Екатерина Романова – Как отделаться от жениха и не влюбиться (страница 11)

Громкое заявление предназначалось для двух незнакомых девиц, которые расположились по правую и по левую руку от моего ненаглядного. Очевидно, что карточка с моим именем напротив будущего супруга, как и положено по этикету Флоссии. Девушка с огромным пером на шляпке фыркнула.

– Простите, вы хотели что-то сказать…

– Герцогиня Ротширдская, – подсказал Андреас.

– Вы хотели что-то сказать, герцогиня? – я устроилась за столом и нелюбезно посмотрела на соперницу. Слишком глубокое декольте кричаще-красного платья демонстрировало вульгарно огромную грудь с нарисованной родинкой. Я даже не знала, куда глядеть, на родинку или на огромную черную шляпку с кучей перьев.

– Афиширование вашего статуса выдает отчаяние. Мы здесь все в равном положении, – надменно изрекла герцогиня, подарив Андреасу обожающий взгляд. Мужчина обреченно вздохнул.

– Если мне не изменяет память, во Флоссии запрещено многоженство.

– Так мы и не жены еще, – справедливо заметила девушка, сидящая по правую руку от Андреаса.

– Графиня Илаин, – удрученно произнес герцог.

– И вас это устраивает, леди?

– Не вижу в этом проблемы, – скучающим тоном заявила герцогиня и накрыла ладонь Андреаса своей ладошкой. – Ведь это очевидно, что только я подхожу его светлости.

– Ага, как второй подбородок лицу нашей матушки, – полушепотом заметила Бригитта, наклонившись к Присцилле. Фраза предназначалась и для моих ушей, судя по плутоватому взгляду сестер, и я не смогла сдержать улыбки.

– Что вас так развеселило, баронесса? Не скрасите и наш досуг, пока мы ждем хозяев? – графиня, которая предпочла чуть менее вычурное декольте на лиловом шелковом платье, явно намеревалась выставить меня в глупом свете. Да обе так называемые невесты, кажется, решили действовать единым фронтом.

– Любуюсь перьями на шляпке герцогини, – решила сменить тему и убрать от себя внимание. Лично я всегда предпочитала небольшие изящные шляпки, которые скорее дополняют прическу, нежели являются самостоятельным предметом туалета.

– О, это страусиные перья, – приосанилась герцогиня, расхваливая свою шляпку, словно лиса хвост. – Батюшка выписал из-за моря. Вы знаете, цена этих удивительных изделий столь высока, но ради любимой дочери батюшка пойдет на все!

«А мой батюшка любимую дочь продал», – подумалось мне. Тоже пошел на все ради своих других любимых дочерей… Вслух, разумеется, я этого не сказала, но заметно сникла, вспомнив печальные вести. Впрочем, я всегда знала, что матушка любит меня больше, чем отец.

– Только это перья огненной птицы, – поправила Лори. – У нас в саду полно таких.

– Нет, страусиные.

– Точно огненной птицы, – вступилась Бригитта. – Можете мне поверить.

– Это еще почему я должна вам поверить? – фыркнула герцогиня, повернувшись к Андреасу в поисках защиты.

– У Бригитты вторая ступень по биологии огненных существ, – пожал плечами герцог, в очередной раз деликатно стряхивая со своего плеча руку графини. Судя по округлившимся глазам мужчины, скинутая рука решила исследовать другие, менее публичные части его тела. – Графиня, не передадите мне стакан воды?

– Но у вас есть, – недовольно насупилась она.

– Все же это страусиные перья, вы ошибаетесь! – пыхтела герцогиня.

– Чьими бы они ни были, но они определенно горят, – меланхолично заметила Присцилла, спрятав ладошки. Я видела, как она незаметно метнула в сторону новоиспеченной невесты небольшую огненную искру.

– Горят? – в панике замерла герцогиня. В этот момент мажордом объявил о прибытии нового гостя:

– Его светлость, двустихиец Дома воды, герцог Уизли Дарби.

Представитель Дома воды среагировал мгновенно. Заметив густой черный дым, идущий от головы вскочившей в панике герцогини Ротширдской, Уизли направил на помощь водный шар, который немедля спас ситуацию. Впрочем, это как для кого…

– Леди, вы в порядке? Что здесь произошло?

– В порядке? – пропыхтела она, растряхивая вокруг брызги. – В порядке? Да вы издеваетесь?

– Не убивайтесь вы так, – вступилась за герцога Бригитта, – я для вас лично понадергаю перьев!

– Что?! – казалось, еще немного и из ушей юной девы пар пойдет. Я уже едва сдерживала смех.

– А я ей помогу, – заверила Присцилла. – Огненные птицы такие строптивые. А вы знали, что эти перья, да простит меня дух огня, у них из задницы растут?

В столовой грохнул хохот, даже мажордом не удержался, пряча улыбку в кулак.

– Да вы… вы… вы!!! Малолетние пакостницы!

