Екатерина Соловьева – Вечерняя звезда (страница 68)

– Тебе легко говорить. Ты так не любила.

Так я точно не любила.

Мы уже заказали десерты, когда через стеклянную стену кафе я увидела, как ко входу подъехала красная «Ауди». Из неё вышел…

Этого не хватало!

Павел обозрел зал и бодрым шагом направился к нашему столику.

– Здравствуйте, дамы! – он обворожительно улыбнулся. Если ничего про него не знать, можно залюбоваться. Но я диссонансу внешности и душевных качеств уже не удивляюсь: после Золушкиного принца меня ничем не проймёшь.

Уселся с нами, сообщил, как обрадовался, случайно заметив знакомое лицо в окне кафе, и приступил к тому, что мужчины любят больше всего на свете: начал пушить хвост.

Шидлик загадочно щурилась, Люся, забыв про похищенный планшет, любовь к перебежчику и правила приличий, активно кокетничала с Павлом. Её щеки озарились румянцем, взгляд приобрёл тягучесть, а голос наполнился соблазнительными нотками. Словно она собралась спеть арию Далилы и бессовестно погубить Самсона[29]. Но по реакции Павла было ясно, что Самсоном подруга ошиблась.

Одеваясь, Шидлик шепнула:

– Окулова не слишком раздухарилась?

– Да пусть забирает. На здоровье!

Несмотря на льстивые комплименты автомобилю Павла, Люсе пришлось довольствоваться такси. Попрощавшись с девочками, я спросила его:

– Зачем вы приехали? Вы меня выслеживаете?

– Лиза, предлагаю перейти на «ты».

– В этом нет никакого смысла.

С некоторых пор меня не тяготило общение на «вы».

– Почему?

До чего же ты нудный!

– Павел, давайте сохраним добрые отношения, для них «вы» – не помеха.

– Удивительно, Лиза, как ваш нежный облик сочетается с жёстким характером! Вы не по-женски категоричны: говорите – будто режете. Откуда это в вас?

Я не стала объяснять ему, что несочетаемость облика с характером нынче повсеместна.

– Хорошие учителя были.

– Хм… Ладно. Пусть будет «вы». Позвольте отвезти вас домой.

– Но держите себя в рамках.

Он поехал незнакомой мне дорогой.

– Где мы?

Показалось или мой кулон завибрировал?

– Так быстрее. Пятница, пробки.

Дорога нырнула в лесок, на деревьях белой ватой лежал снег, машин было мало, как за городом. Вдруг он свернул с трассы и метров через двести остановился.

– Что вы делаете?

– Я хочу поговорить.

Положил руку на плечо.

– Павел, перестаньте.

Приблизился, глаза блестят как у сумасшедшего.

– Лиза, вы мне безумно нравитесь.

А вот вы мне уже совсем не нравитесь.

– Я предупреждала. Пожалуйста, без объятий и поцелуев.

– А то что?

– А то убедитесь, что у меня не только характер жёсткий.

– Вы мне угрожаете?

– Нет. Я вам клянусь.

Он не поверил.

– Если я захочу вас поцеловать, поцелую. Вы не справитесь, я намного сильнее.

Есть чем гордиться…

– Справляться с вами буду не я.

Мои слова развеселили его.

– Полиция? Личная охрана? Открою секрет, – он перешёл на шёпот, – они не успеют.

– Драконы. Они успеют.

– Кто?.. Это спецподразделение? Я чего-то о вас не знаю?

– Вы ничего обо мне не знаете. И даже не представляете, до какой степени это подразделение «спец».

– Да бросьте! У вас богатый любовник? Он за вами присматривает? Я не удивлён, у такой красивой девушки не может быть другого. Но почему я не нашёл никаких свидетельств его присутствия?

Значит, всё-таки следил. Заняться нечем? Деньги лишние?

Я подняла руку с кольцом Элорда.

– Наше устройство связи. Он всегда знает, что со мной. Если я сниму кольцо, он насторожится, а если поверну камень, через минуту будет здесь.

В то же мгновение топаз полыхнул золотым пламенем ему в лицо.

Ошарашенный Павел закричал и отскочил так, что ударился головой о боковую стойку, я и сама еле удержалась от крика. И от смеха: он очень смешно испугался.

До дома доехали молча.

– Что сделать, чтобы вы поверили?

– Поверила?

– В искренность моих чувств. И… в чистоту намерений.

Боже ты мой! Да верю я, верю! У тебя все чувства искренние: любовь к себе, самодовольство, трусость. А намерения… Хотя бы протирай иногда.

– Павел, чтобы я не наговорила грубостей, давайте закончим сегодняшний вечер на дружеской ноте. Всего вам… позитивного!

– Я буду ждать.

На моём пути были злые волшебники, добрые феи, тюрьма, кандалы, короли, драконы, а теперь будут дураки. За что мне это, волк?

Тридцатого декабря примчалась Женька поздравить с наступающим. Я сварила её любимые макароны: со сливочным соусом и креветками. И добавила хвост семги. Получилось офигительно!