Екатерина Пятницкая – Надувные люди (страница 2)
Белла отрезала себе кусок от верхнего яруса и погрузила в него вилку, положила десерт в рот, наслаждаясь вкусом. Тут она почувствовала, словно что-то мешается на языке. Она вытащила клок шерсти, потом еще один. Подцепив вилкой и раскромсав торт у себя в тарелке, она увидела между слоями бисквита и крема собачью шертсть. Черную, как у Боба, их бывшей собаки.
Белла отпустила его с поводка и не уследила, пес потерялся. Как и две их предыдущие собаки. Она выронила тарелку вместе с куском торта, крошки и крем разлетелись по полу.
– Ты чего? Тебе плохо? – спросила ее Лара.
– Там шерсть собаки. Видишь ее?
– Нет.
Белла тем времеем проверила другие два яруса. В среднем оказались листья погибшего цветка. Его она также узнала. Как-то они с мужем уехали на отдых, оставив ключи соседке, чтобы та проверяла почтовый ящик, но ничего не сказали про цветы. Собак у них тогда уже не было.
В нижнем ярусе торта Белла ощутила странный привкус. Это что? Капли для носа? Такие еще с самого детства брызгал их сын. Как-то ему их купили от насморка и не следили, сколько и как он их капает, в итоге у ребенка возникла зависимость, не проходявшая и во взрослом возрасте.
Сославшись на недомогание, Белла остановила праздник, и гости стали недоуменно расходиться, складывая с собой остатки угощения.
***
Ларри Таллер потирал руки, ведь ему удалось подловить наконец этого Антона и снабдить его шариком, а еще к нему лично обратилась та самая Белла и заказала шарики для оформления праздника.
Этих и других людей он взял на себя при довольно странных обстоятельствах.
Ларри легко их замечал, словно они были одеты в перья и блестки с ног до головы, хотя выглядели они часто совершенно обычно и неприметно.
Но если у такого человека была самая яркая черта, например, невежество, то он вел себя так, словно им его заполнили, надули, и теперь ему нужно периодически подкачивать себя этим невежеством, чтобы не потерять форму и упругость. Такой человек не просто скажет: "Я не знаю". Он сделает это так, словно узнать этого невозможно и не стоит даже пытаться. Как будто его незнание это то же самое что наличие двух ног, пары глаз, ну или носа посредине лица.
Для него, пожалуй, все так и будет выглядеть. Ведь чтобы надуть себя знаниями, ему станет необходимо сначала выпустить из себя невежество, стать бесформенной массой, что значит смерть.
"Если убрать из меня эту мою отличительную черту, то я сдуюсь", – как бы говорят они. Даже если эта самая черта портит им самим все вокруг.
Ларри Таллер знал о надувных людях слишком много.
И вот, на завтра он задумал нечто особенное! Ларри шел по своему особняку, пританцовывая на ходу, а рядом словно тоже приплясывали от колыханий воздуха многочисленные шарики, которые были везде и даже можно сказать являлись полноправными жителями фамильного поместья.
Завтра, осталось дождаться завтра.
Фестиваль воздушных шариков
– Фестиваль воздушных шариков? – переспросила своего редактора журналистка с редким именем Балерина, на работе и в жизни ее называли просто Лера. – А конкурс фигур из тыквы?
– Думаю, ты успеешь. Фестиваль начинается в 16.00 по адресу Набережная обводного канала 74 Д, возле старого газгольдера, там должно быть ярко и весело. Нам не хватает таких материалов.
– Хорошо, я постараюсь не опоздать.
Лера села в свою маневренную городскую машинку и добралась до какого-то невзрачного Дома культуры. Забежала в кабинет и поздоровалась с организаторами. Тут к ним вошла тучная женщина, похожая на шар, с высокой прической и стала причитать, что какой-то Виктор Николаевич застрял в жуткой пробке. Потом она бросила взгляд на молодую журналистку, и что-то промелькнуло в ее глазах.
– О, мы посадим вас в жюри!
– Меня? – опешила Лера. – Я никогда не занималась карвингом.
– Ничего, ставьте, что считаете нужным. – Там по бокам будут два профессионала, они подскажут.
– Ааа, ну ладно тогда.
