Екатерина Соловьева – Малышка на миллион (страница 1)
Екатерина Соловьева
Малышка на миллион
Плейлист
Глава 1
Играет раздражающий звук будильника, и мне приходится открыть глаза. Хватаю с тумбочки телефон, перезавожу на десять минут позже и снова проваливаюсь в драгоценный сон. Утро – это настоящая пытка.
Будильник звонит снова, и этот раз игнорировать его уже нельзя. Поднимаюсь с постели и практически на ощупь, потому что сил открыть глаза у меня нет, плетусь до ванной. И только спустя десять минут, перестаю чувствовать себя разбитой.
– Ма? – кричу на весь дом, но никто не отвечает. Мама уже убежала на работу или все еще не вернулась с ночной смены из больницы.
Хочется кофе, но время поджимает, поэтому быстро натягиваю джинсы и джемпер, собираю волосы в высокий хвост. Подхожу к зеркалу, чтобы несколько раз провести тушью по ресницам. Темно-зеленые глаза становятся более выразительными, чего я, собственно, и добивалась. В какой-то статье писали, что зеленый является самым редким цветом, им обладают всего два процента населения планеты! И пусть один придурок говорит, что это мои глаза цвета болота, я считаю их своей гордостью.
С кровати доносится узнаваемый айфоновский рингтон, и я бегу, чтобы скорей ответить.
– Вась, привет.
– Доброе утро, соня, – приветствует меня бодрый голос подруги. – Я буду через пять минут, не опаздывай. Ты же знаешь, как я не люблю парковаться у вашего дома.
– Бегу.
Я скидываю звонок и спешу в прихожую. Рука тянется к теплой зимней парке, но в последний момент я беру легкую куртку. Закидываю на плечо рюкзак, хватаю ключи от квартиры и выхожу на лестничную клетку. Запираю дверь и практически лечу вниз по ступенькам, целенаправленно игнорируя лифт. Какая-никакая, но нагрузка.
Едва открывается дверь подъезда, в лицо бьет волна холодного воздуха, напоминая, что подходит к концу второй месяц осени. Снега еще нет, но ветер очень холодный. Мои уши моментально замерзают, а кожу неприятно стягивает.
Я смотрю на часы: 07:37. Это даже раньше, чем обычно Василиса забирает меня у дома.
Каждая минута на такой погоде дается с трудом. Я застегиваю куртку в слабой попытке согреться и переступаю с ноги на ногу, как заправский танцор на деревенских дискотеках. Параллельно мысленно проклинаю свои странные принципы, из-за которых я до сих пор ношу осеннюю одежду и обувь.
Раздается скрип открывающейся двери, и я машинально поворачиваю голову в ту сторону. Из соседнего подъезда выходит мамочка с ребенком, а за ней кудрявый парень. Женщина мне незнакома, а вот парня с темными волосами и наглой улыбкой я знаю прекрасно. Данил Шмелев – мой сосед, бывший одноклассник, нынешний сокурсник и просто придурок. Ну, справедливости ради стоит отметить, что еще он – чертов гений в сфере IT. Правда последнее я всегда отпускаю, считая это незначительной деталью его профиля. Да-да, я еще тот профайлер, не зря же все сезоны «Мыслить, как преступник» 1просмотрела дважды.
– Тебя подвезти, Нестерова? – кричит Даня, нагло мне улыбаясь и маша рукой в знак приветствия. – Твоя подружка будет ехать еще минут сорок, я сто раз говорил, что она купила свои права.
– Обойдусь, – отвечаю я, копируя его идиотскую ухмылку.
– Я просто за тебя переживаю, – произносит он, поворачиваясь ко мне лицом. Пока Шмелев пытается вывести меня из себя, приваливается боком к машине и засовывая руки в карманы свободных черных джинс.
– Очень тронута, – равнодушно говорю я, стараясь не дрожать всем телом от холода.
– Так ты едешь?
– Ой, проваливай уже и не строй из себя героя, Шмелев, – отмахиваюсь я от его предложения и снова нажимаю на кнопку блокировки телефона. 07:45.
– Эх, Нестерова, – он качает головой и снова растягивает губы в своей любимой ухмылке. – От многого отказываешься. Я бы не просто довез тебя до универа, а еще бы согрел, – на глазах его ухмылка превращается в наглую улыбку. – Если бы ты ласково меня попросила.
