Екатерина Шашкова – Основы человечности. Работа над ошибками (страница 16)
– Что, и не дарил ей ничего? И она не жаловалась, как бабушка ей в очередной раз праздник испортила?
– Так… погоди! Ты сейчас про Ксюшу, что ли? Я думал, про Ингу.
– Да зачем мне Инга?
– А Ксюша тебе зачем?
– Ты можешь прекратить отвечать вопросом на вопрос и просто сказать, когда у неё день рождения? – Людвиг, кажется, пытался говорить сурово, но получилось почти жалобно. Умоляюще. Как будто точный возраст этой неугомонной девицы был для него действительно важен.
– Да какая тебе разница? Решил заняться астрологией и натальную карту начертить?
– Не смешно. Ты что, правда не понимаешь?
Тимур хотел проворчать что-то в духе «Да я вообще никогда ничего не понимаю», но передумал. Ладно, давно пора было принять как данность, что в некоторых сферах вчерашний студент Людвиг Майер всё ещё умнее школьного учителя Тимура Смолянского. (А в некоторых – нет, но найти бы ещё такие сферы!)
Поэтому вместо того, чтобы обижаться, Тимур честно попытался подумать.
Голова, перегруженная впечатлениями последних суток, работала с трудом, разве что не скрипела от натуги. Допустим, дата рождения нужна для того, чтобы определить точный возраст. А возраст зачем? Понять, когда этому ребёнку можно будет пиво пить и сигареты самостоятельно покупать? Нет, ерунда какая-то!
Ещё по дате можно понять, не происходило ли что-то важное в день, когда Ксюша появилась на свет. Какое-нибудь солнечное затмение? Землетрясение? Чья-то смерть? Да хоть та же трагедия на стройке! Хотя нет, стройка точно была раньше почти на год…
Стоп!
Почти на год. Меньше, чем на год.
То есть теоретически…
Тимур вдохнул – а выдохнуть забыл. Потянулся снова протереть очки, снял их, повертел в руках и сразу же вернул обратно.
Вспомнил, как напрочь лишённая магии девочка втянула в себя силу Людвига и даже не поморщилась.
Вспомнил вскользь оброненную фразу про приписывание ему чужих детей.
Вспомнил свои мысли про то, как странно и быстро эти двое спелись, как будто…
– Ты же не думаешь, что?.. То есть… ты реально так думаешь?
– Осознал наконец-то? – Людвиг, забыв про недопитый чай, беспокойно вертел в пальцах выловленную из него ветку. Нервничал. Кажется, чуть ли не первый раз за всю историю их знакомства он нервничал настолько сильно, что даже не пытался это скрыть или замаскировать.
– Ей пятнадцать. С чем-то, – озвучил Тимур в первую очередь для самого себя, чтобы свыкнуться с собственным озарением.
– Да, именно, ей пятнадцать с чем-то, а ты мне дневник её матери дочитать не даёшь.
Это, конечно, звучало как очень веский аргумент. Но всё же что-то не складывалось… Что-то мешало. Что-то простое и очевидное. Например…
– Так ведь она не дочка твоей Насти!
– И что? Я, по-твоему, кроме Насти ни с кем не спал, что ли?!
– Но ведь и не изменял ей направо и налево! – Безгрешным ангелом Людвиг, конечно, никогда не был, но в плане отношений (что любовных, что дружеских, что семейных) он всегда казался Тимуру образцом верности и порядочности.
– Когда встречались – не изменял, но мы же расстались месяца два назад. То есть не два, а… Тем летом, короче.
– А, точно. – Тимур, оказывается, успел напрочь забыть об этом факте. После исчезновения Людвига Настя развела такую бурную розыскную деятельность, словно он бросил её накануне свадьбы, причём оставив по уши в долгах. Ничего важного, конечно, не выяснила, но Диана ещё долго впадала в неконтролируемую ярость от одного только упоминания этой бойкой девицы. – Но всё равно, когда бы ты успел?
– Поверь, я в тот период много чего успел.
– То есть ты всё-таки знал Надю, да ещё и…
– Да я понятия не имею, знал или нет! – Измочаленная ветка полетела на стол, а Людвиг отправился нарезать круги по комнате. К счастью, в человечьем облике. – Надя, Катя, Гадя – думаешь, я запоминал, как их зовут? Я тогда вообще немножко в загул ушёл от расстройства. Вот если бы фотка была или запах… Да и то не факт. Люди меняются, запахи тоже.
– Но Ксюша же не оборотень! – выдвинул Тимур очередной аргумент.
– А почему, собственно, она должна им быть? Я – полукровка, а её мать – обычный человек, так что ей запросто могло не достаться никаких анималистических талантов.
Спорить с генетикой и теорией вероятности было сложно. Да Тимур на самом деле и не спорил, скорее – указывал на противоречия. Но Людвиг отмахивался от этих противоречий так уверенно и аргументированно, словно давным-давно всё обдумал и пришёл ко вполне однозначному выводу.
