Екатерина Сенина – Пекуха. Когда очень нужно на ком-то выместить зло – месите тесто! (страница 2)
Все снова стали хихикать, а я успела еще раз взглянуть на фотографию мужа, прежде чем Карина закрыла его страницу: да, он такой же красивый, как на опубликованных снимках. Это мы, женщины, с возрастом теряем былую привлекательность и вынуждены себя красить, колоть, изнурять диетами. А для мужчин важно сохранить харизму. Если она есть, то никакие животы с лысинами не страшны. А мой так вообще – и пресс подкачал, и голову бреет, и бороду отпустил – черную, аккуратную… И к такому красавцу каждый день записываются самые разные женщины. И с каждой он как минимум час один на один. Неужели ни разу не было соблазна?
Ох, опять я мучаю себя сомнениями, хотя лет пять назад поклялась больше не затрагивать эту тему. И за это время муж ни разу не дал повод для подозрений. Да и я больше не вспыхиваю от чужих комплиментов, не задерживаюсь на корпоративах, а дома избегаю любых, даже самых незначительных поводов для ссор. Не убрал – уберу сама, не хватило на что-то денег – переключусь на другое. Впрочем, с деньгами – тьфу-тьфу-тьфу – в последние годы все нормально. Мы сделали хороший ремонт в квартире, у нас с мужем по машине, наши дети-двойняшки – Лизочка и Илюша – летом отдыхают в популярных оздоровительных лагерях. Набирая продукты в тележку в гипермаркете, я даже не смотрю на цену: просто беру, что мне надо или очень хочется, с уверенностью, что денег на карте хватит. И я больше не плачу в подушку, проклиная свою скучную жизнь, – я тихо-тихо говорю судьбе спасибо за мое скромное, но такое настоящее женское счастье.
Могу ли я разонравиться мужу? За последние два года я набрала лишние килограммов пять. Или даже семь. Возможно, причиной тому стало мое увлечение – выпечка. Я пеку. Много: пироги с мясом, повидлом, картошкой и грибами, которые мы собираем с Женькой летом и осенью, сбегая от детей на природу. Пеку пончики, трубочки, сладкие орешки и вообще все, что попросят дети или подсмотрю в интернете. Мне нравится сам процесс и то, как пахнет наша квартира во время моего колдовства. И хоть сама ем мало – чаще лакомятся ребята и мои сотрудники, которых я угощаю почти каждую неделю по любому поводу, но ведь и мне что-то перепадает. И все это – вредное для фигуры.
А может, и не в выпечке дело вовсе, а возрастное – мне, в конце концов, в этом году стукнет сорок пять. В общем, не девочка. Ну, и не бабушка – спасибо Поле, старшей дочке, она и ее парень Вася так погружены в учебу в своем меде и работу, что, по всей видимости, не скоро подарят нам с Женей внуков. Но сбрасывать все равно надо. Хотя…
Когда еще у меня был размер чашечек «D»? Даже после рождения двойни такого не наблюдалось! Я выкинула поролоновые бюстгальтеры, ношу только кружевные, прозрачные. Так что с похудением можно и повременить. Но вдруг его потянуло на что-то, вернее, кого-то новенького? Как однажды моего папашку-стоматолога, который увязался за молодой пациенткой и бросил нас с мамой, когда мне было пятнадцать лет! Маме он, уходя, твердил, что, если бы она не запустила себя, он никогда бы не стал засматриваться на чужих женщин. Еще и выставил ее виноватой, негодяй!
Говорят, чем дольше супруги в браке, тем лучше чувствуют друг друга. Видимо, и до Женьки дошел поток моих мыслей: он неожиданно позвонил, хотя в рабочее время это делает редко. Чаще пишет или присылает голосовое. Значит, «загорелись уши»?
– Ты как, можешь говорить? – неожиданно серьезным тоном начал муж.
То есть, не просто так позвонил…
– У меня тут проблема. Даже не знаю, с чего начать, – не дождавшись моего ответа, продолжил он.
– Ну начни уж как-нибудь…
– Свет, только не переживай, ладно?
Ненавижу, когда кто-то так говорит. Конечно же, я тут же буду не просто переживать, а паниковать!
– Я ногу сломал. Но все уже хорошо.
Несколько секунд я просто стояла в оцепенении.
– Как сломал?
– Пошел в аптеку, поскользнулся, упал, очнулся – гипс, – попытался пошутить Женя. – Перелом стопы. Говорят, несколько месяцев теперь заживать будет. Но не смертельно, выкарабкаюсь…
Через полчаса я уже была у мужа в палате.
– Ты как ушла, я полез в холодильник, а там кефира нет, вот и решил добежать до магазина…
– А говорил, в аптеку, – я вспомнила, как эта девка из троллейбуса переписывалась с кем-то и листала фотографии Жени, и подозрения посыпались сами собой.
– Взял кефир и зашел в аптеку, – раздраженно буркнул муж. – Сегодня же родительское собрание, учительница напомнила в чате про бахилы, так я решил тут же их купить – аптека рядом с магазином, а то потом забыл бы…
– А теперь ты вообще ни на какое собрание не попадешь. На лестнице, что ли, поскользнулся?
– Ну да.
– Надо их засудить. Скорая была? Зафиксировали место падения?
Я была очень зла.