Ой, я совру, если скажу, что мне не нравится эта мысль. Даня притягивает взгляд своими темными волосами, подстриженными по последней моде, красивой линией губ, и глазами цвета кофе. Он невысокий, лишь чуть выше меня самой, но обладает хорошей физической формой. О, а еще он часто путешествует, поэтому его кожу никогда не покидает легкий оттенок загара. Что скрывать, физически он меня привлекает полностью, но у нас идейная неприязнь с одиннадцатого класса. Упс, забыла добавить, что я в него слегка влюблена. Да и вообще, там все сложно.
– Объясняю на пальцах, – с самой обаятельной из своих улыбок произношу я, вскидывая правую руку. – Средний видишь?
Вместо того, чтобы обидеться или рассердиться, Даня закидывает голову и громко смеется. И мне хочется с силой дать себе по голове, когда уголки моих губ тоже ползут вверх.
– Классный маникюр, – отсмеявшись бросает мне он, обходя машину и забираясь на водительское сидение.
Я опускаю взгляд на свои ногти, выкрашенные бежевым, с черными геометрическими символами. Маникюр и правда красивый, мне самой нравится этот дизайн.
Пока я глупо улыбаюсь, Даня уезжает, а я так остаюсь стоять. Нет, не так – стоять и мерзнуть. Обнимаю себя руками и практически начинаю бежать на месте. «А могла бы обниматься со Шмелевым» возникает шальная мысль в моей голове, за которую я хочу ударить себя второй раз. Именно в этот момент из-за угла наконец-то показывается знакомая красная киа с кудрявой брюнеткой за рулем.
– Семь пятьдесят три!
С этими словами я буквально набрасываюсь на подругу, замороженным окунем вваливаясь в машину. Благо, тут достаточно тепло, чтобы моим конечностям вернулась чувствительность.
– Да меня гайцы остановили, – оправдывается Василиса, вытягивая шею, чтобы рассчитать, уберется ли она между припаркованными машинами.
– И?
– Выписали штраф, – подруга забавно морщит нос. – За ремень. Знаешь, пока они протокол составят, пока документы проверят.
– Я за это время успела замерзнуть и мило поболтать со Шмелевым, – говорю я, кладя руки поверх печки. В тепле и настроение постепенно улучшается.
– Ой, чуть не забыла! – Василиса хлопает себя по лбу и выгибается, чтобы найти что-то между сидениями.
– Эй! – я испуганно хватаюсь за руль, который остается почти без управления. – Смотри на дорогу.
– Нашла, – подруга радостно трясет стаканчиком кофе.
– Боги! За это я готова простить тебе все, что угодно. Спасибо.
– Знаю, – довольно улыбается она, возвращая себе полный контроль над движением.
Делаю глоток чуть остывшего кофе и блаженно растягиваю губы в улыбке. Это напиток богов, не меньше. Я обожаю кофе, но из-за режима все время ограничиваю приемы.
– Ты сделала брови? – спрашиваю я, внимательно всматриваясь в лицо подруги.
– Да. Нравится?
Она поворачивается ко мне лицом и забавно поигрывает бровями. Ее мастер хорошо постаралась и придала им красивую аккуратную форму. Это важно, потому что Василиса комплексует из-за широких густых бровей, которые ей достались от мамы вместе с темными кудрявыми волосами и карим цветом глаз.
Я искренне считаю Василису очень симпатичной девушкой, хоть и немного неуклюжей. Мне нравится ее открытость и непосредственность, и еще то, что она может выносить мой тяжелый характер. Поэтому, мы неразлучны с первого класса.
– Супер! Мне очень нравится, – честно отвечаю я, нисколько не преувеличивая. – Выглядит естественно.
– Спасибо! Я сменила мастера. В прошлый раз чуть меня вообще без бровей не оставили.
– Да, тогда она явно перестарались.
Мы еще какое-то время перемываем кости бровисту Ирине и подпеваем песням по радио. Я кидаю взгляд на часы.
– Ты сильно расстроишься, если мы опоздаем? – робко спрашивает Василиса, делая виноватое лицо.
– Нет, – вздыхаю я, давно привыкнув к подруге. – И мы УЖЕ опоздали.
Часы показывают 08.07, а мы еще только подъезжаем к университету. Непроизвольно замечаю Данину черную мазду, припаркованную рядом с машиной ректора. Вот же показушник!
– Ах ты урод! – кричит Василиса, ударяя по кнопке сигнала. Машина издает резкий неприятный гудок, а я подпрыгиваю на сиденье от неожиданности. – Это было мое место!