Екатерина Шельм – Принцесса на мою голову (страница 49)
Это была голова мага воды.
В первую секунду я отшатнулась от ужаса. Подумала, что Олав обезглавил его каким-то невообразимым образом. Но тут «мячик» повернулся, и я поняла, что он просто закопал его в землю по самый подбородок.
Облегчение накрыло меня волной. Он победил!
Запели трубы, глашатай объявил победу Олава Шестого Столпа. Олав дошел до мага воды, ухватил за волосы, топнул ногой и вытащил его из земли. Толпа бесновалась и хохотала, рукоплескала и была более чем довольна выступлением Хранителя.
— Силен, — сказал король. Я покосилась на него и радость моя попритихла. Августин тоже был не слабак. — Почему Дюжина выше Хранителей, Санлина? — спросил король внезапно. — Они ведь сильные маги, некоторые даже сильнее нас. Так почему это мы правим, а они подчиняются?
Пока расчищали арену для следующего боя король, видимо, решил поболтать со мной.
Я могла бы сказать честно: понятия не имею и мне плевать, но это было слишком глупым, а показывать свою недалекость меня отучали с самого юного возраста.
— Потому что магов Дюжины больше. Двенадцать семей, множество придворных, детей, наследников, у каждого свои тайные техники и заклинания.
— У них тоже могут быть дети и придворные и заклинания их не хуже наших. Так почему?
— Не знаю, Ваше Величество, — пожала я плечами, позволяя ему просто высказать свою мысль, которую он, очевидно, считал единственно истинной.
— Потому что Хранители — это сборище черни без амбиций. Все они родились в нищете и единственное, что смогло хоть как-то возвысить их — это магия. У них нет власти, потому что они не знают как ее взять. Этот Олав, даже если он может сровнять с землей целые города, не станет этим пользоваться. Потому что мы так их создали. Такие идеи вложили в их умы. Если Хранитель заигрывается и становиться слишком самостоятельным — мы ставим его на место. Напоминаем, что как возвысили, так и низвергнем. Это просто Орден, созданный Дюжиной, чтобы разбираться с крупными катастрофами и стихийными бедствиями. Но представь что будет, если к этой силе добавить кого-то вроде моего Августина? Сильного мага, воспитанного Дюжиной, честолюбивого и властного. Как думаешь он распорядиться такой возможностью? Со смирением и благоразумием? Нет. Он будет использовать орден в интересах своей страны и рода. Поэтому Дюжина и не отдает туда детей. Мы все договорились, что орден будет свободен от наших амбиций. Но ты хочешь пойти туда, и все семьи, кроме Кано и нас будут против этого. Но раз уж ты женщина и если не будешь тянуть на себя одеяло, это еще хоть как-то допустимо. Может и смирятся. А может и нет. Если все отдадут в Хранители по отпрыску, орден очень скоро просто развалиться на части. Он должен быть свободен от нас, иначе все разрушится. Ты готова забыть, что ты Лей Син? Если твой отец придет и попросит тебя о помощи в войне с соседями ты готова будешь отказать ему? Не колебать равновесие? Хрантели не вмешиваются в войны семей — такой закон.
— Я… — не знала, что сказать. Как я могу отказать в помощи родному отцу? Как?! Но ведь правда, Хранители не вмешиваются, если семьям Дюжины вздумалось повоевать. Это все знают.
Зазвучали трубы и глашатай объявил следующий бой.
— Его королевское Высочество принц Августин Дантон!
Трибуны взорвались приветствиями и на арену ступил мой дорогой жених весь в белом. Король Август сдержанно пару раз хлопнул в ладоши.
— Несколько лет назад ко мне пришел Боригар. Как ты знаешь Твердыня стоит на границе Ларкии и Икарии. Мы в близком контакте с Хранителями. Он сказал, что ему было видение будущего. Шестой столп покинет орден и вернется обратно с учеником невиданной силы.
Я повернулась, чтобы видеть короля.
— Что? Он предвидел это?
— Да, он это может. Хотя насколько точны его видения мы пока доподлинно не знаем. Он сказал, что ученик этот будет великим магом и сможет отвести от Ларкии беду. Что Громовая гора самая высокая в стране скоро проснется и низвергнет огонь и пепел. Вулканы единственное, с чем Хранители не знают слада. Потому что у них нет магов огненной стихии. Поэтому я должен отпустить тебя, в Хранителях должен быть маг огня, чтобы предотвратить катастрофу. Лей Син не пожелали отдавать никого в Орден, чтобы спасти Ларкию. Туманные пророчества не причина отдавать детей — так мне сказал твой отец.
— Значит… вся эта помолвка? И… а как же покушение? Это вы устроили?
— Нет. Никто не знает дороги судьбы. Они причудливо сплетаются и без нашего участия. Я устроил помолвку тебя и своего единственного сына, в надежде, что твои дети будут владеть огненной стихией. Что у нас будут маги огня, и мы сможем уладить дело с Громовой горой с помощью Хранителей Мира. Но все вышло не так и сейчас мне очевидно, что именно тебя нужно отпустить в Орден. Твоя магия нуждается в таких противниках как вулкан, а не другой маг. Это сильный дар, но силен он в определенных вопросах.
