Екатерина Соловьева – Вечерняя звезда (страница 77)
Я изложила ему свой план. Разумеется, без упоминания Ордэса. Искры в глазах пропали. Вернее, они слились с сиянием любопытства и азарта.
– Кирилл, так ты посоветуешь специалиста?
– Ну зачем нам какой-то посторонний специалист? Сами не хуже.
Этот вариант я отвергла сразу: ещё не хватало подставлять брата подруги! Но он уговорил меня.
– К чему нам лишние уши? И деньги платить придётся… – будто соблазняя несговорчивую девушку, едва не урчал довольным котиком Кирилл. Своим кокетством он напоминал сестру. Но она обычно пользовалась семейным даром в других целях и не зарилась на чужие сигнализации.
Дальше был натуральный Голливуд. Первую серию я бы назвала «Матрица. Восстание машин». Для начала в квартире Олега сломался «умный дом». И стал безумным домом. Включался и выключался свет, подогрев пола, менялась температура воздуха. И раздавалась музыка. А ещё двигались шторы и из кранов текла вода.
– Ты не переборщил со спецэффектами? – спросила я Кирилла, просматривая фильм ужасов, записанный миниатюрными камерами, которые установила по его инструкции Таня.
– Не мелочись, Лизанька, – сморщился Женькин брат. – Когда ещё представится такой случай? К тому же у него система безопасности автономная, до неё вживую добраться нужно. То есть я должен туда войти.
На возмущённые вопли Олега из сервисной службы приехал… Кирилл, аккуратный и пунктуальный, как часовщик британского королевского двора, а также загримированный до неузнаваемости. Танина бывшая одноклассница Ника, ненавидевшая Олега всеми фибрами души, работала визажистом на «Мосфильме».
Хакер поколдовал над разными панелями и пультами, и обезумевший дом вернулся в разум.
– Лиза, спасибо, я ваш вечный должник, – Роланд позвонил поздним вечером. – Всегда, всё что угодно…
– Подождите благодарить. Ещё рано.
Вторая серия триллера называлась «Красота внутри»[37] и предполагала выезд дизайнера на объект с каталогами мебели и образцами тканей. Дизайнером была я. Но вряд ли кто-нибудь из моих знакомых разглядел бы меня в загорелой брюнетке хорошо за сорок. Ника чего-то напихала мне в рот, приклеила силиконовые щеки, нос и пару подбородков, намазала тоном – я чуть не заорала перед собственным отражением в зеркале. А уж во что она превратила моё худосочное тельце!..
Если бы Олег через подключённые к телефону камеры смотрел на происходящее в своей квартире, а он наверняка смотрел, то обнаружил бы двух женщин, воодушевлённо подбирающих обивки, подушки и покрывала. Мы этим и занимались часть времени, но в основном – готовили Таню к отправке в Ордэс и осуществляли план отсечения Олега. Этого он, разумеется, не увидел бы.
– Только самое необходимое, – предупредила я.
Кое-что она собрала заранее, в спальне камер не было. Один из моих чемоданов, якобы с образцами, был пуст, в него Таня запихнула свои вещи, несколько миниатюрных томов Пушкина, Набокова, Шекспира, взяла бы весь книжный шкаф, да некуда было положить. Айпэд с мощным выносным аккумулятором. Вдруг маги смогут как-нибудь сохранить текст, и в Ордэсе появится земная библиотека.
– А деньги? – спросила она.
– Золото и камни. Их легко продать. Но ты не беспокойся: вас примет король Ордэса, вы ни в чём не будете нуждаться.
– Не хочу быть нахлебницей, – она сунула туда же кофр с драгоценностями.
– Подумай, как отнесётся Роланд к подаркам твоего… друга.
– Я их заработала. – Она застегнула молнию чемодана. – Целый год играла на этого козла на бирже. И весьма успешно.
– А какое у тебя образование?
– Финансы и кредит.
– И в бухгалтерии разбираешься?
– Естественно.
Ну вот, братец, тебе ещё один подарочек. Должна же я заботиться о родном королевстве!
Когда мы закончили, позвонил Олег. Прежде чем ответить, Таня медленно выдохнула.
– Что у вас?
– В основном всё выбрали. Ольга уже уходит. И я тоже.
– Куда?
– В салон красоты.
– Не задерживайся. Я приду пораньше.
Конечно, дорогой, приходи. И чувствуй себя как дома. Насладись напоследок. Мы там, знаешь ли, не только над мировой литературой плакали.
Я передала Тане несколько писем для друзей и взяла такси со стоянки, а Таня села в машину с водителем. Она заранее выбрала салон в большом торговом центре с парковкой, чтобы водитель не проследил за ней. Переоделась в туалете и отправилась к Роланду. А я отпустила такси у ближайшего сквера и, стащив с себя всю бутафорию в кустах, поймала другое такси. Выбросила старые каталоги в строительный мусорный контейнер на другом конце Москвы и поехала домой, где лежал случайно забытый мобильный телефон. И этот нервный день завершился. К великому сожалению, я не знала наверняка, благополучно ли они добрались до Ордэса, но концерт для двух скрипок ре минор Баха, который я слышала, засыпая, говорил мне: добрались. Благополучно.
