Екатерина Ромеро – Чужая жена для Беркута (страница 2)
Еще один пролезает в салон и открывает замок, после чего Беркут хватает меня за руку, буквально выдирая из машины.
– ЗДРАСЬТЕ!
– Пустите, нет, что вам надо!
– Мне нужна ты-ы!
Его глаза блестят и переливаются. Опасно-красивый, безумный монстр. Высокий, жестокий и неуправляемый. Я помню, как Беркутов клялся в суде меня найти. И нашел, правда, а я не думала, что это будет на моей свадьбе. Да еще и так быстро.
Я вижу, как у Славы пошла кровь носом, но на это никто не обращает внимания. Нас закидывают в машину Беркута.
Быстро, жестко, я даже не успею толком закричать.
Я вижу, как дрожат руки Славы, как он ошалело смотрит на меня и понимаю, что мне не показалось. Виктор вернулся из зоны раньше и следил за мной. Это был он и я первая, кому он начал мстить.
– Куда мы едем, что происходит, что вам надо?!
– Мы едем на похороны, киса. Надеюсь, ты прихватила с собой конфет! Я люблю карамельки!
– Что? О чем вы… На чьи похороны?!
– НА ТВОИ!
Громко вскрикивает Беркутов и нажимает на газ до упора, тогда как от ужаса у меня спирает дыхание.
Глава 2
Первая брачная ночь и мой медовый месяц оборачиваются кошмаром. Для меня, для нас с мужем.
Ночь, дорога в неизвестность и мерзкий холод внутри. Нас вывозят за город в лес и когда машины паркуются. Виктор первым выходит и ухватив меня за фату, вытаскивает на улицу.
– Не надо, прошу, пожалуйста!
– А че это невеста такая невеселая? Я ж на праздник тебя привез, не?
– Я ничего не сделала, прошу, отпустите! Я не виновата!
Голос сбивается, горло саднит от мороза. Боже, вблизи он еще выше, весь в черном и страшный как ночь. Клянусь, этот зек похож на саму смерть. Жуткую.
Пять лет прошло, но Беркутов ни капли не постарел за это время. Напротив, стал еще более безумным. Я чувствую, как от него прямо веет этой лютой ненавистью. Ко мне.
Виктор переводит взгляд на меня, а после наматывает мою фату себе на кулак, притягивая к себе ближе. Противлюсь, но он сильнее. Здоровый мужик, он старше меня в два раза.
– Давай-ка разберем по полочкам, в чем именно ты не виновата, Рокотова. Ты не виновата в том, что нагло и в открытую оклеветала меня, что давала ложные улики и показания на суде? Что подтвердила, будто я тебя изнасиловал тогда, когда я тебя в глаза не видел? Что была в сговоре с Гангураевым и своим родным дядюшкой Геной, которые мечтали меня потопить чтобы я не застроил свои же земли!? Ты закрыла меня на десять лет гнить в колонии строгача, твой голос был решающим, так в чем именно тварь, ты НЕ виновата?!
От ужаса сводит все тело. Не могу противится ему, этот бандит может свернуть мне шею легким движением руки. Его обвинения страшные, и Виктору не интересно, что я не знаю даже половину из того, что он перечислил.
– Я не знала, прошу, простите…
Он смеется. Громко, гортанно и дико, а после отпускает меня, хватает Славу за шиворот и со всей дури вмазывает кулаком ему по лицу. Мой муж падает как подбитая кукла, а я понимаю, что нам конец. Беркутов привез нас сюда убивать, он жаждет расправы.
– Еще раз такую дурь вякнешь, я твоему суслику башку откушу!
– Что вы хотите, Виктор? Что вам надо, денег? У дяди есть, я… я скажу, он заплатит!
– Денег?! А пять лет жизни КТО, сука, мне вернет?! Твой дядя Гена? Рассвет за решеткой и баланда на завтрак – тоже мне компенсируешь или как?
– Чего вы тогда хотите, чего?!
– Я хочу чтоб ты сдохла. Здесь. Сейчас же. А дядюшку твоего я тоже найду, не переживай. Он поедет на праздник следующим. Я застройщик, помнишь? Земель у меня до хуя. Место есть.
Его слова. Они такие страшные, прямые, острые точно спицы. Беркутов вонзает мне их в сердце один за другим.
От ужаса даже не понимаю, когда начинаю реветь. Этого не должно было случится. Не так, не здесь, не сейчас.
– Мой отец. Он очень влиятельный! Пожалуйста, отпустите! Все что хотите… мы вам отдадим.
Сплевывая кровь говорит Слава, но становится хуже, он только дразнит этого взбесившегося зверя.
Виктор бросает перед нами лопату. Две точнее, каждому отдельно.
– Вперед. У вас час. Дальше я замерзну и ждать не буду. Волки получат кости с морозилки, а я хочу, чтобы они поели горячего!
Его голос рокочет. Смесь дикого меда и черного перца. Низкий, обволакивающий и жесткий одновременно. Этот зек абсолютно бешеный и такой же красивый. Как с обложки журнала, фотомодель, он вообще не постарел.
Виктор снился мне после суда. Годами. Я помню каждую его черту, каждое его слово и проклятия в мой адрес. Идеал мужской красоты с правильными чертами лица и опасным взглядом, для меня ужас выглядит именно так.
Оборачиваюсь к мужу:
– Слава…что делать?
– Я не знаю. Ублюдки, немедленно отпустите нас! Вы слышите, Я вам…
Договорить Слава не успевает, потому что Виктор в тот же миг снова ударяет его на этот раз в живот.
– Ослик, ты меня уже достал! Вот на хуя ты за этого хиляка вышла? Такие тебе нравятся, да, Рокотова?
– Оставьте его. Прошу, не бейте, не надо!
– А что надо, тебя по кругу пустить и выебать надо?
– Нет.
– КОПАЙ ЯМУ!
Орет и я хватаю эту лопату в руки, сцепив зубы, начинаю отбрасывать снег.
– Эй! Дохлик, ты тоже копай. Ну же, ве-се-ле-е!
Виктор толкает Славу ногой, мой муж встает на колени.
– Я не при делах, мужики. Давайте договоримся.
– Что? Что ты муркнул, малыш, я не расслышал?
– Я не при делах!
Слава всхлипывает и я понимаю, что он сдался. А еще он обмочился. Его штаны стали мокрыми. Лицо исказила боль вперемешку с отвращением.
– Ну что ты будешь делать! Суслик, я тебе говорил надеть памперс!
– Я не знаю вас, ничего не сделал! Лизку знаю три месяца всего!
– Та-а-к, и ты хочешь чтобы я отпустил тебя, да малыш?
– Да. Именно так. Отпустите меня.
– А жена твоя? Ты разве не с ней?
При этом Виктор подходит и прижимает меня к себе, а меня как током бьет, парализует от его безумной силы и энергетики. Такой может сломить меня одним движением, стоит только захотеть.
– Она не со мной. Мы один день женаты. И то. По договорняку все.
– Слава, нет! Что ты несешь!?
– Чш! Цыть, мурка, пока чем другим рот не заткнул! – одергивает Беркутов.– Ну-ну, говори, Славик. Какой выход ты предлагаешь?
– Я жить хочу.