— Тогда почему вы не отпускаете? Ведь так будет лучше для всех!
— Это не я не отпускаю тебя, дитя, а мой сын.
— Но почему?.. — я посмотрела на арену. Ударили барабаны, начался бой. Августин в вихре воздушной магии быстро пересек арену, подкинул своего оппонента и стал на потеху публике качать его в воздушных жерновах как игрушку.
— Я всерьез опасаюсь, что он влюбился, — нахмурился старик.
Я поперхнулась воздухом.
— Что? Влюбился? В меня?
— В то, чем ты стала после немагических земель. Ты стала дерзкой и смелой, а еще чужой избранницей, ты стала к нему холодна и неприступна. Мальчик еще не знал отказов. Женщины всегда смотрели на него как на самого желанного мужчину в мире. Естественно, твое поведение сильно задело его гордость.
Августин швырнул мага через всю арену и тот не поднялся.
— Победа принца Августина! — разнеслось над ареной.
— Я сама раздразнила его, это вы хотите сказать?
— Будь ты той Лей Син, от которой он вернулся из Кано, он бы обрадовался случаю вышвырнуть тебя под любым предлогом. Но теперь он желает тебя и не отдает Хранителям.
— Но я сойду с ума! — возмутилась я гневно.
— Не обязательно. Августин прекрасный маг, мы обучим тебя. Насколько сможем…
— Но я не хочу оставаться!
Король пожал плечами.
— Кого здесь интересует чего хочешь ты?
Вопрос был задан серьезно. Я опустила глаза и задумалась над ним. А и правда? Кого?..
— Олава интересует. Он пришел за мной.
— Он пришел, потому что Боригар ему позволил. Не желай он тебя в Хранителях, запер бы мятежного мальчишку в Твердыне и дело с концом.
— Как мне убедить принца Августина отпустить меня? — с надеждой посмотрела на старика.
Он наклонился и похлопал меня по щеке как неразумное дитя.
— Ты же женщина, Санлина. Женщина, в которую он, возможно, влюблен. Тебе виднее.
Он выпрямился и встал с трона. Тут же запели трубы королевской ложи.
— Я устал. — сказал Август. — Завтра продолжим.
Глашатаю тут же донесли волю монарха и он объявил окончание поединков на сегодня.
Я сидела на скамеечке возле пустого трона и ломала голову над словами короля. Что мне было делать? Верить? Неужели надменный принц действительно что-то испытывает ко мне? Ни за что бы не подумала.
Августин наколдовал себе маленький смерч и поднялся в королевскую ложу под восторги публики прямо с арены. Защитные чары пропустили его, наверное родовой артефакт позволял преодолевать такие преграды. Я вспомнила как мой распался в пыль.
— Вам понравилось представление, принцесса? — принц немного заносчиво, как и всегда, отряхнул несуществующую пыль с белоснежного рукава камзола. Я молчала, удивленно глядя в его красивое породистое лицо. Августин был надменным и смотрел снисходительно, но чего еще было ожидать от единственного долгожданного принца, которого с пеленок носили на руках и готовили стать королем?
Я встала, опустила глаза и промолчала.
— Санлина? Вы огорчены? — мое молчание Августину понравилось гораздо меньше едких перепалок. Какая я дура! Неужели он решил, что я таким образом с ним играю? Флиртую? — Что с вами?
Я не знала, что сказать ему. Как убедить не быть тем, кем он был — надменным принцем, который получает все что хочет и который никогда не проигрывает.
— Ты должен отпустить меня, — тихо сказала я. Августин заледенел и на лице его дернулись желваки. По губам поползла едкая самоуверенная улыбка.
— Должен? Вы перегрелись на солнце, дорогая. Я провожу вас в паланкин, до дворце примите прохладную ванну.
Я хотела вспылить! Сказать ему, что скорее его утоплю в этой ванне или испарю ее! Мне хотелось орать и топать ногами от такой же лютой упрямой злости, что Августин не делает так, как хочу я! Я тоже была балованной принцессой и тоже решила, что не выйду за него. А он решил, что выйду. И вот мы бодались как два упертых барана.
Я не стала дожидаться пока он подаст мне руку и снова выведет как свой драгоценный трофей. Просто пошла к выходу из ложи.
— Остановитесь! — приказал Августин. Я остановилась и повернулась к нему. Принц как будто хотел что-то спросить. Я видела этот отчаянный вопрос в его глазах:
Но он отвел взгляд и подал мне локоть.
— Я провожу вас.
— Как вам угодно, ваше Высочество. — безразлично сказала я и послушно положила руку на его предплечье, позволяя вывести себя вон.
Глава 19. Наследник Дантонов
Поскольку король Август прервал соревнования, после обеда я урвала несколько часов в своем тренировочном павильоне. Теперь, правда, одиночество мое скрашивали хмурые и серьезные воздушные маги из охраны принца Августина. Никто из них не разговаривал со мной, они только мрачно ходили под окнами и дежурили у дверей.