Екатерина Семенова – Иди за мной (страница 9)

— Ты к себе ужасно предвзята! — горячо возразила я. — И разве любят только за красоту или за магический дар?

— А я не такая уж красавица, — заспорила Амелия. — Ты просто себя не ценишь. Вон у тебя какие кудряшки! И зачем ты только волосы так коротко подстригла. Деда позлить? А у меня волосы какие-то как мышиные, серые и невзрачные.

— Ты несправедлива к мышам, — твёрдо сказала я. — У них замечательный цвет. И вообще, мы все прекрасны, все на свете. А если хотите красоты, травы — наши помощники.

Я рассказала про «Эликсиры красоты», и мы принялись рассматривать, обнюхивать и теребить мешочки с запасами трав. Вскоре мы, обмазанные масками для блеска волос и свежести лица, окутанные травяными ароматами, коротали время за разговорами и поеданием конфет из запасов Тови.

После моего красочного рассказа о жизни у Ильвы, появлении «жениха» и побеге через Лес, Амелия и Тови долго не могли успокоиться: то возмущались самоуправством Ильвы, то смеялись над незадачливым Теодором.

— А ведь сегодня, наверное, должна была состояться моя свадьба, — осенило меня.

— Так это надо отпраздновать! Прогулкой по торговым рядам. Чтобы день несвадьбы на всю жизнь запомнился, — торжествующе предложила Амелия.

Я счастливо засмеялась:

— Я и так этот день запомню. Благодаря вам. У меня никогда не было настоящей подружки, а теперь сразу две, — сказала я и смутилась, испугавшись, что навязываю дружбу.

— Да, каждой девушке нужна подруга, — серьёзно произнесла Тови и, взяв меня за руку, ласково добавила: — Я рада, что ты с нами.

— И я, — вставила Амелия. — А вот от модных лавочек вы не отвертитесь. Всё равно идти, ведь Лиатрис нужны новые вещи, завтра поход. Даже не верится! Наконец-то, Лес.

— Ты очень ждала этого?

— О да! Я мечтаю сделать открытие, продолжить научную карьеру и выступить перед академиками.

— А тебя семья поддерживает?

— Папа и мама все свои силы вложили в меня — единственного ребёнка. Конечно, они рады моим успехам в науке. Правду говоря, мама уговаривает не затягивать с замужеством и присматриваться к женихам. Но неволить меня, конечно, не будут, — прощебетала Амелия. — Мои родители женились по любви, и мне того же желают. Но сначала я отвоюю себе место на научном пьедестале! — патетически закончила свою речь она.

— Если родители так пекутся о тебе, неужели отпустили в путешествие в Лес?

— Ну-ну, — хохотнула Тови и с хитрецой посмотрела на подругу. — Сомневаюсь, что родители знают все подробности экспедиции. Напридумывала отговорок.

— Кто бы говорил, — передразнила Амелия и показала Тови язык.

Ни дать, ни взять маленькая озорная проказница, несмотря на возраст, образование и манеры. Очень её выходка напомнила мне Мику, дочку Нуны, такую же непоседу и шалунью. «Как там мои маленькие нунятки?» — загрустила я, вспомнив постоялый двор. Но постаралась отогнать невесёлые мысли.

Дразня и подтрунивая друг над другом, мы, перемазанные травяной жижей, отправились мыться. Мари Орсо, увидев нас в таком виде, осенила себя защитным знаком Солнечного Круга и прошептала:

— Храни меня Свет… Это что же делается? Где ж это видано, чтобы приличные люди в таком виде шастали. То ли девицы, то ли лягушки.

Мы, едва сдерживая смех, протиснулись мимо неё и побежали в мыльню.

12

Амелия так и не оставила идею посетить модные лавки. Мне выдали жалование, поэтому, решив пропустить обед и поесть где-нибудь в городе, мы отправились за покупками.

Погода нам благоволила. Дождь прекратился ещё ночью, и солнце ощутимо припекало. Ветер разгонял облака, не давая ни малейшего шанса ненастью. Мы вышли за трактирные ворота и ахнули — улицы после вчерашних гуляний были завалены мусором.

— Вот тебе и празднество в честь Света, чистого и вечного, древнего источника магии и жизни, — непритворно изумлялась я, пробираясь сквозь отбросы.

Несколько человек лениво убирали и наводили порядок, но работы им предстояло ещё очень много.

В торговых рядах я без конца крутила головой. В жизни не видела столько красивой одежды. Хотя Амелия и Тови не слишком воодушевились, у них целый шкаф таких нарядов, каких в наших лавках никогда и не видели. У меня же глаза разбегались.

Амелия и Тови водили меня от одной лавки до другой, и в итоге уговорили примерить отделанное кружевом шёлковое платье и лёгкие изящные туфельки. Я вертелась перед зеркалом в этом платье, не зная куда деть руки и как себя держать. Мягкая гладкая ткань приятно холодила тело и выгодно обрисовывала фигуру, а изумрудный цвет шёлка удивительно подчёркивал зелёные глаза. Я не узнавала себя в зеркале, а девчонки только подтрунивали:

— Видел бы тебя жених. Взгляд не отвести! Не передумала? Может, вернуть тебя Теодору?

