Екатерина Семёнова – Попаданка ищет дом (страница 50)

В дверь решительно, часто стучат, и я растерянно смотрю на вход, словно могу видеть сквозь дерево. Но увы, суперспособностей у меня нет, поэтому иду открывать.

На пороге стоит он . Мокрый от дождя, с глубокими тенями под глазами, но счастливая мечтательная улыбка светится на лице. В руках он держит не чемодан, а сумку, из которой торчит саженец какого-то деревца.

Он шагает ко мне. Сумка мягко шлёпается на пол. Его пальцы касаются моей щеки, неловко, как в первый раз.

— Там слишком одиноко без тебя. Тяжело жить без половинки сердца.

— Вельен…

Прижимаюсь к нему, вдыхая новый непривычный запах. Мне кажется, будто это сон.

— Тебя так долго не было.

— Знаю. Прости.

Наверное, я должна обижаться. Но вся обида, вся тоска, что копились в сердце, словно растворяются в этих мгновениях. Через бесконечность, сотканную из поцелуев, улыбок, шума дождя я тяну Вельена в дом.

— Прости. Я задержался, — вздыхает он, снимая мокрую куртку. — Каждый день начинал письмо для тебя, но получались такие глупости. И я ведь рассчитывал, ещё немного и вот-вот вернусь сам, поэтому каждый раз сжигал то, что успел написать. На меня столько навалилось! Начиная с серьёзной беседы с родителями — я рассказал им о тебе, — заканчивая бесконечными отчётами. А под конец отловил Берениз и всё выпытал. Ты же его знаешь, от шеса ничего не скроешь. Ручаюсь, он меня проверял, намеренно мучил вопросами, чтобы увериться в моей решимости изменить свою жизнь. А потом дал подзатыльник за то, что я тяну с возвращением в Дородо.

Я смеюсь, хоть глаза ещё полны слёз.

— Знаешь ли, очень обидно. Я уже взрослый, чтоб меня подзатыльниками воспитывать. Берениз передал тебе, — Вельен достаёт пухлый конверт. — Здесь твои документы, немного подправленные. Больше никто не будет сомневаться, что ты из Кархима и росла с дедушкой, как Эстро и придумал. А это… — Вельен с улыбкой протягивает плотную карточку жёлтой бумаги.

— Ого! — не могу сдержать восторга.

— Да, это банковские документы. Марраши согласились отдать тебе твои сто тысяч, и орден серебряной звезды выразил тебе признательность за помощь в поисках утраченных ценностей, наградил небольшой денежной премией. Я вызвался доставить эту радостную новость. Но взял на себя смелость и всю сумму положил в общественный банк, для сохранности. Ты сможешь получить деньги в Эомларе, когда захочешь.

Вельен, спохватившись, убегает из гостиной и возвращается с сумкой, поудобнее устраивает саженец в углу.

— Я привёз тебе яблоню. Выкопал её в саду у Эстро в Аска-Зарго. Меня чуть не поймали, — почему-то с довольством говорит Вельен, — приняли за воришку.

Я снова смеюсь. Глупый Вельен! Пока я умирала от тоски по нему, он воровал для меня яблони!

— Ты говорила, что хочешь возродить здесь сад. Пусть эта яблоня станет незримым мостиком между прошлым и будущим. Нашим общим будущим.

Сердце замирает.

— Ты покинул орден? — от волнения перехожу на шёпот.

— Нет, — Вельен качает головой. — Однако я буду жить здесь, в Дородо. Я останусь с тобой.

Он берёт мою руку и крепко переплетает наши пальцы. Мы садимся у камина, и тепло огня постепенно разгоняет холод и сырость, что принёс с собой дождь.

Вельен протягивает мне небольшую коробочку.

— Открывай, — говорит он, и в его глазах горит что-то такое, от чего сердце бьётся чаще.

Открываю коробочку, и оттуда, словно от порыва ветра, разлетаются белые лепестки. Внутри мерцает брошь — большая звезда, усеянная блестящими камнями. Когда я касаюсь украшения, от неё сыплются серебристые искры.

— Ты… возьмёшь? — голос Вельена звучит так тихо, что я едва слышу.

— Да, она прекрасна.

Вельен светится, вместо лампочки использовать можно, но лёгкое замешательство вдруг пробегает по его лицу.

— А ты знаешь, что это значит? — чуть хмурится он.

— Подарок, — теперь хмурюсь и смущаюсь я, потому что Вельен странно на меня смотрит. — Нет?

— Да будет тебе известно, Наталина Ардилиан, — говорит он, наклоняясь ближе, — что маг, делая предложение избраннице, дарит ей украшение с символикой своего ордена, так как жена — поддержка и опора, будущая шесра и мать, которая даст жизнь новым магам и продлит славный род.

— О, я не знала. Мне ещё никогда не делали предложение, — лепечу я, сжимая брошь в руках. Щёки горят от стыда. Наверное, надо говорить что-нибудь красивое и возвышенное, но в голове вдруг стало пусто. Бабочки не просто порхают в животе, они меня сейчас под потолок унесут.

— Возьмёшь ли ты это украшение в знак того, что готова связать со мной свою жизнь?

