Екатерина Селезнёва – Игра на выживание (страница 21)

— Руководи, моя королева, всё в твоих руках, — шепнул он мне на ушко.

— М-м-м… мы точно говорим об одном? — приподняв бровь, уточнила у него, рисуя круги на его груди.

Теодор рассмеялся и начал кружить меня, как маленькую. Мир кружился смазанным пятном, якорем были счастливые глаза мужа, пока нас не прервал Фергус.

— Вещайте, что там пришло в эту светлую голову в очередной раз? — спросил Себастьян, шагая рядом.

— Устроить среди аршей поединки без оружия и магии, — ответил Фергус, посмеиваясь.

— И зачем? — Теодор резко затормозил перед нами.

— Просто. — Пожала плечами и добавила: — Развлечение для аршм, а призом победителю можно выбрать поцелуй понравившейся женщины или поцелуй той, которой он посвятит выигрыш.

— Интересно, — покачал головой Даниэль, но только хмыкнул и покачал головой.

И вот что мне нравится в этом мире — всё организовалось, и спонтанность мероприятия только добавила пикантности. Благодаря магии вместо мягкого пола сделали воздушную подушку. Из правил обозначили не наносить тяжких травм, и выигрывает тот, кто первым уложит противника на лопатки.

Объявление сделали усиленным магией голосом. Фергус первым обнажился по пояс, вызывая усиленное слюноотделение у прекрасной половины драконов. Размял шею и вышел в ожидании противника. И как не странно, смертник на его вызов нашёлся. Явно позируя и строя глазки, играл мышцами и заводил толпу. Правда, когда он всё же решил нормально ответить, поединок тут же и завершился. Мило раскланявшись, он уступил место другим, а сам отправился ко мне за поцелуем и под свист и улюлюканье толпы поцеловал так, что у меня не осталось иллюзий насчёт того, как я проведу эту ночь.

Теодор наблюдал за всем со стороны и только улыбался. Даниэль и Себастьян делали ставки и спорили до хрипа, кто сильнее. Иногда их мнения совпадали, и они дружно болели, выкрикивая имя, или свистели.

Мне всегда нравилось смотреть бокс, было в этом что-то завораживающее. И пусть то, что происходило сейчас, было лишь жалким подобием, народу нравилось. Аршмы оживились, арши, особенно холостые, воспрянули и рвались показать себя во всей красе.

Вспомнив про дом, задержала дыхание и закрыла глаза. Минуту слабости себе можно позволить, а потом идти дальше. Во всяком случае, одной я смогла помочь и сохранить жизнь, а там сработает сарафанное радио и пожар разгорится. Мне очень хотелось в это верить.

День клонился к своему завершению, хотелось есть и спать, когда ночное небо раскрасили яркие картинки иллюзий, заставив улыбнуться. Огненное шоу, как его называли в этом мире, очень напоминало наш салют, только с той разницей, что не было шума. И перед нашими глазами разворачивались целые картинки или расцветали цветы.

Уставшие, мы вернулись в наши покои, поздний ужин ждал нас. Мои слуги выцепили из рук мужей моё тельце и унесли в ванную, пообещав вернуть.

Вода оживила, но усталость всё же чувствовалась, мужчины тоже освежились.

— Прошло всего два дня, а такое чувство, что месяц. Что же будет к концу этих празднеств? — произнесла, возвращаясь в гостиную и затягивая пояс на пеньюаре.

— По мне, сегодня был прекрасный день, особенно его завершение, — откликнулся Фергус, вставая мне навстречу, — просто народные гуляния в отдельно взятом дворце.

— Всё лучше, чем эти непонятные поединки, которые непонятно кого развлекают, — качнула головой, разглядывая мужа в пижамных штанах.

— Решил, что скоро спать и можно не одеваться, — заметив мой взгляд, пояснил он. Кивнула и посмотрела на стол. Еда меня сейчас интересовала намного больше, чем сексуальное тело Фергуса, хотя оно и добавляло в обстановку остроты.

— А где остальные? — спросила и посмотрела на дверь в гостиную, где стояли Теодор, Себастьян и Даниэль. Обвела свой наряд взглядом и хмыкнула. — Вот, Фергус, что значит дворцовое воспитание. При параде всегда и везде. — И уже мужьям, застывшим в дверях: — Проходите, что как неродные?

Теодор расхохотался, снял с себя китель и скинул сапоги. Себастьян тоже разделся, а Даниэль покачал головой и сел за стол.

— Я так упарился, пока одевался, что буду сидеть красивым, — произнёс он под смешки остальных. — Я такой голодный, что мой мозг не соображает.

Ели в лёгкой и непринужденной обстановке с лёгкими шутками, что нас заметно сблизило. И тут я решила задать вопрос, что сбило весь настрой.

— А что у нас завтра? — Мужчины замялись и переглянулись, опустив глаза, что меня напрягло. Ещё одной охоты или чего-то подобного я не переживу, а потому морально подобралась.

Глава 28

— Завтра будут полёты, Теона, — ответил Теодор, скривившись, — тебе там не место.

— Почему? — поинтересовалась растерянно.