Утром последовало продолжение вчерашнего детективного сюжета: блокбастер вылился в сериал. Третья серия называлась «Фантомас разбушевался»[38]. В офис влетел багровый от ярости Олег с требованием предоставить ему «дизайнершу», которая вчера привозила каталоги тканей. На ходу он снёс стул.
Аполинэр окинула коллектив мавьим[39] взором. Коллектив безмолвствовал.
– Никто к вам не ездил, – сказала начальница таким голосом, словно среди её предков-русалок затесалась рыба-меч.
– Как не ездил?! Моя жена была у вас на прошлой неделе. С кем она общалась?
– Со мной, – ответила я. – Пока не пришёл Афанасий.
Олег пробуравил меня цепкими скорпионьими глазками. Тихонов в два шага оказался у моего кресла.
– Истинная правда, – подтвердил Феня.
– А вчера? Ольга? Она обчистила мою квартиру. Забрала бриллиантов на… Неважно.
– У нас нет Ольги. И никогда не было.
– Как нет?!
– Возможно, ваша супруга обратилась в другое место.
Он выхватил из внутреннего кармана пиджака несколько фотографий Тани рядом с толстой брюнеткой в меховой безрукавке.
Все по очереди полюбовались на откляченный зад, перетянутый узкими джинсами. И дружно замотали головами. Олег хлопнул кулаком по столу для переговоров. Ваза, опрометчиво оставленная кем-то на краю, рухнула на пол.
– Если вы в этом как-то замешаны… – прошипел он, – я камня на камне от вашей помойки не оставлю.
– Ну, Идрицкая дивизия! Опять дверь ремонтировать! – чуть не заплакал Валера после громкого ухода Олега.
– Лиза, ты что-нибудь знаешь? – прищурилась Аполинэр.
Вот они, русалки, плавником чуют!
– Нет.
– Да что тут знать! – вмешался Феня. – Упырь. Сбежала она от него, молодец, а тётка с чемоданами – сопутствующие обстоятельства. Или отвлекающий манёвр.
Вечером в новостях сообщили, что дома у господина Сивцова, крупного акционера известной строительной корпорации, нашли кровь пропавшей гражданской жены и личные вещи, принадлежавшие его убитому пять лет назад партнёру по предыдущему бизнесу, – перстень и коллекционный кинжал.
Я знала ещё кое-что: системы видеонаблюдения – общедомовая и квартирная – после визита «дизайнерши» на несколько часов вышли из строя. В новом доме Олега его квартира была единственной отремонтированной на этаже. Никто не мог подтвердить, вернулась ли девушка из салона красоты. Консьержка на рабочем месте отсутствовала: женщину срочно вызвали домой залитые ею соседи. Вызов был ложным.
– Три года назад гражданин Сивцов подозревался в причастности к гибели партнёра, – твёрдым голосом сообщила по телевизору черноволосая красавица из МВД, – но за недостаточностью улик был отпущен. Татьяна Кузнецова объявлена в розыск.
Таня боялась резать руку. Рвать волосы – тоже малоприятное занятие, но она всё вытерпела. Лепесток ведьмы остановил кровь, заживляющий эликсир мгновенно затянул рану и успокоил саднящую кожу под вырванными волосами. И теперь Олегу будет чем заняться кроме вендетты.
Дома я открыла подаренное Сашей на Новый год шампанское. И выпила. Одна. Всю бутылку. Я радовалась за Таню и Роланда и думала о том, что и мы с Вольфрамом однажды… И поднимала бокал, чокаясь с кем-то незримым. Со стены на меня скептически косилась кошка, пока девушка продолжала мечтательно глазеть в окно. Я слушала «Баядеру», была весёлой и пьяной. Герои оперетты в финале всегда обретают друг друга: Раджами и Одетта, Эдвин и Сильва, Ганна и Данило. И даже Розалинда возвращает неверного и легкомысленного Айзенштайна, променявшего её сначала на собаку Эмму, а потом вообще на какую-то мышь, пусть и летучую. Никогда не понимала, на фига он ей сдался… Но если ей так хочется, то – пусть. Я великодушна. Человеку с разбитым сердцем вообще лучше слушать оперетту, а не оперу, где героев не только разлучат, а ещё и расстреляют, утопят, сожгут живьём и замуруют. За редким исключением. Правда, в «Стране улыбок»[40], которая тоже оперетта, всё кончилось печально: принц Су-Хонг расстался с моей тёзкой и, вероятно, пошёл жениться на четырёх маньчжурских невестах, повода для улыбок у него не было. Какая злая ирония! Но Китай очень далеко, маньчжуры им давно не правят – китайский народ взял власть в свои руки. Никто не отнимет у меня надежду!
После «Баядеры» я послушала «Веселую вдову» и легла спать с улыбкой, но, вероятно, она была родом из страны Су-Хонга – всю ночь мне снились кошмары, я спасала волка то от фей, то от колдуна, то от маньчжуров. И даже не поняла толком, спасла или нет.
На день рождения к Шидлику мы пошли вместе с Тихоновым. Во-первых, я бы пошла с ним куда угодно, а во-вторых, на него несчастным котом из «Шрека» смотрел Валера, страшно смущённый приглашением. Их отношения с Женькой развивались медленно, наш художник оказался застенчивее третьеклассника.