Екатерина Рыжая – Эффект бабочки (страница 10)

Малышку колотит от испуга. Кристоф настолько хотел ее уберечь от дерьма, в котором варился, что нехило перегнул палку, вырастив поистине тепличный цветочек. Не сомневаюсь, что ее сводный братец быстро собьет с рыжика флер невинности, затащив в болото разврата. Эта мысль мне почему-то не понравилась, и я сделал пару шагов назад, отпуская свою добычу. Как раз дверь кабинета открылась и на пороге появилась горничная в строгом черном платье.

– Анна, своди, пожалуйста, нашу дорогую гостью в серую комнату на экскурсию, чтобы она оценила весь комфорт помещения, а потом засели в любую свободную спальню.

Глаза моей внезапной гостьи становятся размером с блюдце. Она, наверное, думала, что я шутил, когда говорил про подвал. Жаль, что мне не удастся увидеть ее реакцию, когда Анна на самом деле покажет ей карцер, куда Катерину запрут, если она задумает сбежать и попадется. Конечно, Ларисе я пообещал, что не причиню ей никакого вреда, но они обе должны понимать, что имеют дело не с сахарным мальчиком, которым удастся манипулировать с помощью красивых глаз.

Горничная, за маской которой скрывается одна из ассасинов, которые проходили обучение у меня лично, молча кивает головой и уходит, вместе с Катериной на буксире. С моего лица тут же слетает маска дружелюбного и простого в доску парня. Мне нет нужды пугать ее раньше времени, тем более, пока она ничего не сделала. Хотя вряд ли в ней найдутся силы на сопротивление. Хрупкие цветочки предпочитают следовать по пути наименьшего сопротивления.

– Маркус приступил к поискам? – Ханс пытается быть незаметным, но у него никогда не получалось спрятаться от меня. Я криво улыбаюсь, слыша недовольный вздох друга.

– Да. Поднял практически всех своих людей на уши, но у них нет ни единой зацепки. Мы вовремя отрубили городские камеры. Как долго ты планируешь держать его в неведении?

– Брось, Маркус не дурак. К концу дня он догадается обо всем сам. Мало у кого хватит ресурсов провернуть такой фокус. И еще меньше тех, кто в этом заинтересован. Так что скоро разъяренный Тунберг будет обрывать мне телефон.

– Думаешь, он согласится на твои условия? – Друг устраивается в кресле, вытянув ноги. Сейчас Катерина и сама бы не узнала в нем того очкарика, который попросил помочь ему с картой. Актерские таланты Ханса заслуживали, как минимум, “Оскара”, но он никогда не был тщеславным по отношению к лицедейству.

– Если и согласится, то не сразу. На панихиде он практически капал на нее слюной, но признать свою слабость так быстро будет серьезной ошибкой. Скорее всего сначала он будет давить на состояние мачехи, рассказывать о ее страданиях, ведь она только что потеряла мужа. Возможно, заикнется про “правило крови”, но вряд ли. Если он признает ее кровной родственницей, то не сможет ее трахнуть.

– И все же променять власть на молоденькую писюшку, которая спустя пару месяцев ему надоест… Я не думаю, что он на это пойдет. Заполучив кольцо и титул, Маркус легко вернет себе свою драгоценную сестренку. С чего ты взял, что он согласится на твои условия?

Я устроился на диване, где еще совсем недавно лежала рыжеволосая нимфа. На пледе остался аромат ее кожи и парфюма. Запах был настолько манким, что член в штанах дернулся, хоть всю прошлую ночь его объезжала миниатюрная брюнетка. Какая-то часть меня прекрасно понимает жажду Маркуса.

– Потому что наша очаровательная пленница девственница. Он слишком хочет быть первым, чтобы разумно думать о чем-то другом. Если Маркус будет думать, что у меня тоже есть на нее определенные виды, то согласится практически на что угодно. Главное, подтолкнуть его в нужном направлении.

И разве плохо, что я сам получу немало удовольствия развращая невинного ангелочка? Но об этом Хансу знать уже не обязательно.

Глава 15

Катерина

Я бы подумала, что это какая-то шутка, но молчаливая равнодушная Анна на полном серьезе привела меня в подвал. Место было не просто унылым, а реально страшным. Здесь можно было бы снять отличный фильм ужасов, и люди действительно бы пугались, сидя в кинотеатрах. Никакие “Заклятья” и “Монахини” не стояли бы и рядом.

Сырой мрачный карцер, в котором пол был забрызган подозрительными бурыми пятнами. Я и без этого боялась темноты, а сейчас и вовсе начали дрожать от неконтролируемого страха. Даже Маркус перестал казаться мне настолько ужасным человеком. У него куча недостатков, но зато он не пытает в подвале людей. Или пытает? Может быть, они все такие? Может быть, и отчим такой?