— Потому что там будут одни самцы, ты чуть ли не единственная самка, это опасно, ну и ты ещё не окрепла, твой дракон вылетел всего несколько дней назад.

— То есть участвовать в охоте на следующий день, как вылетели ваши, вы могли, а мне нельзя просто полетать? — спокойно уточнила у него. Фергус покачал головой и ткнул Теодора под столом ногой, но тот уже закусил удила и останавливаться не собирался.

— Да! — выкрикнул он под стоны и шипение остальных остановиться и не горячиться.

— Прекрасно, — улыбнулась в ответ и посмотрела на него, чуть прищурившись, — тогда я завтра вообще не выйду из дворца. Можешь объяснять это, как хочешь, а спать, дорогие мои, вы сегодня будете в своих комнатах.

— У нас нет своих комнат, — произнёс Даниэль расстроенно.

— Мне жаль, — сочувственно улыбнулась ему, — сладких снов.

— Теона, ты хорошо подумала? — прилетело мне вслед от Теодора. Хотела проигнорировать и уйти молча, но он не желал успокаиваться. — Если ты сейчас выйдешь, то по окончании этой недели навсегда переедешь в крепость.

Вдох-выдох, прикрыла глаза, заставила себя успокоиться. Остальные сидели, ошарашенные таким заявлением. Фергус собирался что-то сказать, но я попросила его молчать, подняв вверх ладонь.

— Ты знаешь, Теодор, мне казалось, что ты не только умный, но и не по годам мудрый. Как жаль, что я так ошиблась. — Покачав головой, грустно улыбнулась. — Я не рвалась на эти полёты, мне пока дорога моя жизнь, больше всего меня возмущает, что ты принимаешь решения за других, не желая это обсуждать даже с побратимами. Я с радостью уеду в крепость, но что-то мне подсказывает, что одна я там не останусь.

Посмотрела выразительно на Фергуса и всё же ушла. Вслед мне понеслась ругань, звон посуды, грохот. Пусть хоть весь дворец разнесёт, баран упёртый, мне всё равно. Поговорить, обсудить — не для него, пусть наслаждается. Ещё посмотрим, кто быстрее сдастся.

Кипя возмущением, легла в кровать и укрылась одеялом. Одной спать было одиноко и холодно. Кое-как уснула под утро, с протяжными вздохами сожаления. Вот не могла я промолчать и проглотить, как это сделала бы другая нормальная драконица.

Утро наступило неожиданно, под топот ног моих слуг, которые бегали словно ужаленные. Мне-то, в отличие от остальных, никуда не надо было, сама себе устроила выходной.

Позвала Сафа, чтобы узнать, что происходит, и поняла, что ничего не поняла, а потому пошла искать того, кто сможет мне хоть что-то объяснить.

Фергус нашёлся в гостиной за чтением книги — вот с чем я его представить не могла, так это с книгой. С мечом на тренировочной площадке, но не с книгой.

— Привет, — сонно ляпнула, забыв, что здесь так не приветствуют, — что у нас нового?

— Доброе утро, — он радостно улыбнулся и отложил книгу, — нового у нас много, ты всё проспала, радость.

— Вещай, — разрешила ему милостиво и, сев рядом, подавила зевок.

Он, покачав головой, рассмеялся, рассматривая мою сонную моську.

— Если кратко, то мы все вчера подробно объяснили Теодору, что либо принимаем решения вместе, либо я забираю тебя и переезжаю в свой замок. И вот увидеть тебя для него лично будет проблемой, — развёл мой муж руками, — остальные присоединились и потребовали прекращать весь этот балаган, который устроили бывшие короли. Поэтому вечером бал, которым всё и завершится.

— Прекрасно, но поговорить нам всем всё же придётся, повторения вчерашнего хотелось бы избежать. — Не выдержав, зевнула. — А слуги чего всполошились?

— Ты думаешь, так просто за несколько часов приготовить бал? Задействовали всех, кого могли, а твои ещё чуть истерику нам не устроили и покрутили пальцем у виска на наше заявление. Вот и суетятся.

— Понятно, а остальные где? — поинтересовалась как бы между прочим.

— Заняты организацией, — покрутил он рукой в воздухе, — я в этом ничего не понимаю, вот меня и отправили к тебе, как менее провинившегося.

Кивнула и пошла досыпать в кровать. Повесила над кроватью полог тишины и провалилась в сон. Сказала, что не выйду, — значит, надо хотя бы отдохнуть.

Проснулась отдохнувшей ближе к обеду, сняла полог и поплелась в ванную, почти не открывая глаз, когда меня подхватили сильные руки и подняли в воздух. Глаза открывать было лениво.

— И куда ты пошла? — услышала вопрос.

— В ванную, — пробурчала невнятно.

— С закрытыми глазами? — поинтересовался Фергус со смехом в голосе. Приоткрыла один глаз и кивнула.

— Ты меня куда понёс? — спросила у него на всякий случай, чтобы быть в курсе происходящего.

— Приводить твою красоту в порядок, — хмыкнул он, — хотя такой ты мне нравишься ещё больше.