Екатерина Слави – Царский отбор (страница 10)

Ксунан был позади меня. В эту самую секунду, прямо у меня за спиной, надо мной нависал северный дух из легенд.

«Ты сможеш-ш-шь, – шелест его голоса проник в мою голову, заставляя задрожать от страха. – Я тебя выбрал, Таисия. Ты сможеш-ш-шь. Просто слушайся меня. Поняла?..»

Хвосты обняли меня, и я почувствовала, что вот-вот задохнусь – мне нечем было дышать в этих объятьях.

– По… поняла, – выдавила из себя я и…

С хрипом втянув ртом воздух, подскочила на постели.

Первое время я могла только дышать: глубже, чаще – чтобы надышаться.

Потом огляделась и поняла: и все же это был сон. Ксунан снова проник в мой сон, даже если сновидение казалось явью. И только теперь я проснулась.

Приходя в себя, я огляделась еще раз, и чем больше я смотрела вокруг, тем шире раскрывались мои глаза.

– Это… – потрясенно прошептала я, с ужасом глядя вокруг. – Это что еще такое?!

Вся моя постель была покрыта какой-то пряжей синеватого цвета. Я боязливо потянулась к ней и взяла аккуратно пальцами клок. Пряжа была мягкой на ощупь и гладкой, и на самом деле больше напоминала не шерсть, а…

– Волосы? – не поняла я. – Синие волосы? Нет, постойте… Откуда здесь синие волосы?

Некоторое время я, настороженно кривясь, пыталась скинуть с себя волосы. Когда наконец стало видно укрытые одеялом ноги, начала подниматься на постели, и ужасное открытие посетило мою бедную голову.

Я поднималась – и синие волосы тянулись следом за мной. Я отшатнулась – и волосы ринулись на меня. Я с ором кубарем слетела с постели – и…

Меня с головой погребло под спутанной массой синих волос.

Секунд десять я истошно орала, пока не услышала крик, прозвучавший за дверью:

– Барышня! Барышня!

Звук распахнувшейся двери вынудил меня замолчать. Кто-то вбежал в комнату, и первое, что я догадалась сделать – совершенно машинально – это поднесла руки к своему лицу, вернее, к месту, где должно было находиться мое лицо, наткнулась ладонями на гладкую густую занавесь из волос и раздвинула их на уровне глаз.

Однако не успела я это сделать, как раздался визг, ничуть не уступающий моему по громкости.

Визжала моя служанка Ярина. Визжала, глядя на меня большими от ужаса глазами – это я видела, сквозь щель в волосах.

– Цыц, цыц, цыц! – решительно приказывала я ей, но Ярина продолжала визжать, и меня не слышала, и я прикрикнула на нее строгим шепотом: – Да тихо ты! Хочешь, чтобы весь дворец сюда сбежался?

Ярина резко перестала орать. Присмотрелась и громко икнула.

– Кинья Таиса? – вглядываясь в меня недоверчиво проблеяла она перепуганным голосом. – Это вы? Ик!

– К-кажется, я.

Глава 11. Чары

Простой вопрос служанки почему-то вызвал во мне панику. Собственно, что значит – почему-то? Очень даже понятно, почему. Я тут, похоже, сижу на полу, вся опутанная синими волосами – очень густыми и длинными. Неудивительно, что Ярина испугалась при виде меня. Она наверное, решила, что с ней заговорила гора пряжи.

Сквозь занавес из волос я увидела, как служанка прищурилась, изо всех сил в меня вглядываясь.

– Голос, вроде, ваш, кинья Таиса, – заговорила она с непроходящей подозрительностью в голосе. – Вы… что это, в прятки решили поиграть? – Лицо Ярины просветлело. – А что это вы на себя накинули? Где вы взяли здесь столько пряжи?

Я сделала глубокий вдох, призывая себя воздержаться от истерики, и выдохнула.

