Екатерина Соловьева – Вечерняя звезда (страница 17)
– Мир Дианы.
– И всё?.. Извините, мой вопрос ни к чему вас не обяжет…
– Я оторву для вас нить.
– Роланд! Я не смею просить об этом.
– Вы готовы пойти на поиски любимого в незнакомый и, возможно, враждебный мир, не будучи связанной с ним ни клятвами, ни обещаниями. Ни разу не видев его лица, зная лишь обличье прóклятого. В вашем сердце живёт настоящая любовь, Симона. Её мало под любым Солнцем. Я ничего не пожалею для вас.
Мы встретились с ним тем же вечером, он принёс артефакт.
– Как же мне вас благодарить, Роланд?
– Постарайтесь найти нитку, чтобы и я мог вернуться вместе с Дианой. Творения Летара ещё остались в моём мире. Существуют и другие способы, опытный маг подскажет вам. Верьте.
Вот так легко. «Верьте». И отдал мне бесценное сокровище.
Диана, безмозглая впечатлительная дура! Очнись уже и зайди в какую-нибудь соцсеть, он, кажется, наводнил твоими портретами весь интернет. Им ставят лайки, на них мечтательно смотрят парни, а девушки завистливо фыркают: «Ну что в ней такого?..» Это он ещё своё фото нигде не выложил! Его универсальная аватарка – «Хаяно Кампэй Цунэё в виде привидения, делающий выпад копьём»[13]. Хаяно, конечно, симпатичный малый, особенно в виде привидения, но Роланд!.. Твое счастье, Диана, что он с хмурым лицом носит тарелки по кафешке возле МКАД. И живёт в режиме дом – работа, работа – дом. Но торопись. Иначе украдут и спрячут, не найдёшь.
Измученная неведением, переживаниями за Вольфрама и страхом перед будущим, я долго не засыпала. Всё думала, думала… Даже с ниткой Роланда – смогу ли я попасть туда? А вдруг, продолжая традиции научной фантастики, застряну между мирами? И буду болтать ножками у себя в квартире, а ручками – у фонтана в парке чудовища, ставшего мужем вредной красавицы. И меня, как местную диковинку, позволят гостям ежегодного бала подержать за палец или пощекотать под мышкой.
Наконец под утро кто-то смилостивился надо мной и сказал: «Ладно, хватит уже…» И я уснула.
– Полиночка, есть серьёзное дело. – Я подошла к Аполинэр после обеда. Раньше не могла собраться с духом.
– М-м… – Она копалась в итальянском сайте мебельной выставки.
– Мне уволиться нужно.
Аполинэр оторвалась от барочной оттоманки, обтянутой клетчатым костюмным габардином, и выдохнула:
– Та-ак…
– Очень нужно. Я должна уехать. Срочно. По семейным делам.
Она откашлялась, поправила прическу.
– А теперь поподробнее. Тебя переманили? Кто?
– Нет-нет, Полиночка, никто меня не переманивал. Это вообще не связано с работой. Семейные обстоятельства…
– И куда ты едешь? За границу?
– Да.
– Замуж выходишь?
Хорошо бы…
– Нет-нет.
– Надолго?
– Сроков я не знаю.
– Частный объект?
Господи!.. Разговор был невыносим.
– Нет. Я еду не по работе.
– Давай начистоту. Ты чем-нибудь недовольна?
– Я всем довольна. Ты – самая лучшая начальница на свете. Зарплата нормальная, мне нравится наш коллектив, но понимаешь, это личное дело. И… очень важное. Вопрос жизни и смерти.
– Чьей жизни и смерти?
Я задумалась.
– Моей.
– Лиза, ты не больна?
– Нет.
– Когда ты хочешь ехать?..
– Чем быстрее, тем лучше.
Через неделю я должна была пойти в отпуск. Мы договорились, что я из него не вернусь.
– Ты увольняешься? – спросил Саша, закрывая вечером офис, мы уходили последними.
– Да.
– Могу я узнать почему?
– Личные обстоятельства.
– Ты выходишь замуж?
Да почему опять замуж?!
– Нет, уезжаю.
– Навсегда?
– Пока неясно.
– Тебя подвезти домой?
– Спасибо, я к подруге еду.
– Давай к подруге подвезу.
– Ну что ты! Не беспокойся.
– Где живёт подруга?
– В Крылатском.
– Серьёзно? Мне по пути.
Мы молчали до Женькиного подъезда. Саша выглядел расстроенным, расспрашивать было неудобно.
– Лиза, я завтра в Италию лечу на неделю. Мы больше не увидимся до твоего отъезда. Ты звони, если что. У меня есть влиятельные друзья, мало ли, как всё сложится.
– Спасибо, Сашечка.
– И просто так звони.
Ещё бы знать, как это сделать.
– Спасибо.
– Удачи тебе.
– И тебе.