Екатерина Ромеро – Приват для Крутого. Трилогия (страница 16)
– Тебе точно восемнадцать?
– Да.
Крутой протягивает руку ко мне.
– Коснись меня.
Осторожно вкладываю руку в его ладонь, видя, что она там утопает. Лапа это львиная, а не ладонь.
– Ну что, страшно?
Касаюсь пальцами его смуглой кожи. Грубая большая рука. По телу бегут мурашки.
– Не знаю.
– А так?
Привлекает меня к себе. Быстро, жестко, тогда как я теряюсь и одновременно вся сжимаюсь в тугой комок. Невольно за плечи его ухватываюсь (чтобы не упасть).
– Вы меня не обидите…
Его руки ложатся мне на талию. Сжимает, как будто клешнями.
– Какого черта ты роешься в моих вещах, быстро сказала!
О боже, он не верит, не верит ни единому моему слову!
– Мне было просто интересно! Я ничего не брала, пустите!
– Ты врешь, маленький воробей. А может, мне перебрать твои перья?
О нет, этого мне точно не надо.
– Я хотела лучше узнать вас. И все! Ничего больше.
– На хрена?
– Да потому что вы мне нравитесь! Что непонятного?!
Савелий Романович усмехается, а я прикусываю язык. На кой черт я это ляпнула?! Чтобы Крутой отстал или скорее потому, что это чистая правда… На нервах сказала, просто вырвалось. Снова.
– А что еще ты хотела, Даша?
– Ничего, пустите!
– Не пущу. Не дергайся! Ты пахнешь пьяной вишней. Как ликер.
Вот что значит попасть в лапы зверя. Я изо всех сил трепыхаюсь, как птичка, а ему хоть бы что! Держит обеими руками, не шелохнется.
– Я никогда не пробовала ликера. Не знаю даже, какой он на вкус!
– Сейчас попробуем.
Вот тут уже я теряю почву под ногами, потому что Крутой зажал меня, как мошку, сдавил мою шею ладонью, а после наклонился и впился в мои губы горячим поцелуем.
Это словно торнадо, какой-то неугомонный ураган. По правде, это мой первый в жизни поцелуй. Бабочки проснулись, ожили и затрепетали острыми как бритва крылышками. Его губы теплые, колется щетина.
О боже, Савелий Романович меня целует! Поначалу нежно, словно пробует на вкус. И я тоже. К своему стыду, все же чувствую терпкий вкус его губ, а после распахиваю глаза. Негодование просто распирает.
– Ну что, попробовали? – лепечу тихонько, а Савелий Романович только усмехается.
– Нет, что-то не распробовал. Еще надо, – басит Крутой и снова целует меня в губы, а после перехватывает мою голову и устраивается поудобнее, сильнее вжимает меня в себя и в этот раз проталкивает настырный язык мне в рот.
От шока я маленько торможу и чувствую только, что плыву где-то на облачке. Высоко и совершенно без страховки. Осторожно ухватываюсь за крепкие плечи Савелия Романовича, чтобы не упасть.
Я не знаю, что со мной. Чувствую только, что стало очень мокро и горячо между ног, все аж заныло, и сильно потянуло внизу живота. Ноги задрожали, меня повело, а после… после распахивается дверь.
– Хм… извините, что помешал, но там Круглов пришел. Побеседовать хочет, пускать?
Фари вошел, и Савелий Романович резко прекратил поцелуй. Отошел от меня, убрал руки.
Я же так и стою ошарашенная. Губы горят от его жесткой щетины, в голове мед, а в кармане сворованная информация, но я вроде выкрутилась. Вроде бы.
– Да, пускай.
Крутой поправляет пиджак и садится за стол, тогда как я тушуюсь. Стыдно, непонятно, что это вообще только что было.
Савелий Романович меня поцеловал. Без разрешения просто прижал к стене и “попробовал”. А я и не упиралась… Как дурочка просто, еще и отвечала на поцелуй.
– Ты еще здесь?
Фари сверлит меня взглядом.
– Я уже ухожу!
– Она никуда не уходит. Сядь на диван, воробей, мы не договорили.
Ловлю молнию во взгляде Фари и послушно устраиваюсь на краю дивана, стараясь не привлекать к себе внимания. Это первый шаг, Крутой оставил меня при себе и поцеловал меня!
О боже, это не входило в мои планы, но спасло меня от раскрытия. Крутой бы обыскал меня, я в этом ничуть не сомневаюсь.
Сердце колотится как маленький барабан. Как реагировать, не знаю. Я маленько в шоке от того, что творю.
Это была просто случайность, правда? Зачем Крутой это сделал? Зачем я ляпнула ему о том, что он мне нравится?! Это же не так…. Или, скорее, очень даже так. Боже.
Пытаюсь собрать мысли в кучу, а после вижу в дверях мужчину в форме. Он входит первым, а за ним мельтешит девочка. Еще совсем ребенок, лет тринадцати.
Затаиваюсь, ничего уже не понимаю. Да, к Крутому часто приходят всякие личности, но зачем этот мент привел сюда ребенка? Что происходит…
Глава 17
– Здравствуй, Савел.
– Савелий Романович для тебя. Говори. Я слушаю.
В голосе Крутого сталь. Холодный, прямой, уверенный. Со мной он говорит более мягко, или мне так хочется думать.
Гостям никто не предлагает присесть. Фари стоит рядом, облокотившись о стену. Они здесь хозяева, и мент отлично понимает это.
Я вижу, как у Круглова по виску скатилась капля пота. Он жутко нервничает, мнет манжеты подрагивающими пальцами.
Эта девочка стоит за его спиной и, кажется, не понимает, что здесь происходит, так же как и я.
– Я пришел сказать, что денег не будет. Кредиторы отобрали последнее, занять не вышло, квартиру списали.
– Мне насрать на твои объяснения. Фари!
– Нет, стойте! Я же сам пришел, Савелий Романович! Мне очень жаль, что все так вышло. Мы не первый год знакомы…
– Не виляй, майор, здесь тебе не твой участок, а моя земля. Ты продался конкурентам, подставил меня и создал мне огромные проблемы. Мы получили ущерб, потери в людях и ресурсах. Я тебя уже предупреждал, ты не слышал.
– Знаю, я виноват, но я хотел как лучше! Так вышло, мы просто не поняли друг друга.
– Нет, ты просто хотел усидеть на двух стульях и потому врал весь год. Ты мне надоел. Фари, проводи.
– Подождите! Давайте по-хорошему договоримся. Вот.
Этот мент берет за руку девочку и подталкивает ее вперед. Она маленькая и худенькая. Дрожит, смотрит на Крутого испуганным взглядом.