Анна молча вывела меня из этого ужасного места и захлопнула дверь, заперев ее на ключ. Теперь мне и воздух казался слаще, и солнце теплее, да и жизнь в целом выглядела прекрасной. По крайней мере, пока никто не захочет запихнуть меня в ту ужасную коробку.

На контрасте спальня, которая должна была стать моей клеткой, оказалась солнечной и воздушной. Цвета интерьера были нейтральные и были непривычны, но общее впечатление было самым положительным. Я даже не сразу поверила в то, что меня будет окружать такой комфорт. Еще больше меня удивило то, что на полу, около шкафа, стояло несколько десятков пакетов довольно известных брендов, в которых была одежда. Причем стиль и цвета были именно те, что в основном носила я. Получается, он уже давно планировал мое похищение, а на похоронах решил понаблюдать за жертвой? Ничего не понимаю…

Ничего из этой груды я так и не рискнула надеть. Не хотелось, чтобы кто-то думал, что меня можно так легко купить красивой одеждой. И под кем-то подозревался вполне определенный мужчина, который успел прочно обосноваться в моих мыслях.

Во-первых, загадочный Эрик был очень хорош собой. Мне нравились высокие широкоплечие блондины с пронзительно-синими глазами. Что уж говорит, если мой любимый персонаж в комиксах был Тор из Марвел. И пусть окружающие считали мое увлечение чересчур детским, я не могла отказать себе в мечтах, в которых он принадлежал мне одной. Справедливости ради, такие фантазии не посещали меня уже пару-тройку лет.

Я обреченно уселась на кровать, пытаясь найти для себя занятие. Телефон у меня отняли, танцевать в такой маленькой комнате не очень удобно. Иногда грациозность подводила, и результатом были многочисленные ссадины и синяки. Мало ли Эрик подумает, что я это делаю специально, чтобы обвинить его в издевательствах? Странно, но часть меня была спокойна, словно была уверена в том, что здесь никто не причинит мне вреда. Парадокс, потому что в присутствии сводного брата я всегда была настороже.

Дверь распахнулась. От неожиданности я подпрыгнула на месте, прижав руки к груди. На пороге возник мой похититель, который почему-то задумчиво смотрел на мои ладони. Тут же залившись румянцем смущения, я прячу их между колен.

– Тебе не понравилась новая одежда? Я просто подумал, что ты не захочешь ходить в грязном, ведь рассчитывать на скорое возвращение не стоит. – Он беспардонно зашел в комнату и сунул любопытный нос в ближайший пакет. – Хотя бы белье возьми, из соображений гигиены. Я сам выбирал.

Его губы изогнулись в порочной ухмылке, а на моих щеках можно было смело поджаривать тосты, с такой силой они полыхали от стыда. И все же тот факт, что такой роскошный мужчина выбирал для меня белье, думал, понравится ли оно мне, не могу не затронуть мою душу. До этого момента со страстью я была знакома только в теории, потому что латинские танцы всегда отличались избытком эмоций. Меня даже не останавливало то, что Эрик не самый подходящий вариант для неопытной девушки.

– Не думаю, что это будет правильно. Разве так обращаются с пленницами? – Только спустя пару секунд я поняла, что именно ляпнула. Со мной это бывало часто, мысли неслись вперед языка, но с некоторыми людьми такое беззаботное поведение было опасным. Вот только Эрик заливисто рассмеялся и подошел поближе, с интересом рассматривая меня.

– Какую бесстрашную малышку смог вырастить Кристоф. Все же прекрасно расти, зная, что ты в безопасности, под защитой семьи. Это позволяет любой девушке быть уверенной, но в тебе все же преобладает трогательная наивность. – Он протягивает мне руку, манерно склоняясь в поклоне. – Не окажешь ли мне честь, разделить со мной ужин? К твоему прибытию приготовили изумительную “Павлову”. До меня дошли слухи, что это твой любимый десерт.

– Откуда ты так много обо мне знаешь? – Я настороженно наклонила голову, пытаясь удержаться от соблазна. Мне нравилось его чувство юмора и обаятельная улыбка, хоть и складывалось ощущение, что Эрик не часто позволяет себе подобные эмоции.

– Потому что ты мне понравилась. Я понимал, что вряд ли смогу рассчитывать на такое же отношение с твоей стороны, но надеялся, что смягчу тебя, окружив комфортом и привычными мелочами. Мне искренне жаль, что нам не довелось встретиться при других обстоятельствах, чтобы мы были просто Эриком и Катериной. – Он снова улыбнулся, но уже более печально и ласково.

От этого мое сердечко затрепетало, словно внутри меня поселились тысячи бабочек с изящными крылышками. Мне никогда в жизни не говорили столько комплиментов, и я не удержалась. Сама собой моя рука опустилась в его ладонь.

– Ты не ошибся. Я очень люблю “Павлову”, но это больше потому, что с детства восхищалась знаменитой балериной. Ты слышал ее историю?