Екатерина Шельм – Позднорожденные. Том 1 (страница 88)

— Перестань. Ты… ты был добр и ласков со мной, мне не в чем тебя упрекнуть. Просто… Просто ваши законы такие. И если ты не можешь их нарушить, значит… Я тоже могу себя ругать. Я все делала не так. И… Ох, Джон, давай просто… все это очень… тяжело.

— Я прошу прощения за свои слова. — Джон приложил палец к переносице и провел до кончика носа. Отстраненно поклонился. — Я сделаю для твоего удобства все, что в моей власти. Если этот дом не удобен для тебя, я найду новый. В Сиршаллене хватает покоев. Ты ни в чем не будешь нуждаться — я обещал тебе это, и я сдержу свое слово. Когда я найду дом, я позабочусь и о распорядителе дома, чтобы ты могла ни о чем не беспокоиться. — Джон говорил прохладно и вежливо, отчаянно сжав руки в кулаки. — Я вижу, что мое общество приносит лишь печали. Мне горестно от этого, но я не хочу, чтобы ты тревожилась. Я избавлю тебя от него так быстро, как смогу. Мою звезду ты можешь больше не носить. Ты представлена как госпожа моего сердца. Мой брат больше тебе не угрожает. Тебя не вышлют из Сиршаллена, ты сможешь прожить тут жизнь, — голос Джона становился все тише и тише. — Но даже если ты станешь жить отдельно, твой статус не изменится. Несмотря на то, что ты носила мою звезду, ты смертная, а значит — ханти в глазах всего Сиршаллена. Венец и звезду считают лишь чудачеством юнца, не более. Пока ты носила мою звезду, никто не посмел бы оскорбить тебя. Без нее — ты бесправная ханти. Ты сможешь общаться лишь с небольшим количеством смертных, живущих здесь. Эльфы не станут тебе друзьями, надеюсь, ты это понимаешь. Я сожалею об этом. У меня не было выбора, и я сделал все, чтобы ты в глазах моего народа была той, кем ты являешься на самом деле. Благородной девой.

Софи почувствовала, что ее губы отчаянно дрожат. Она с трудом сдерживала слезы. Хотелось сказать Джону прекратить. Прекратить говорить так, словно они чужие… и в тоже время вернутся к откровенности, перейти черту вежливости означало снова… боль и для нее и для него. Так стоило ли?

— Спасибо, Дж… Шахране. Вы добры ко мне больше, чем я заслуживаю.

Джон поклонился, взял ноутбук и вышел из комнаты.

Остаток дня Софи провела за роялем. В ее комнате стояла коробка вещей, которые ей привезли. То, что она просила доставить из людского мира. Софи перебрала их и оставила в коробке, не стала раскладывать по полкам в ванной или в комнате. Зачем, если ей скоро придется покинуть этот дом? Скоро… Как скоро? Завтра?

Джон ушел еще до обеда. Не попрощался. Софи лишь услышала, как тихо открылась и закрылась балконная дверь. Наверное, пошел искать ей дом.

За окнами давно стемнело, в доме было тихо и одиноко. Софи перебрала несколько клавиш на рояле.

Она наигрывала грустную мелодию из одного романтического фильма, что когда-то засела ей в голову.

— Пообещай… — стала напевать Софи. — ты все, что есть, все что есть, все, что есть… Ты все что есть… у меня.

Свет в комнате вдруг погас. Софи слишком подавленная, безразлично подняла голову.

Весь дом погрузился в темноту. Софи встала и подошла к выключателю на стене. Пару раз щелкнула им. Ничего. Пробки что ли выбило? Софи поглядела в окно. На соседнем ясене окна горели уютным светом.

Она не знала, бывает ли такое в Сиршаллене и как часто. Кто знает, может местной проводке три сотни лет? Софи усмехнулась.

В тишине дома она услышала, как тихо звякнуло стекло в балконной двери. Джон? Софи понуро нашарила в темноте крышку рояля и закрыла его.

Черт с ним, с этим светом, она просто пойдет спать. Разговаривать Джон все равно не станет, да и что они друг другу скажут? Софи на ощупь собрала нотные тетради и положила их на рояль аккуратной стопкой. Быть может она в последний раз играла на этом рояле. Стало очень тоскливо. Софи любовно погладила крышку. Она уже привыкла и к этому инструменту, и к этому дому. Наверное, Джон прав, даже ей будет не по себе оставаться тут. Помнить, как он сидел на плетеном пуфе у ее ног и нежно гладил голые стопы.

Что-то тихо щелкнуло за ее спиной. Софи обернулась.

В темном проеме двери кто-то стоял. Софи напугано сглотнула.

— Джон? — спросила она тихо.

Тень пошевелилась и вошла в комнату. Бесшумно и осторожно. В неверном отблеске света из окна Софи увидела наставленный на нее пистолет.

