Екатерина Шелеметьева – Лисий след на снегу (страница 4)

Стриженов внимательно слушал парня и вспоминал слова Лисы. Что она говорила тогда среди ночи? Связь прерывалась, он слышал далеко не все, но, кажется, она сказала: «Наткнулась на чудовищное событие… заметила нестыковки в ходе следствия». Фразы неповоротливые, официальные, как из учебника права. Сразу чувствуется, Алиса не на своей территории, она взялась за что-то непривычное. А потом, в день исчезновения, выслала Стриженову документы, но торопилась и перепутала получателя. Такое возможно.

— В день исчезновения, — негромко повторил Стриженов, — может быть, прямо из машины за несколько минут или секунд до аварии.

— Да, наверное, — согласился парень. — А это важно?

— Да. Это все меняет. Не вяжется с версией о несчастном случае.

«Черт! Похоже, мальчик прав: Лиса ввязалась в историю», — подумал Стриженов, а вслух скомандовал:

— Присылай файлы, я все посмотрю и постараюсь разобраться! И еще: Дима, почему Лиса вообще поехала в Исландию, да еще одна?

— Ну, она всегда мечтала там побывать, а отец… он не поддерживал идею, — неуверенно начал Дима. — Говорил, дорого, холодно, один снег, никакого отдыха, жалко отпуск тратить на такое. И мама все откладывала, откладывала поездку, лет десять, наверное. А осенью я поступил на журфак, съехал в общагу. Родители остались только с девочками, и что-то сломалось у них. Ссорились, спорили, не разговаривали друг с другом… — Он замолчал, то ли смутившись, то ли что-то обдумывая.

— И?.. — поторопил парня Стриженов. — Дальше что?

— И месяц назад она собралась поехать в Исландию одна. Билеты купила, отель забронировала, еще хвасталась мне, какой шикарный отель, в самом центре, совсем рядом с Хатльгримскиркья.

— С чем? — недовольно переспросил Стриженов.

— С лютеранской церковью в центре Рейкьявика. Она символ Исландии. Так вот, мама все это подготовила, а потом просто поставила отца перед фактом, что уезжает. И он ее отпустил, хотя они всегда отдыхали вместе, и еще он считал, что после Исландии… — Парень опять запнулся.

— Что после Исландии? — Стриженов напряг слух.

— Что она не собиралась к нему возвращаться.

Дмитрий вздохнул. Так вот в чем дело: Лиса подумывала уйти от мужа. Поэтому уехала в Исландию одна и сказала в том ночном разговоре, что размышляет о жизни. Поэтому сын винит Олега в ее исчезновении и поэтому старший Соломятников так разозлился во время разговора со Стриженовым. Все это многое объясняло, но никак не помогало понять, что же случилось с Лисой.

— Дмитрий Константинович, — тихий голос отвлек Стриженова от его мыслей, — вы же выясните, что случилось с мамой? Знаю, отец просил вас не лезть, но…

— Да, я выясню. Обязательно, — скорее самому себе, чем собеседнику, подтвердил Стриженов и, не прощаясь, отключился.

Прошло секунд семь, и его телефон снова пиликнул. Сын Лисы прислал сообщение, полученное от матери в день исчезновения. Стриженов открыл вордовский файл и пробежал глазами тексты на русском и английском. Это была подборка статей или новостных заметок. Насколько журналист смог разобрать, все материалы были посвящены одному делу. Убийству девушки, произошедшему три года назад в Исландии.

Дмитрий подошел к рабочему столу, заставленному всевозможной техникой. Распечатал на принтере статьи, собранные Лисой, удобно устроился на диване и углубился в чтение. Постепенно он разобрался, что за чудовищное преступление произошло в Исландии и как его расследовали. Так или иначе, смысл всех статей сводился к следующему: три года назад в Рейкьявике произошло чудовищное преступление, взбудоражившее этот спокойный и мирный остров, — была похищена и жестоко убита двадцатилетняя девушка Бьянка Йонсдоттир.

13 января 2017 года около пяти утра она вышла из популярного ночного клуба в центре Рейкьявика, где веселилась с друзьями, но до дома так и не добралась.

Спустя сутки после исчезновения девушки полиция приняла у родственников заявление о пропаже и официально начала поиски Бьянки. В первую очередь детективы отследили ее телефон. В последний раз он включался в ночь исчезновения в порту города Хабнарфьордюр, в десяти километрах от Рейкьявика. Но в шесть утра телефон выключили.

Тогда полицейские отсмотрели записи с видеокамер рядом с ночным клубом, где Бьянку видели в последний раз. На камерах видно, как нетрезвая девушка идет по хорошо освещенным улицам, затем сворачивает за угол, где нет камер, и исчезает из поля зрения.

Изучив множество видеозаписей, детективы обнаружили первую зацепку. В то время, когда пропала Бьянка, по той же улице проезжал красный «киа-рио». В полиции предположили, что владелец автомобиля мог видеть или даже подвозить девушку, и автомобиль стали искать.

