Екатерина Романова – Двести женихов и одна свадьба. Часть вторая (страница 20)
– И страх импотенции заставил вас перемениться?
– С вами мне импотенция не грозит, можете не сомневаться.
От такой наглости я раскрыла рот, как выброшенная на берег рыба. Хотела что-нибудь сказать, но любой ответ пойдет мне же во вред.
– Можем обвенчаться сегодня вечером, портные успеют пошить наряд, не сомневайтесь…
– Джулия! – раздался от дверей взволнованный голос Егора.
Ну, наконец-то!
Я поднырнула под графским локтем и отошла на приличное расстояние. Хотя любое приличное расстояние становится неприличным от взгляда, под которым, несмотря на килограммы ткани, я кажусь голой. Мои щеки пылали огнем, и я проклинала все на свете, что надела корсет. Дышать в нем невыносимо. А то, что окно приоткрыто – ничуть не спасает положения.
– Джулия! – повторил, пусть будет сэр Иол, врываясь в графский кабинет как в свою спальню.
Ривей, невесть откуда взявшийся на пороге, представил моего спутника, но мы с графом смотрели друг на друга. Я – возмущенно, он – с восхищением.
– Прости, что задержался, дорогая. Ваше сиятельство.
Егор небрежно поклонился, заслужив короткий скучающий взгляд.
– Кто? – вопрос предназначался мне.
– Сэр Иол, сэр Адриан, – произнесла сбивчиво, хотя Егора уже представили. Вопрос явно заключался в другом. Под пристальными взглядами трех мужчин у меня мысли путались в биениях сердца. – То есть его сиятельство, ваше сиятельство, граф…
Что я несу?! Растерла переносицу дрожащими пальцами, пытаясь собраться с мыслями.
Граф медленно приблизился, бережно приподнял мою голову за подбородок и прошептал:
– Адриан. Просто Адриан, малышка.
– Это возмутительно, – произнесла шепотом. – Какая я вам малышка, мне уже слегка за тридцать!
– Можно поцелую? – взгляд голубых глаз, полный неприкрытого желания, обжог губы и опалил кожу огнем.
– Если вам надоело жить – попробуйте.
– Готов рискнуть.
– Очень возмутительно, – добавила с отчаянием, уже не надеясь выбраться из лап этого хищника, из которых выбираться, почему-то, совсем не хотелось. Магия это или слабость моего тела, но рядом с графом я чувствовала себя в безопасности и спокойствии. Если не считать, конечно, тахикардии и спутанности сознания… Примерно так чувствует себя жертва, зачарованная змеей за секунду до смерти. Легкость и безмятежность. А потом – ам! И ты уже без головы.
– Кхм, кхм, кхм!!! – зычно и демонстративно кашлянул мой бывший.
Его сиятельство щелкнул пальцами и Егор замер. В буквальном смысле замер. Не моргал, не шевелился, не дышал.
– Временный стазис. Ваш любовник?
– Эдгар? Нет, конечно. С чего вы так решили?
– На вас са’аркх Кристиана, но она не инициирована, – теплые пальцы графа коснулись моего плеча, активировав метку. Она кусала и жалила его сиятельство, но тот лишь загадочно улыбался. Как он вообще заметил ее? Ничего, доступного взгляду обычного человека на моем плече не было. – Другие не видят, не переживай, – мне подмигнули и вернулись к сути. – Другой мужчина называет вас по имени. Он либо родственник, либо любовник.
– Всего лишь спонсор проекта.
– Спонсор?! – плутовато переспросил граф, за что я удостоила его самым возмущенным взглядом из всех возможных. – Ох, эти чопорные ортингтонские леди. Вы восхитительны! Хорошо, что вы не спите, я не люблю конкурентов. С трупами столько возни, – его лицо сделалось таким озабоченным, что я на мгновенье поверила. Впрочем, вскоре Адриан улыбнулся и щелкнул меня по носу. – Да бросьте, леди Джулия. Я не такой злодей, каким кажусь.
– Еще хуже?
– Осторожней! Моя влюбленность в вас уже граничит с помешательством!
И хотела бы сказать, что граф шутил, но его взгляд: прямой, сильный, заинтересованный, не оставлял простора для фантазии. Кажется, меня только что пометили. Примерно так же, как собака метит столбик или колесо машины, но только взглядом. Я кожей ощущала, как на левом плече разгорается пламя, вплавляясь в кожу острыми иглами. И ведь не сказать, что этот взгляд с неприлично близкого расстояния меня совсем не тронул. А вот его причина точно не во мне.
– Ваше сиятельство, прекратите! – произнесла хриплым голосом, отчаянно пытаясь выпутаться из липких сетей чужой магии.
– Не прав. Поспешил. Извиняюсь! – Адриан поднял ладони, и жжение в плече исчезло, а я для надежности отступила на пару шагов, хотя вряд ли это меня спасет. – Вы свободны.