– Строго говоря, малолетней можно назвать лишь меня, – меланхолично заметила Лори. – Но я не пакостничала. А сестры сами скоро станут невестами, вряд ли их можно считать малолетними…

– Ты вообще кто такая?

– Моя младшая и любимая сестра, – недовольно заметил Андреас, выделив слово «любимая».

– Прости, дорогой, – резко сменив гнев на милость, герцогиня косо улыбнулась Лори. – Извинитесь за меня перед родителями, но на ужин я опоздаю. Мне нужно… – она окинула гневным взглядом присутствующих. – Привести себя в порядок.

– Вы прекрасно выглядите, – заверил Уизли, располагаясь рядом со мной.

– Разумеется, извинимся, – пообещал Андреас и поцеловал руку герцогини. А мою руку он никогда не целовал! Неужели баронесса Ассанж отстает в рейтинговой таблице? Как там говорилось в книге Леруа Соблазнова?

«Достопочтенный господин тот же охотник. Леди должна, словно юркая куница, изворотливо выскальзывать из его рук. Уподобившись падкой до ласки кошке, вы получите господина лишь на ночь, заставив себя ловить и добиваться – на всю жизнь».

Глядя на то, как герцогиня самодовольно признавала Андреаса своей собственностью, а графиня – лапает его прямо сейчас и, того гляди, не постеснявшись присутствующих, еще и оседлает, я посчитала, что мудрость Леруа вполне может сработать. Заодно решила испытать на практике и другие советы: широкую улыбку и взгляд меж бровей.

– Ваша светлость, – я развернулась к Уизли и глянула на него по-леруански. – Я хотела у вас узнать…

– Простите, баронесса, но, – я краем глаза уловила замешательство на лице герцога. – Что с вашими глазами?

– А что с ними? – медленно моргнула пару раз – все точно по инструкции – и снова уставилась между бровей.

– Они… они косят, – шепотом возвестил Уизли.

– Косят? – улыбка немедленно сползла с моего лица, и я резко отвернулась. Попадись мне этот Соблазнуй Соблазнуевич или как его там! Много ли он мужиков соблазнил с такими-то советами?

– Не переживайте, это вас совершенно не портит!

Косоглазие-то не портит? Я едва слышно усмехнулась и, решив больше не экспериментировать с глазами и улыбкой, вновь обратилась к собеседнику:

– В общем, я хотела узнать, способны ли вы изготовить зелье, чтобы можно было, скажем, – я замешкалась, решая спрашивать или нет мужчину о подобном. Все же отважилась: – Заставить человека сделать то, что я хочу.

В этот момент я думала о старом герцоге и договоре, но Уизли все истолковал по-своему.

– Баронесса, – промурлыкал он, словно кот, – не нужно никаких зелий. Я и без них выполню любое ваше желание.

Прежде, чем я успела возмутиться, вновь сработал защитный барьер, откинув руку герцога от моих коленок. К счастью, молниеносную вспышку заметил лишь жених и графиня, сидевшие напротив.

– Духи четырех стихий, баронесса, что с вами? – притворно изумилась девушка.

– Баронесса, не изволите ли занять место возле меня? – недовольно глядя на друга, поинтересовался Андреас. Сейчас я была как никогда благодарна за этот, наверняка, тактический ход. Чем бы ни была продиктована просьба, но я тут же вскочила и немедля расположилась возле жениха.

– Простите, ваша милость. Видимо, я неправильно вас понял, – Уизли, не чувствуя никакой вины, откинулся на мягкую спинку стула и улыбнулся.

Не сочла замечание достойным ответа и повернулась к жениху:

– Благодарю.

– Пожалуйста. Но не думайте, что я сделал это из большой любви к вам, – герцог вернул шпильку. Ту самую, которую я вставила в библиотеке. Я прекрасно поняла, что он намекает на обиду, связанную с его диссертацией. Точнее, с моим отказом помогать.

– Простите, что заподозрила вас в благородстве, – пусть мы поменялись ролями в диалоге, но на этот раз он принес странное… удовлетворение? Вот только рука графини Илаин, которую Андреас уже четвертый раз скинул, дернув плечом, вновь предприняла попытки соблазнить его светлость и совершенно все испортила.

– Все же, я бы хотел поговорить насчет диссертации…

– Кажется, рука графини никак не может найти что-то в ваших штанах. Там оно вообще есть? – ехидно заметила я. Андреас стиснул зубы и хотел что-то ответить, но почувствовав настойчивость другой невесты, отвернулся.

– Графиня, так дела не делаются, – деликатно заметил он, убирая руку девушки.

– Поверьте, я знаю, как они делаются, – графиня подмигнула и хотела повторить поползновения, но герцог был настойчив.

– Ничуть не сомневаюсь.

– Но невеста должна быть невинна. Откуда такие познания, графиня? – язвительность так и лилась из меня.