– Свет, ну ты чего, – Женя нахмурился и коснулся своей теплой рукой моих пальцев. – Владелица аптеки – моя постоянная клиентка, ВИП-клиентка тем более, да и все сотрудницы ходят ко мне уже несколько лет. Знаешь, как они переживали? И скорую вызвали, и сидели со мной, пока врачи не подоспели. Ну и потом, есть там коврик – это я виноват, мимо него наступил… В телефон смотрел.
– С кем же это ты переписывался, интересно?
Женя посмотрел на меня взглядом нашкодившего ребенка.
– Светк, я должен кое-что тебе сказать.
Судя по сделанным паузам, муж приготовился озвучить что-то неприятное. Значит, мне не показалось. У него роман. У него другая женщина. И сейчас он об этом скажет…
– Я знаю, что тебе это не понравится, но мне деваться некуда, – муж отвернулся к окну, а затем жалостливо посмотрел на меня. – Можно я временно буду принимать клиенток у нас дома?
– Что-о-о?
– Ну как-то надо же выходить из ситуации? Только до Нового года. Потом как-нибудь на костылях, на такси буду добираться до работы.
Этого еще не хватало! То есть все эти тетки, которые заигрывают с ним, лайкают его фотки, делятся своими бабскими новостями и переживаниями, будут ходить ко мне домой?
– Нет уж, – я отдернула свою руку. – Этому не бывать! Мой дом – моя крепость. Нечего туда водить своих клуш.
– Свет, ну а какой еще выход? Допустим, несколько человек я передам другим специалистам, а остальных куда? Во-первых, я их подведу. Искать нового мастера, да еще и перед Новым годом, – тот еще квест, сама знаешь. Ну и потом, я что – дурак, отказываться от клиентов? Ты представляешь, сколько мы потеряем денег?
На самом деле, я столько раз думала о том, что ЭТО может произойти. Конечно, не перелом ноги, но какая-нибудь другая временная недееспособность или просто неспособность ходить на работу! Да, мой муж очень хорошо зарабатывает. Очень! Я бы сказала, не каждый айтишник в Москве может похвастать таким заработком, как мой супруг-маникюрщик из провинции. Но у него нет никакой подушки безопасности. Заболел – и все: ни денег, ни возможностей. У меня хотя бы оклад, могу позволить себе поболеть. А Женьке такая роскошь как больничный непозволительна.
– То есть, ты хочешь сказать, что и жене губернатора, и тетенькам-министрам, и всем этим чиновницам, главврачихам и бизнесвуменшам ты будешь пилить ногти у нас на кухне?
– Если согласятся – да. Ну, если у тебя есть предложения…
Конечно же, никаких других вариантов у меня не было. Еще утром я в очередной раз поймала себя на мысли, что после такого грандиозного ремонта мы могли бы подороже продать эту квартиру и купить что-нибудь попросторней и в центре города. Раньше я даже не задумывалась о новом жилье, осилили коммуналку – и хорошо. А вот теперь все чаще фантазировала о красивых высотках с закрытой территорией и подземными парковками, с просторными подъездами, где картины, консьержки, туалеты, кулеры с водой и даже мойки для собачьих лап. У нас нет собаки, но в таком доме я завела бы маленькую белую болонку.
Но самая заветная мечта – вместительная кухня с хорошей мебелью, печью и техникой. Я могла бы воплощать там все свои кулинарные фантазии. Может быть, даже выпекать на продажу. И в такую квартиру, и в такой дом Женькиных випш было бы не стыдно водить, а в наш… Обычный двор с советских времен: с остатками скамеек и качелек, алкашами и бабушками-ворчуньями, восседающими на пыльных креслах с ближайших мусорок, с лебедями из автомобильных покрышек и сухими деревьями.
– Ну так что, зову всех домой? – прервал мои размышления муж.
– У меня есть выбор?
Всю следующую ночь я наводила порядок в нашей спальне. Решила, что там, а не на кухне лучше принимать гостей. Вернее, клиенток. Вместе с другом мужа, Лешей, мы перевезли из салона стол, кресло, шкафчик с лаками и все необходимое оборудование с инструментами, перенесли к Лизе в комнату шкаф с одеждой и мой комод с нижним бельем, к Илье – Женькину тумбочку с трусами и носками и его же журнальный стол с ноутбуком. Разумеется, дети-подростки не смогли сдержать свое недовольство.
– А нам вообще можно будет появляться дома или придется сидеть в бассейне, пока все папины тети не разойдутся? – причитала Лиза.
– Снимите нам лучше квартиру рядом со школой, – бурчал Илья. – Поля же снимает квартиру – чем мы хуже?
Я же без конца просчитывала в голове, сколько мы уже потеряли денег за время Женькиного вынужденного отпуска. Вчера, сегодня и еще пару дней он точно будет в больнице: шесть (это минимальное число клиентов) умножить на две с половиной тысячи (стоимость маникюра в салоне рядом с домом) – получается пятнадцать. Умножаем на пять – семьдесят пять. В выходные дни, когда муж работает в ВИП-салоне в центре города, он тоже не выйдет. Три (нет, возьмем по максимуму – пять клиентов) умножаем на пять тысяч – получается двадцать пять тысяч, умножаем еще на два – выходит пятьдесят. Итого – сто десять тысяч за то, что сходил за чертовыми бахилами. А за бахилами ли он вообще ходил? Может быть, после утреннего общения с той красной шапочкой он совсем по другой причине заглянул в аптеку?