Кивнула и направилась к выходу, да что там, я буквально побежала, но за спиной прогремел голос:
– Я это вашему спутнику. А вас, леди Джулия, я попрошу остаться.
Егор, как ни в чем не бывало, кивнул и молча вышел из зала, а я повернулась к графу и вздернула бровь.
– Выберем здание? Для больницы? – деловым тоном обозначил он.
Легкость, с которой предводитель графства Айрон перестраивается в ходе беседы, поставила меня в тупик. Вот он только что нагло и бесцеремонно клеил меня в присутствии бывшего жениха, а теперь с тем же жаром предлагает обсудить мой проект? И Егор тоже хорош, преспокойно оставил меня наедине с Казановой местного мира!
– Вот так вот сразу?
– К чему тянуть? Я люблю все новое и необычное, – по мне прошлись восторженным взглядом. Что-то я не поняла, он сейчас о каком проекте? По обустройству больницы или завоеванию моего бедного сердца? – А, если это новое и необычное еще и пользу приносит – кто я такой, чтобы вставать на пути прогресса?
Передо мной встал выбор: дверь, за которой свобода или граф Айрон, от которого сердце бьется чаще, а мозги превращаются в кисель. Но не по причине моей телесной слабости (хотя чего уж там, любая женщина ослабеет от такого мужчины), а по причине его необычной магии.
Окно! Совсем забыла, что остается третий вариант, который когда-то подкинула Мора.
Поджав губы, я показала его сиятельству, чтобы не приближался, а сама отошла к раскрытому окну. Чтобы подышать и чтобы выпрыгнуть, если дела совсем плохи будут.
– Граф…
– Адриан.
– Граф Айрон, – настояла я, подарив мужчине суровый взгляд. Впрочем, он моментально плавился, встречаясь с лучезарным взглядом голубых глаз. Они как яркое солнце обладали уникальным умением плавить даже стылый лед. Трематода ты ж паразитическая! Отвернулась и продолжила. – Граф Айрон. Если вы хотите, чтобы у нас что-то получилось, а вы наверняка хотите, я это уже поняла, договоримся о нескольких вещах: вы перестанете испытывать на мне свою магию. И перестанете подначивать Кристиана.
– Кристиана? – раздалось над моим ухом.
Как так получилось, что он оказался рядом и даже накручивает на палец прядку моих волос?
– Он тоже ваш спонсор?
– Любовник, – выдала резко, выдержав взгляд графа, впервые не приправленный магией. Я это отчетливо почувствовала, потому что холодок, скользнувший в его взгляде, отозвался дрожью вдоль позвоночника. Настоящей, не магической дрожью.
– У вас ничего не было, са’аркх не инициирована, – напомнил Адриан. – Вы либо влюблены, либо отчаянно ищете способ избавиться от моего внимания.
– Наконец вы поняли, что оно не взаимно?
Его сиятельство рассмеялся. Звонко, искренне и так заразительно, что и мои губы тронула улыбка.
– Восхитительно, леди Джулия, восхитительно. Я вас понял. Как там у вас говорится? Не стоит дергать кота за яйца?
– Тигра за хвост, – поправила машинально и поймала на себе плутоватый взгляд.
Ловушка! И я в нее попалась, потому что на Тэйле никто, кроме попаданцев, так не говорит.
Откинув голову назад, его сиятельство хищно улыбался и рассматривал меня как диковинный артефакт. Примерно так я впервые разглядывала в микроскоп бациллу сибирской язвы: и страшно, и интересно, и, в общем, страшно интересно!
– А Кристиан не знает, да? Вдвойне любопытно! Как заскучавший аристократ, у которого все есть, я не упущу возможность пободаться с Кристианом. Но не беспокойтесь. Ваш секрет в надежных руках, – он коснулся ладонью своего сердца, с каким-то странноватым намеком. Проверить его что ли? Ну, на скрытые сердечные патологии. – Я не подлец. Выдавать вас мне не с руки.
Вздохнула. Уж лучше б был подлец, чем все это.
– Вы, правда, прожили в Ортингтоне пять лет? Как вам удалось?
– А вы, смотрю, обстоятельно подготовились к нашей встрече, – ответила хмуро. – И мастерски уходите от темы. Наша с вами работа станет невозможной, если вы не прекратите испытывать на мне свои способности.
– Прекращу! – охотно согласился он. – С одним условием: вы зовете меня по имени.
– Я не торгуюсь!
– Взаимно!
Граф скрестил на широкой груди мускулистые руки и, обнажив белоснежные зубы в широкой улыбке, испытывал мои нервы на прочность. Интересно, а если ударить его по голове вон той толстенной книгой, мозги на место встанут? Чьи мозги, правда – тот еще вопрос!