Екатерина Слави – Обрученная с вороном (страница 19)

Но все ее мысли были сейчас вовсе не о женихе.

15. ГИРАЛЬ

Павильон, в котором проходило пиршество, находился недалеко от купален. Открытый первый этаж был огорожен деревянными перилами. Вдоль перил тянулись столы, накрытые лучшими блюдами, и скамьи, на которых восседала знать Клана Воронов.

В нарядном платье и драгоценностях клана Равена чувствовала себя необычно — из-за того, что их семья была бедна, ей прежде не приходилось надевать украшения из золота и драгоценных камней: длинные серьги, заколки, удерживающие прическу, обручи на руках. Равена и сама себе в этих украшениях казалась драгоценностью. Ее синие глаза, к которым она еще не привыкла, сверкали ярче, а кожа сияла в отблесках золота — таким она увидела себя в зеркале после облачения.

Равена сидела рядом с Натаниэлем во главе пиршества. Справа и слева на них были устремлены выражающие ожидание взгляды.

— Вторая семья клана рада приветствовать невесту главы, — произнес сидящий за ближайшим столом старик.

Его одежды были щедро расшиты золотом — черная ткань едва проглядывалась в вышивке, а длинные подернутые сединой волосы были собраны в косу. Вопреки словам, глаза старика смотрели на Равену холодно.

— Пусть духи-предки нашего клана будут благосклонны к вам, а клан — станет вам домом.

Равена вежливо кивнула в знак признательности.

— Благодарю вас за пожелания, Сальман, — произнес Натаниэль.

— Хочу поддержать своего отца, — сказал молодой мужчина рядом с Сальманом. — И надеюсь, что будущая жена главы станет для него вторым крылом и благословением для клана.

Пока Равена гадала, должна ли она услышать в этих словах намек или это лишь принятые в Клане Воронов традиционные пожелания, Натаниэль ответил:

— И тебя благодарю, Аласдер.

Равена вскинула глаза, услышав знакомое имя. Ее взгляд метнулся к только что говорившему. Как и у отца, его волосы были заплетены в длинную косу — она тотчас узнала ее. А вот лицо Аласдера она видела впервые. Оно немного удивило ее. Мягкие линии по-детски пухлых губ, а в противовес этому — устремленный сейчас прямо на нее серьезный цепкий взгляд черных глаз и соединенные на переносице густые брови. Мягкость и жесткость сочетались в нем удивительным образом — не вступая друг с другом в противоречие. Именно этого человека некоторые хотели видеть во главе клана вместо Натаниэля.

Аласдер смотрел на Равену как будто неодобрительно, но так показалось ей только в первый момент. Выдержав его взгляд, она поняла, что за недружелюбие приняла придирчивое внимание к себе. Аласдер оценивал ее — пытался понять, что она собою представляет. Собственно, интерес его, судя по всему, вызвала не Равена де Авизо, а девушка, в чьих жилах текла кровь вымершего Клана Сапфиров.

Равена едва прислушивалась к приветствиям и пожеланиям других семей — слишком нервничала, — но не забывала признательно кивать. Когда очередь дошла до старейшин клана, Равене стало интересно, кто из них тот самый Тирон, чей разговор с Аласдером на лестнице она подслушала. Из того разговора следовало, что среди старейшин царит единство, но на деле это оказалось совсем не так.

Сам Тирон — тучный и высокий, но с покатыми, вялыми плечами — смотрел на Равену равнодушно, как будто ее присутствие его совсем не волновало. Остальные старейшины охотно продемонстрировали Равене свое радушие — ей показалось, они полностью поддерживают главу клана в его выборе невесты. Это было закономерно, ведь женщина-сапфир должна была принести клану процветание. Однако один из старейшин смотрел на Равену с колючей неприязнью.

— Что ж, присоединяюсь к пожеланиям других старейшин, — сказал он. — Мы все понимаем, что наследница Клана Сапфиров — благословение для нас. От себя лишь добавлю…

Он сделал небольшую паузу, устремив свой взгляд на сидящего рядом с Равеной Натаниэля, и договорил:

— Одарите свою будущую жену заботой и любовь, как она того заслуживает, и храните ей верность, чтобы не прогневить духов неба, прародителей Клана Сапфиров.

Равена заметила, как на миг дрогнуло лицо Натаниэля. Но не успела она задуматься над этим, как ее жених ответил:

— Благодарю вас, старейшина Рох. Я сделаю все, что велит мне мой долг.

В этот раз дрогнули губы Равены.

«Что велит долг…»

Не сердце — долг.

Равена отвернулась от Натаниэля. Ее взгляд случайно остановился на девушках, прислуживающих за столом. Они стояли рядком возле перил позади пирующих. Заметив среди них Ули — та стояла ближе остальных к выходу и смотрела в этот момент на нее, — Равена невольно тяжело вздохнула. Ули глядела на нее хмуро, но в этот раз не враждебно, а как будто была то ли расстроена, то ли неприятно озадачена.