– Тебя ведь не только что осенило, да?
– Вчера, когда она позаимствовала мою силу. Неужели ты сам не удивился?
– Удивился, но подумал… Ну, единичный случай, на всплеске эмоций. Такое ведь иногда случается.
– На всплеске эмоций можно убрать излишки, можно успокоить, сбалансировать энергию, но не использовать её после этого. А она именно использовала, причём сходу, без подготовки. Пропустила через себя и выдала ровно столько, сколько получила. Идеальный проводник с идеальной совместимостью.
Да, такое посторонний человек не смог бы провернуть при всём желании, даже зная теорию. А Ксюша совершенно не разбиралась в магических премудростях, она действовала интуитивно. Так, как, по словам Людвига, он сам когда-то делился силой со своей мамой.
– Сядь спокойно, хватит мельтешить перед глазами, – велел Тимур. – Давай сперва посчитаем. Допустим, ты после расставания с Настей действительно пустился во все тяжкие. Это было где-то в августе-сентябре, так?
– Ну… да. Скорее в августе. В сентябре мы с отцом в Москву ездили по делам, а потом вообще не до того стало.
– Значит, если кто-то из девушек от тебя забеременел, то ребёнок должен был родиться… – Тимур дотянулся до телефона, смахнул ворох уведомлений и открыл календарь. – …в мае следующего года.
– Или раньше.
– Или раньше. Но не позже. А у Ксюшки день рождения… сейчас, погоди… – Нужная страница в соцсети грузилась долго, словно издевалась. Тимур гипнотизировал её взглядом, попутно вспоминая, когда же он дарил Ксюше ту здоровенную энциклопедию мифологических существ, которую она потом тащила домой в руках, потому что в сумку книга не помещалась. День был тёплый и солнечный, все вокруг шли с короткими рукавами. И дело точно было не в школе. Они встречались на улице, учебный год то ли уже закончился, то ли ещё не начался… – Август! Восьмое августа!
– Точно? – тихо выдохнул Людвиг.
– Точно! – Тимур сунул ему под нос телефон, который наконец-то догрузил нужную информацию. – Вот, сам читай. Значит, я правильно вспомнил, что лето было.
Людвиг недоверчиво уставился на экран. Даже пальцами в него потыкал и страницу туда-сюда полистал, словно убеждаясь, что она настоящая. Или ему просто нравилось разглядывать не слишком художественные подростковые фото – селфи, уличных кошек, случайные книжные цитаты, дурацкие надписи на стенах и кеды с разноцветными шнурками, отражённые в луже.
– Тогда не складывается. Зимой я никак не мог… поспособствовать её рождению. Меня в это время здесь уже не было. – Голос Людвига звучал удивлённо и даже слегка грустно. Как же, такая стройная теория развалилась!
Тимур тоже успел поверить в эту теорию и теперь чувствовал себя странно. Как будто долго и старательно собирал огромный пазл, но последняя деталька вдруг оказалась вообще из другого набора. И вроде бы ничего страшного, сущая ерунда, никто не умер, мир не рухнул, а пазл всё равно после сборки планировалось разобрать и сложить обратно в коробку. Но ощущение неправильности и незаконченности царапало и тянуло.
– Получается, что она никак не может быть твоей дочкой. Так что расслабься.
– Да я и не напрягался. – Людвиг пожал плечами. Как-то очень уж демонстративно, наигранно. – Просто это было самым логичным объяснением для нашей магической совместимости. Но нет – так нет.
– А что бы ты делал, если бы вдруг да?
– Не знаю. – Он ещё немного поизучал Ксюшину страницу и неохотно вернул телефон Тимуру. – Только не смейся, но… Я бы, наверное, обрадовался. Она прикольная. И взрослая уже, подгузники менять не надо и всякое такое.
– С такими вот взрослыми проблем ещё больше.
– Тебе-то откуда знать?
– Да у меня же их полторы сотни, и каждый со своими тараканами.
– Как ты в этой толпе не путаешься?
– Иногда путаюсь, особенно когда новый класс дают. А потом привыкаю. Они все разные, все – личности. – Тимур с тоской посмотрел на количество сообщений, которые эти личности успели написать, и торопливо отложил телефон подальше. Нет уж! Попозже ответит, а то и вообще завтра. А сегодня хотелось чего-то лёгкого, спокойного. Чтобы никуда больше не бежать, не копаться в прошлом, не думать о будущем… – Может, киношку какую-нибудь посмотрим?
– Отличная идея, – одобрил Людвиг, но отправился не к телевизору, а на кухню. – Сейчас я только тортика себе отрежу. Ты будешь?
– Куда в тебя лезет?!
– У меня буквально два тела и оба хотят жрать.
– Я читал, что это так не работает.
– А я чувствую, что именно так это и работает. Ты кому больше доверяешь, книжкам или моему жизненному опыту?
– Диане! – брякнул Тимур. – Она питается как нормальный человек, а не как троглодит.
– Это она просто вечно на диетах сидит. Так на тебя резать?