить. После еды можете разойтись отдыхать.

Так и пролетело время. Если Айдар Назарович что-то поправлял, то слышно было всем и казалось, что тихий голос этому человеку не свойственен. А Вадиму было наплевать, он не понимал, с чего вдруг Димитрий был настолько лучше него. Может, наврал он про себя, чтобы быть поближе к нему. Ну вот зачем тому, кто живёт в достатке, учиться владеть оружием, всегда же можно подобрать охрану. Собственно, когда они присели во дворе, он это у него и спросил.

– Мы с разных земель, в Волковских богачи сильно расслабились. У вас не ценится, чего стоит обучиться здесь и тем более нести службу. Поэтому, поверь, никогда маг по своему желанию не покинет Рысаковских земель, да, жизнь у нас нелегка, но у нас ценятся усилия.

– Неужели твой отец женился на магичке, и ты не являешься бастардом?

– Да, женился. У нас связать свою жизнь с воином – это почётно, и семьи потомственных воинов пользуются огромным уважением.

– Это странно.

– А про себя тогда что скажешь? Думаешь, что ты выше учёбы здесь?

– Нет, это полезный опыт. А выполнить личное поручение князя Елисея – огромный жест почёта от княжеской семьи.

– А встать на защиту своих земель и людей, что живут на них вместе с тобой?

– Это ни к чему. Мы живём со многими в разных условиях и получается чуть ли не в разных мирах. И на наших землях защита лежит на ком положено.

– Да что я слышу? Насколько понял, на ком положено, это на магах, чьи семьи забиты по углам, не пользуются и малейшим уважением, для всех лишь расходный материал? Это ты имел в виду? Но вот что я скажу: научись смотреть здесь на всех, как на равных тебе. Ты стал одним из них, когда твоя кровь усилилась и побелела. Пути назад не будет. Эту кровь ты передашь дальше, не ты, так твой потомок здесь задержится.

Слова лились из обоих бурным потоком. Если Вадим, то говорил спокойно, то срывался чуть ли не на писк, постоянно намеревался вскочить на ноги. Димитрий же рубил сплеча и делал это абсолютно спокойным тоном. Он не сглаживал углы, а говорил всё именно так, как думал, и знал, был абсолютно расслаблен. Будто мудрец, объясняющий юнцу обычные ясные вещи.

– Да тебе откуда знать, что и как сложится!

Теперь он всё же вскочил, покраснев как брюшко снегиря, негодование уже прямо вырывалось из него, не могло тихо сидеть в стороне. Вадим взмахивал руками, ходил взад и вперёд, совсем растерял всю свою воспитанность.

– Я готовился к поступлению, мастера отсюда выезжают самое большое на месяц. Они абсолютно непредвзяты, их не возьмёшь симпатичной мордашкой, лизанием задницы и денюжками родителей. Ты же так привык добиваться своего?

– А ну тихо! Старостой избрали меня, ты должен меня слушаться!

В момент взгляд Димитрия переменился. В глазах поселилась злоба. Плечи подёргивались от растущего бешенства. А по осанке было видно, что ещё одно неосторожное слово Вадима, и он может попрощаться со своим красивым носиком.

– Скажешь такое при остальных и я подниму всех с наших земель. Тогда тебе придётся ползком добираться до госпиталя. После этого, ты уже никогда не обретёшь здесь уважения.

Агеев будто остолбенел, настолько эти слова казались убедительными, что он не мог ничего ответить. Пожалуй, спасло его лишь то, что в этот момент к ним подошли двое парней. Они тренировались на занятии вместе, и пока разговаривали вдвоём, но сейчас решили подойти к Вадиму с Димитрием. Один из них был кудрявый, немного с жалобным взглядом, из-за чего казался очень даже милым. И не скажешь, что этому парню предстоит учиться воевать, защищать других, небольшие шрамы от оспы нисколько не портили его внешности, а воспринимались всего лишь как какие-то временные пятнышки. Второй же шёл немного впереди, был не особо примечателен на внешность, необычного в нём была, пожалуй, только небольшая лопоухость, но заговорил первым именно он, и было в этом тоне что-то неутомимое. У Димитрия, по опыту общения с отцовскими покупателями и побратимами по ремеслу, поселилось ощущение, что паренёк начнёт говорить, и пробовать вставить слово будет абсолютно бесполезно.

– Привет, видели вас на занятии. Я Лёша Ярцын, а это мой друг, Женя.

И пошло. Лёша обратился сначала к одному, затем к другому. А Озерцов решил просто прикрыть глаза и послушать, попробовать отыскать в потоке чуши хоть что-то дельное.

– Вы, как я слышал, Вадим Агеев. Слышал ещё, что у вашей семьи большие связи и приемлемое состояние. Это очень приятно познакомиться с вами, мой отец тоже купец. Вы были бы не против где-нибудь посидеть? Крайне любопытно, как ваша семья добилась такого успеха? О жизни поболтаем, как вот занесло сюда?