Равена отвела взгляд. Если задуматься, ее привезли сюда не только ради нее самой, но в большей степени ради Клана Воронов — чтобы она вернула им иссякающую силу. До сих пор только Ули смотрела на нее с неприязнью, но здесь, на пиру, Равена убедилась, что в клане есть и другие люди, которые, приветствуя ее на словах, на деле вовсе ей не рады.

— Полагаю, самое время всем нам во имя мира и благополучия в клане выпить Гираль, — произнес с церемонным кивком головы Сальман.

Натаниэль с улыбкой кивнул в ответ, и, словно этот кивок стал знаком для прислуги, девушки, стоящие у перил, двинулись вдоль столов. На подносах у них были чаши из желтой глины и небольшие пузатые графинчики.

— Распитие Гираля, — обратился к Равене Сальман; она поняла это по устремленному на нее взгляду, — это давняя традиция нашего клана. Этот напиток умеют готовить только вороны — он дарует телесную силу и укрепляет силу духа. Так как сегодня вас, как невесту главы, принимают в клан, не откажитесь примкнуть к нашим традициям.

Равена кивнула и выжала из себя улыбку:

— Я рада разделить с вами ваши традиции. Благодарю вас.

Подошедшая служанка поставила на стол напротив Натаниэля обычную глиняную чашу, а напротив Равены — очень красивую чашу с узором. В изображениях ягодных гроздей, ветвей и птиц сохранялся натуральный цвет глины, а фон был залит черным. Оглядевшись, Равена поняла, что такую чашу подали только ей. Возможно, потому что она была гостьей и пока что не принадлежала к клану.

Служанка наполнила обе чаши красноватой жидкостью из графинчика и отошла в сторону. Обнаружив, что у чаши нет ручки, Равена замешкалась, не зная, как следует взять чашу в руки. Одной рукой? Двумя? Она боялась сделать что-нибудь неправильно, поэтому посмотрела на Натаниэля. Он держал чашу двумя руками. Равена уже хотела было последовать его примеру, как почувствовала, что кто-то подошел к ней сзади. Подняв голову, она увидела Тана. Равена и не знала, что все это время он стоял у нее за спиной.

— Я прошу прощения у господ, — произнес он негромко, но так, чтобы его голос хорошо было слышно, по крайней мере за ближайшими столами. — Но госпожа Равена воспитывалась в других традициях, и с нашими традициями не знакома. У нее не было времени чему-то научиться, поэтому с вашего позволения…

Наклонившись, он протянул руки и взял чашу Равены.

— Чашу с Гиралем, госпожа, берут двумя руками и пальцами поддерживают дно, — сказал он, выпрямляясь. — Сначала делают маленький глоток.

Тан поднес чашу к губам и отпил. Отнеся чашу ото рта, он на секунду нахмурил брови, но почти сразу его лицо разгладилось.

— После этого медленно выпивают Гираль до дна, — произнес Тан, и снова поднес чашу ко рту.

Пока он пил, Равена бросила взгляд на Натаниэля — тот выглядел слегка озадаченным. Услышав тихий ропот, украдкой глянула в сторону знати клана. Во взгляде сидящего ближе всех Сальмана и некоторых других Равена увидела недовольство. Похоже, выпив из чаши, которая предназначалась для госпожи, Тан нарушил церемонию, чем вызвал возмущение. Но так как он был слугой самого главы клана, никто не смел сказать ни слова.

Закончив пить, Тан поставил чашу на стол и повернулся в сторону прислуживающих девушек.

— Подайте госпоже другую чашу, — сказал он.

Равена смотрела на Тана с недоумением. Неужели было так необходимо показать ей, как правильно пить Гираль? Даже если бы она в чем-то ошиблась, Равена была уверена, что высокомерные или насмешливые взгляды — это худшее, чего она могла ожидать. Он не мог позволить, чтобы насмехались над невестой его господина, или дело в чем-то другом?

На секунду Равене показалось, что взгляд Тана помутнел и стал как будто рассеянным. Слегка поклонившись Натаниэлю, он произнес:

— Господин, я ненадолго покину вас.

Натаниэль кивнул в знак того, что дает свое позволение.

Отходя от стола, Тан едва заметно пошатнулся, но, пока он направлялся к лестнице, его походка была ровной и уверенной, и Равена решила, что ей показалось.

Тем временем служанка поставила перед Равеной желтую чашу, такую же, как у Натаниэля. Взяв ее в руки так, как учил Тан, Равена сделала глоток — напиток слегка горчил и имел легкий цветочный запах, — после чего выпила Гираль до дна.

Услышав характерные звуки, она повернула голову и увидела, как снаружи, раскинув крылья, взлетел в небо Тан. Его фигура моментально исчезла над кровлей павильона.

Какое-то время Равена смотрела, как присутствующие на пиру пьют Гираль, но смутное беспокойство не покидало ее. Она повернула голову в ту сторону, куда улетел Тан — он был уже почти возле замка. Что-то показалось Равене странным, и она, нахмурившись, присмотрелась. Крылатая фигура снижалась, но как-то неуверенно, будто рывками — Тана словно водило из стороны в сторону.