— Какая ты прехорошенькая в этом платье. Настоящая невеста!

«Красивое платье, очень. Не для меня», — с сожалением думала я.

Я не привыкла к таким нарядам. Колючие шерстяные платья и старые тяжёлые ботинки — вот с чем я свыклась, с безликой серостью. И денег было жалко. Я вспомнила, как Ильва долго копила на небольшой отрез шёлка, чтобы сделать вставки в обычную блузу и красоваться перед постояльцами. А тут целый наряд. Но девочки не отступали и всё-таки уговорили купить это волшебное платье и туфли.

Наряды нарядами, но нужно было подумать и о походе. Я предложила купить женские широкие брюки. Явно, лазать по Лесу в штанах удобнее, чем в длинной юбке. Особенно это идея пришлась по душе Тови. Она, одетая в короткую куртку из плотного хлопка, тёмные брюки, массивные ботинки, разглядывала своё отражение в больших зеркалах и довольно заметила:

— Видела бы меня моя семья. Мама бы точно лишилась чувств. А деда бы удар хватил. — Товианна усмехнулась. — Общество меняется, а мои родственники нет. Самое главное для них — соответствовать статусу. Мы даже дорогие вещи, редкие книги покупаем не потому, что нужны, а чтобы гости смотрели с почтением.

— Показное потребление, — Амелия согласно закивала, — с намерением произвести впечатление и доказать окружающим своё превосходство.

Я незаметно улыбнулась, любила Амелия к месту и не к месту блеснуть своими знаниями.

С непривычки я немного устала от суеты и толкотни лавок, поэтому мы докупили несколько нужных мелочей и отправились обратно, весёлые и довольные.

Во дворе трактира у сарая встретили Рофальда, Лариона и Кита. Из кучи вещей, приготовленных для похода, они выбирали какие понадобится завтра, а какие пока оставить. Я боялась встретиться взглядом с Китом. Не знала, как себя вести с ним и что сказать. Но он лишь ненадолго задержал на мне взгляд и продолжил заниматься припасами.

Рофальд, одетый в чёрную из кожи и меха (это летом-то!), в диковинную для наших мест одежду, изучал провизию. Взвалив на широченные плечи тяжёлую поклажу, он бросил Лариону:

— Лар, помоги. Неудобно нести.

— Не надейся, — с усмешкой сказал Кит, — простой физический труд ниже достоинства нашей сиятельной особы.

Ларион с невозмутимым видом подошёл к Киту, церемонно стряхнул пылинки с дорогого тёмно-синего кафтана и с напускной важностью произнёс:

— Мар Кит, вы ставите меня в неловкое положение. Я полномочный представитель своего Дома и, конечно же, привык к э-э… более руководящей роли. Но я полон решимости закончить наше дело как можно скорее, так что можете рассчитывать на мою посильную помощь. — Он пренебрежительно махнул рукой и направился к Рофальду. Но на полпути обернулся с самодовольной ухмылкой и, видимо, намеренно дразня, добавил: — И смею напомнить тебе, Кит, хоть батюшка и учил меня скромности — кто как не я героически тащил с полигона тебя и твои, заметь, вещи обратно в Академию после того, как ты глупо попался в простенькую парализующую ловушку, рассчитанную разве что на малышей. — Ларион прищурился и победоносно посмотрел на Кита.

— Батюшкины поучения не пошли тебе впрок. А кто мне сказал, что полигон очищен от ловушек, и мы можем спокойно тренироваться? — вкрадчиво спросил Кит.

— Возможно, я немного преувеличил и чего-то не учёл. Мелочей.

Рофальд дико захохотал:

— Помню эти мелочи. Кит ещё долго отходил. Чего вас туда понесло?

— Только поступили в Академию. Свои силы испытать хотели, — хмуро пояснил Кит.

— Испытали? — насмешливо поинтересовался Рофальд.

— Ага, — с сарказмом процедил Кит. Светлые волнистые волосы падали ему на глаза, но он не спешил их убирать, неотрывно глядя на Лариона.

Тот хладнокровно выдержал этот взгляд и, растягивая слова, добавил:

— Недостаток доверия вредит дружбе. — Ларион миролюбиво развёл руками и подкупающе улыбнулся. — Чтобы сохранить друзей, нужно уметь прощать.

Кит внимательно посмотрел на Лариона и усмехнулся:

— Если бы я помнил все обиды, то уже прибил бы тебя.

— Ну что за речь, что за грубые манеры! — притворно поморщился Ларион. — Учишь, учишь тебя…

Они засмеялись, по-дружески обнялись, похлопали друг друга по спине и ушли в сарай.

Я рассматривала вещи, аккуратно разложенные во дворе: провизия, металлическая посуда, запасная одежда, оружие, в основном, кинжалы с узкими клинками. Рофальд сноровисто раскладывал снаряжение по дорожным мешкам. Амелия крутилась рядом, не забывая давать ценные, по её мнению, советы и мудрые указания. «Интересно, она хоть раз была в походе, кроме как в торговые лавки?» — мелькнула у меня мысль.