– Привет…Ну, не сказал бы, что я так хорош в торговле…

Пока Вадим старался ответить на Лёшино приветствие, его уже перебивали и продолжали говорить.

– Конечно, видел, что мечом вы обращаетесь не очень, но это поправимо. Уверен, у вас всё выйдет в конце концов.

И вот теперь Ярцын обратил свой взор на Димитрия.

– Насколько я понял, тебя зовут Димитрий, ты хорош. К сожалению, слышал о тебе мало. Ребята с Рысаковских земель не особо разговорчивы, все в занятиях, но надеюсь, что нам с тобой удастся построить более доверительные отношения. А каково быть потомственным воином?

– Окончил? Отвечай одним словом.

Было видно, что парню хотелось что-то прибавить, но всё же он не глуп.

– Да.

– Отлично. Совет на будущее, говори меньше. Слишком много воздуха тратишь, ощущение, что ты и врага не заколишь, а заговоришь до смерти. И отвечая, я не потомственный воин, даже года ещё не проучился, но для меня будет честь стать таковым.

Серые глаза теперь устремились на кудрявого. Как и похлопывания рукой рядом приглашали присесть.

– Жень, может ты расскажешь про вас подробнее? А то Лёша легко скатится в ненужную болтовню. И цель вашего прихода поведай, будь добр.

Парнишку будто молнией прошибло, он совсем не ожидал, что захотят говорить именно с ним.

– Ну, я Шилов Женя, мы с Лёшей познакомились как приехали, всё же я с Волковских, он с Оленьевских. Ну и, как бы так сказать, ни он, ни я особо хорошо не владеем оружием, вернее, я вообще никак. Лёша хоть как-то, и увидев вас на занятии, захотели присоединиться к вашей братии, если вы не против. Мне кажется, что держаться рядом со старостой и таким, как ты, тебя же все в году слушаются, как Паха вчера язык проглотил, только встретившись с тобой. В общем, мы подумали, что сможем сдружиться.

– Думаю, это возможно, однако к каждому у меня есть просьба. Женёк, не думай даже прятаться за нас в случае чего. Лёша, если дам знак помолчать, молчишь, лишнего болтать в жизни лишь мешает, да и уши мои мне дороги ещё. А к тебе, Вадим, самое важное, не выводи меня. Сядьте.

Теперь они уже сидели вчетвером, может это начало дружбы, а может выгодного союза. Каждый получает преимущества от кого-то, но только ли это будет связывать их впереди? В любом случае здесь все ищут себе товарищей, с которыми крепко держась за руки проще проходить через трудности, какие бы огромные те ни были.

– Совет вам, ребят, бросайте все силы на занятия Глыбы, пока можете. Дальше их будет только больше, но все связаны друг с другом, и вам всё это пригодится. Без умений в одном, не достичь успехов в другом.

– Ты уже и клички придумываешь мастерам, которых должен уважать.

Вадим явно негодовал такому повороту, уже думал предупредить Айдара Назаровича о том, что про него говорят. Может так сумеет подняться в глазах мастера.

– Это его фамилия – он Глыба Айдар Назарович. А теперь могу вам на словах помочь, к обеду поди управимся, а там и в обеденный зал пойдём. Посмотрим на остальных, знакомства ещё завести будет не лишним. Но требую от вас не нарываться на неприятности. Тут находятся дети из всех сословий, какие только приходят на ум: обычных работяг, купцов, бояр всех мастей, из семей потомственных воинов, сироты, почти к каждому свой подход и надо уметь подстраиваться.

Какое-то время они ещё сидели, и Димитрий вновь указывал им какие ошибки в технике боя стоит исправить в первую очередь. Естественно, как он сам это понимал. На место мастера сейчас он уж точно не метил, понимая, что пока самому ещё нужны напутствия.

Снова перемены.

В отличие от прошлых лет, им нужно было всего лишь спуститься на второй этаж, в учебный кабинет. Древняя крепость до сих пор поражала воображение, даже тяжело было представить, что когда-то люди смогли такое построить: стены без трещин после веков существования, ступени большие и массивные. На самом деле внутри было холоднее, чем на улице, за ночь крепость остыла и ещё не успела напитаться вновь теплом. Ну и форма четвёртых, конечно, не была помощником: камзолы без рукавов, так ещё хоть и лёгкая, но металлическая кольчуга, тепла никого дополнительного не давала.

Утром Есения кое-как вытащила Алекс из кровати, однако та всё-таки стащила плед с кровати и сейчас шла, закутанная в него, не забывая подвывать, как ей холодно. Их было меньше, чем раньше, не всем удалось сдать экзамен, не у всех хватало магии на прохождение дальше. Оставшиеся шли, они были готовы двигаться дальше. По пути девушек догнали Василиса и Гриша.