– Ярина, закрой дверь, пожалуйста. А лучше запри. Чтобы никто не зашел.

Служанка послушно покивала, метнулась к двери и быстро ее заперла, после чего снова повернулась ко мне.

– А теперь слушай, – сказала ей я. – Слушаешь?

– Конечно, кинья Таиса! Велено слушать – я слушаю!

– Насколько я могу судить… – сформулировать свои мысли было очень непросто, но я старалась, – Вот это синее, что ты видишь на мне… это не пряжа.

– А что же, кинья Таиса? – внимала со всем тщанием Ярина.

– Думаю… волосы.

– Чьи? – поморгала служанка, ожидая ответа.

Я прочистила горло:

– Думаю, на данный момент… мои.

Ярина поморгала – по лицу было видно, что не поняла.

– Ваши?

– Мои.

– Ну что вы, кинья Таиса, – запротестовала служанка. – У вас волосы – темное золото. Они совсем не синие! И, конечно, длины благородной – чуть пониже спины. Но уж точно не такие длинные!

– Такие-такие, – уверила я ее. – Теперь такие. Длинные и синие.

У служанки глаза сделались по чайной ложке.

– Как так, кинья Таиса?! Быть не может!

– По моим ощущениям – может.

Я посмотрела на служанку и добавила:

– Думаю, тебе надо присесть, Ярина. Лучше еще и рот руками себе закрой покрепче на всякий случай. И не смей раскрывать, пока не велю, поняла?

Служанка закивала, села на край ближайшей скамьи и послушно зажала себе рот руками.

Я начала вставать. Волна синих волос потянулась по полу вверх. Придерживая рукой одеяло, вместе с которым я сверзилась с кровати, подтянула его повыше и… увидела свои босые ноги.

На ступнях красовались островки кожи, покрытые темно-синей блестящей чешуей. Рыбьей.

Так, подумала я, кажется, шоу продолжается. И я сегодня в главной роли.

Сделав вдох поглубже – для храбрости, – я взглядом нашла большое напольное зеркало и подошла к нему поближе. Придерживая одеяло одной рукой, второй раздвинула получше занавес из волос и, как могла, откинула эти синие полотна в стороны, освобождая лицо.

Когда оно отразилось в зеркале, я во второй раз очень медленно вдохнула, постояла так, не дыша, и выдохнула.

Крепись, Тая, сказала я себе, ты можешь это выдержать. Ты врач, ты всякое повидала, нервы крепкие… Наверное.

Набравшись смелости, я сбросила с себя одеяло. И в тот же момент в комнате раздался сдавленный крик, будто кого-то душили, а он пытался кричать.

Не оборачиваясь, я поняла, что Ярина все-таки не опустила руки, которыми зажимала себе рот и сейчас визжала себе в ладони.

Хорошо иметь исполнительную служанку, подумала я.

Тело мое во многих местах посинело и покрылось островками рыбьей чешуи. Щеки и лоб на лице, плечи и кисти, зона декольте и живот, бедра и икры – все было в длинных островках чешуи. А венчала все это чешуйчатое великолепие настоящая фата из длинных синих волос, которые шлейфом тянулись позади меня почти на полкомнаты.

– Барышня… – не своим голосом от ужаса произнесла Ярина. – Это что ж вы, милая… русалкой обернулись?

И она зарыдала в голос:

– Ах, что ж я папеньке вашему скажу-у-у?!! Ах, как же я теперь ему в глаза смотреть буду-у-у-у?!! Не уберегла дочь его любимую-у-у! Кровинушку единственную-у-у!

– ЦЫЦ! – шикнула на нее я и указала на дверь.

Служанка, сделав большие глаза, догадалась, что я хочу сказать, снова зажала себе рот руками и закивала.

– Спокойно, Ярина, – сказала я, снова посмотрев на свое отражение в зеркале. – Русалкой я не стала. Это колдовство, я о таком слышала.