Вельен наклоняет голову, чтобы заглянуть мне в глаза. Я молчу — моя маленькая женская месть. Мы смотрим друг на друга, и любовь накрывает с головой, я словно парю в невесомости. Что готовит нам будущее, какие испытания и радости? Не знаю. Но одно знаю точно: эту жизнь, всю, до самого конца, я хочу провести рука об руку с Вельеном.

Я ничего не говорю, заставляя Вельена нервничать, а потом вместо ответа прицепляю брошь к платью.

❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀

Эпилог

— Архитектура, детали интерьера, запах старины — всё это словно волшебное путешествие в прошлое. И я ваш проводник. Как же захватывающе погружаться в историю чужого жилища, ощущать его дыхание и слышать шёпот старых стен. Это отдельный мир, полный загадок и тайн, готовых раскрываться лишь тем, кто по-настоящему хочет их узнать.

Замерев у окна кухни, слушаю, как во дворе Вельен проводит экскурсию для очередной группы. Его голос, спокойный и уверенный, рассказывает о каждой детали, о каждой вещице, оживляя быт прошлого. Идея организовать на моей земле музей пришла неожиданно и сразу прочно обосновалась в наших головах. Вельен как-то сказал, покопавшись в хозяйственных постройках, что утварь в усадьбе пусть и не особо ценная, но с неповторимой атмосферой прошлого, словно портал в него. И я сразу вспомнила, как жители Дородо собирали на ярмарке деньги на общую мечту: открыть музей провинциального городка.

Историк по образованию, Вельен сразу загорелся этой идеей и воспринял её как вызов. Лейр Булдрул, мэр Дородо, долго не мог поверить в серьёзность наших намерений, а после развил такую кипучую деятельность, что стало страшно, насколько быстро всё завертелось. Булдрул взял на себя всю бумажную волокиту и лично отправился в Эомлар оформлять документы, мне оставалось только как хозяйке усадьбы и будущей владелице музея поставить подписи. Потом мэр сам подыскивал толковых рабочих, чтобы насколько можно быстро отремонтировать усадьбу. Лейр Булдрул предлагал сделать реставрацию за счёт собранных жителями Дородо денег, но я отказалась: это мой дом и моя земля, и я хочу оставаться полновластной хозяйкой, самой устанавливать правила и не быть никому должной. А собранные деньги пусть лучше пойдут на благоустройство площади в Дородо следующим летом.

Когда всё было готово, нам отдали сохранённые и собранные с окрестностей старинные предметы обихода, и Вельен занялся обустройством. Вскоре потянулись первые туристы, немного, но Вельен был такой счастливый. Посетители тоже оставались довольны: Вельен — прекрасный гид, который точно не заскучает рассказывать о каждой пыльной тряпке. И жители не пожалели, Дородо постепенно оживал с наплывом приезжих, ведь они охотно расставались с деньгами, покупая у местных ремесленников продукты да сувениры.

— Проходите, осматривайтесь, а позже моя очаровательная невеста пригласит нас на чай со сладостями, которые традиционно готовят в этих местах зимой. Кто не устал, может попробовать свои силы в расчистке сугробов. Видите вот эту причудливую конструкцию? Раньше в неё впрягали лошадь или людей и тащили по дорогам. Есть смельчаки попробовать?

Вельен заходит, отряхиваясь от снега. Посторонним в дом нельзя, поэтому посетители остаются гулять по специальным дорожкам.

— Не думал, что сегодня столько людей соберётся на экскурсию. Зимняя ярмарка, конечно, не чета летней, но посмотри! — Он тычет в окно. — Сколько гостей!

Вельен радуется как ребёнок. Возможность поговорить об истории, поделиться знаниями с другими волнует его даже больше, чем деньги, которые приносят экскурсии. Впрочем, следить за банковским счётом и любоваться, как уверенно он растёт, тоже очень приятно.

Я заглядываю в печь, где покрываются румяной корочкой особые пироги, похожие на большие расстегаи с вареньем. Вельен говорит, раньше такие часто готовили в деревнях.

— Уже скоро. И вот, держи.

Вручаю Вельену небольшие холщовые мешочки со сладостями и игрушечными медведями. Это для наших маленьких посетителей. Вельен расскажет им, что нас навещали Вьюжный Медведь, Зефирная Куколка с синицей-заряницей и оставили им подарки.

Наградив меня горячим поцелуем, Вельен уходит, и пока он занят, я бегаю по дому, проверяю всё ли готово: скоро мы уезжаем. В сотый раз прикидываю, хватит ли еды коту. Ленивый обжора, он не любит холод и почти перестал гулять. Подумав, леплю для Киви ещё одну порцию маленьких фрикаделек, — он их обожает! — и отношу в погреб.

За музеем, точнее, домом и хозяйством, будут следить Элисвел и Райви. Подруги Тессары уже четвёртый месяц работают у нас в качестве помощниц. Они милые и вполне разумные девушки, на них можно положиться. А вот Тессаре я бы не то что кота, червяка не доверила. Элисвел с Райви и делать-то много не придётся: как обычно убирать в доме, вовремя топить печи, следить за Киви, кормить куриц. Да, теперь у нас много куриц, и Адольф переключил своё злобное внимание на них.