Глава 17

Первая кровь

Софи окаменела.

— Кто вы? — спросила она. Мужчина был одет почти так же как Джон и Синай, когда забрали ее из камеры. Черная военная форма, на лице маска, на глазах какие-то массивные очки. Софи в темноте не могла разобрать, что это.

— Тихо. На колени, — приказал мужчина шепотом.

Софи почувствовала, как волосы на загривке встали дыбом от ужаса. Она медленно опустилась на колени.

— Руки за голову.

Софи сглотнув, подчинилась. На запястьях защелкнули наручники. Мужчина быстро скользнул руками по ее бокам, обшаривая.

— Ну? — спросил мужчина, глядя поверх головы Софи.

Она осторожно обернулась. С другой стороны комнаты вошли еще двое — такие же темные тени, бесшумные и неуловимо опасные.

— Пусто, — сказал один из них так же негромко.

— Где он? — прошипел мужчина, что держал ее на прицеле.

— К-кто?

— Эльф. Шахране.

— Н-не знаю.

— Не играй со мной, девочка. — Процедил он, приставив холодный пистолет к ее лбу. — Где он?

— Здесь! — раздался из-за его спины голос Джона, громкий и полный бешенства.

Софи не поняла, что случилось в следующие несколько секунд.

Мужчина резко повернулся. Вспыхнуло несколько вспышек света, раздались негромкие хлопки. Двое набросились на Джона.

Глухие звуки ударов сопровождались леденящим кровь хрустом. Один из нападавших с грохотом отлетел на рояль. В темноте жалобно звякнули клавиши.

Софи толкнули, и она упала на спину. Ее перевернули лицом в пол и надавили сверху. Что-то вонзилось ей в шею, и она закричала от ужаса.

— Джон!! — заверещала она, пытаясь высвободиться.

Раздался еще один мерзкий хруст, и мужчину сбросили с нее. Все затихло.

Джон перевернул ее на спину.

— Ты ранена?

— Н-не знаю…

Вдруг визгливо вжикнула леска, и Джона поволокли назад. Еще один накинул удавку ему на шею.

— Нет! — Софи попыталась подняться. — Не надо!

Джон и мужчина отчаянно боролись на полу. Джон хрипел, мужчина вцепился в него сзади, обхватив ногами.

— Сдохни! — тяжело дыша, прошипел мужчина. Джон ударил его локтем, но тот лишь сильнее натянул леску. Софи, умирая от ужаса, с трудом вскочила на ноги, ее руки хоть и были скованы, но хотя бы были впереди.

Оружие… хоть какое-то…

Но было так темно, Джон хрипел, умирая на полу… Софи подбежала, схватила руки мужчины, пытаясь оттянуть их от Джона, но он был сильным, а она такой слабой. Джон почти перестал вырываться. Софи отчетливо поняла, что он вот-вот отключится. Она задрала рукав черной куртки и вцепилась в руку мужчины зубами. Несколько секунд он терпел под страшные хрипы Джона, Софи отчаянно сжала челюсти и почувствовала вкус его крови.

— Сука! — Заорал он и оттолкнул ее так сильно, что Софи влетела головой в какой-то музыкальный инструмент, висящий на стене.

Только через несколько мгновений оглушенная Софи смогла подняться.

Роли поменялись. Джон теперь был сверху. Он надавливал коленом мужчине на горло, а тот, извивался, пытаясь скинуть его. Теперь он хрипел. Страшно, отчаянно.

Он умирал.

— Д-джон… не надо… — пролепетала Софи. Она сделала шаг и запнулась за что-то. Это была рука, сжимающая пистолет. Один из нападавших лежал неподвижно прямо возле рояля.

— Джон… — прошептала Софи. Мужчина забился в судорогах. — Джон!

Он обернулся. Но колено, не убрал.

— Н-не убивай… не надо…

Джон смотрел на нее. Его глаза сверкнули яростью в темноте.

Он перевел взгляд на мужчину и медленно убрал колено.

— Ты права. Одного нужно оставить… — проговорил он, и Софи не узнала его голос — холодный и властный.

Мужчина закашлялся. Джон перевернул его на спину и подобрал леску. Он скрутил его запястья за спиной и вдруг ударил кулаком под колено. Раздался хруст, мужчина закричал так, что Софи зажмурилась и хотела зажать уши, но столкнулась с сопротивлением наручников. Джон методично удалил по второй ноге. Еще один хруст и еще один сдавленный отчаянный крик.

— Суче-е-еныш! — зашипел мужчина. — А-ха-ха! З-зря… — он закашлялся. — Зря стараешься. Ничего ты от меня не узнаешь, выродок!

Джон встал, подошел к дверному проему и что-то нащупал за притолокой.

— Софи, ты пострадала? — спросил он холодно.