Вскоре стало известно, что машина принадлежит прокатной компании и в ночь исчезновения Бьянки автомобиль брал в аренду Николас Мосс, моряк с гренландского рыболовного судна. Когда полиция нашла и осмотрела автомобиль, выяснилось, что «киа-рио» тщательно вымыли с использованием химикатов. Тем не менее, обработав заднее сиденье машины люминолом, криминалисты смогли обнаружить следы крови. А на следующий день в доках, недалеко от причала, где стоял гренландский корабль, поисково-спасательный отряд нашел ботинки Бьянки.

Теперь гренландский моряк из свидетеля превратился в главного подозреваемого. Однако задержать его не удалось. Гренландское судно с моряком на борту уже вышло из порта и направлялось на родину. Полиция и спецназ острова развернули масштабную международную операцию и добились возвращения судна в порт. Как только корабль вернулся в Исландию, Николас Мосс был арестован. В тот же день полицейские обыскали корабль и нашли в каюте подозреваемого двадцать три килограмма гашиша, а также водительское удостоверение пропавшей девушки.

Во время допроса в полицейском участке Николас сообщил, что машину он взял в прокат, чтобы забрать из бара пьяного друга. На обратном пути моряки действительно подобрали двух девушек. Вернее, они остановились на улице возле двух спорящих девушек, но в машину села только одна — Бьянка, что выяснилось уже в порту. Тогда второй моряк отправился на корабль, а Николас пересел к Бьянке, собираясь, по его словам, ее поцеловать. Однако девушка была сильно пьяна, ее тошнило, и матрос сразу пожалел, что связался с ней. По словам моряка, он подвез девушку до трассы за портом, высадил на перекрестке, где останавливается автобус, и поехал кататься по побережью.

Несмотря на то что второй матрос на допросе подтвердил слова друга, полицейские не поверили Николасу Моссу, уличенному к тому же в хранении наркотиков, и задержали его по подозрению в убийстве. Однако тело девушки до сих пор не было обнаружено.

В это же время исландцы развернули самую масштабную поисковую операцию в истории острова. Тысячи людей, от членов официальной организации до добровольцев, вышли на поиски девушки. Они сутками прочесывали местность в окрестностях Рейкьявика и порта.

Спустя неделю после исчезновения в шестидесяти километрах от столицы острова, на вулканическом пляже, нашли обнаженное тело Бьянки. Эксперты подтвердили, что девушку душили, а потом еще живую выбросили в море. Официальной причиной смерти стало утопление, Бьянка Йонсдоттир захлебнулась.

Через некоторое время двадцатипятилетний матрос Николас Мосс предстал перед судом. Он был осужден за убийство и хранение наркотиков и приговорен к девятнадцати годам тюрьмы. Несмотря на явные доказательства вины, Николас так и не признался в убийстве девушки и дважды подавал апелляцию.

Стриженов закончил читать и еще раз просмотрел тексты. Лиса не просто собрала все эти статьи, прочитала и досконально изучила. Она явно искала в материалах нестыковки, странности, спорные моменты. Отдельные слова, фразы и целые абзацы статей были выделены и подчеркнуты, кое-где на полях стояли вопросы и восклицательные знаки. А последняя фраза о том, что гренландский матрос так и не признал вину, была подчеркнута жирной красной линией.

Стриженов закрыл глаза, мысленно превращая прочитанные статьи в документальный фильм.

«Я наткнулась на дело трехлетней давности», — отчетливо прозвучал в голове у журналиста взволнованный голос Лисы.

— Да, я знаю, дело Бьянки. Самое громкое преступление Исландии, — ответил голосу Стриженов, — почему оно заинтересовало тебя? Дело раскрыто. Преступник в тюрьме, девушка мертва. Газеты разных стран еще три года назад наперебой рассказывали эту историю, смаковали нюансы и факты. В Сеть выложили практически полный отчет о поисках Бьянки. По часам расписали, что и когда предпринимала полиция.

Ты же сама нашла не меньше десятка статей, почти слово в слово повторяющих друг друга.

«Совершенно чудовищное событие, и мне невооруженным глазом видны нестыковки», — отозвалась Лиса.

— Нестыковки?! — Дмитрий посмотрел на пометки Лисы в статьях о деле Бьянки. Раздумывая о чем-то, побарабанил пальцами по столу. — Ладно, Лиса, ты пропала. Зацепок у меня никаких, только этот файл с миллионом пометок, подчеркиваний и вопросительных знаков и наш телефонный разговор. И может, все это никак не связано с твоим исчезновением, может, ты действительно выпрыгнула на горном перевале из машины прямо в пропасть, потому что испугалась, потеряла управление и запаниковала? Но тогда почему в день исчезновения ты выслала мне эти файлы? Да так торопилась, что перепутала получателя, не успела написать, что и зачем отправляешь. Должно же быть какое-то объяснение? Я попробую разобраться… Я попробую, Лиса.