Девушка решила, что такой необычный ракурс для написания материала нельзя упускать. С другой стороны, она даже топнула от досады, потому что теперь ей нужно будет досидеть до конца мероприятия. Она хотела сделать пару снимков, взять комментарий одного из организаторов и у какого-нибудь участника, да бежать к старому газгольдеру возле Обводного канала.
В холле Дома культуры висел огромный плакат с надписью: "Вторая жизнь тыквы – 2018". Дальше стояли в ряд столы, на которых были самые разнообразные причудливые фигуры, вырезанные из десятков тыкв разного размера. Тут можно было найти и какой-то корабль, и диковинных животных, и ракету, и даже дом.
Почему-то он показался ей особенно жутким. В нем было два этажа и чердак, а внизу стояла небольшая табличка с надписью: "Тот самый дом у Обводного канала".
Тот самый? Лера посильнее укуталась в свой белый шарф, который не стала снимать. Ей показалось, что стало холоднее.
Выставив наугад баллы участникам, взяв несколько комментариев и сделав снимки церемонии награждения, она в спешке ушла, нужно ведь было успеть еще и на тот самый фестиваль, о котором утром сказала ей редактор.
К счастью, Лера быстро добралась до нужного адреса и выдохнула.
Место проведения фестиваля она заметила издалека. Столько воздушных шаров сразу журналистка еще не видела. Почему-то это показалось зловещим, девушка сама не могла понять свои чувства. Это же праздник, шарики.
Ей показалось странным, что тут не было видно ни одного ребенка. Она была уверена, что здесь будут семьи с детьми. Но никакого детского смеха не доносилось до ее ушей. Скорее все это напоминало похороны какого-то крупного производителя шаров, которые и надули в его честь.
Других представителей СМИ она на первый взгляд не заметила, не было видно камер или кого-то, кто подходил бы к людям и задавал вопросы, фотографировал. И чем это так заинтересовало редактора?
Скорее всего, сейчас все немного постоят и разойдутся. Но неожиданно появился ведущий в желтой надувной жилетке. Он сделал из узкого длинного шарика что-то вроде шпаги и объявил первый конкурс. Будут еще и конкурсы?
Лера сделала пару снимков обстановки и решила провести мини-трансляцию для группы журнала в социальной сети. Направила на себя камеру телефона и сказала:
"Всем привет, мы находимся на городском фестивале надувных шаров!"
В группе около двадцати человек следили за каждым ее шагом. Она поворачивала камеру то на себя, делясь эмоциями, то на происходящее вокруг, чтобы зрители могли составить собственное впечатление о празднике.
Ведущий мероприятия в дутой жилетке пригласил трех желающих из толпы подойти к нему. Вышли женщина лет двадцати пяти с синими волосами, парень в джинсах и белой рубашке. Еще участие захотела принять молодая девушка, на кофте которой красовалась большая сова.
Мужчина в жилетке раздал каждому по большому шарику и объяснил правила: “Нужно прыгать верхом на шаре как можно дольше, чтобы тот не лопнул. Играет быстрая музыка, забег начинается”.
"Смотрите, как бегут за моей спиной самые активные участники фестиваля", – говорила Лера, улыбаясь в камеру телефона.
Тем временем забег на шарах уже привел к одному погибшему шарику. У девушки с совой на груди лопнул ее помощник и партнер в этом состязании. Остались только два участника забега.
Повернув голову, Лера заметила мужчину в темно-сером костюме и оранжевой бабочке, который вручал всем шарики. Сам он был седой и как-то странно улыбался.
Неподалеку стартовал конкурс на самый музыкальный скрип шара. Девушка помчалась туда, чтобы сделать несколько снимков. Участники пытались повторить мелодию, проводя пальцами по шарику и слегка давя на него так, чтобы он издал скрипящий звук. На этот раз было четыре добровольца: двое мужчин и две женщины. Заиграла музыка, мотив был знакомый, танцевальный, но название песни она не могла вспомнить. Скрип от четырех шаров смешивался и создавал какофонию. Участники сами корчились и морщились, но продолжали терзать уши друг друга.
В их руках по очереди лопнули шары, а в ладонях у них остались какие-то записки. Одна из участниц этого конкурса развернула свою записку, и на ее лице отразилась гримаса непонимания и вместе с тем страха. Остальные выбросили листочки себе под ноги.
Со всех сторон стали раздаваться приглушенные хлопки, и в руках собравшихся оказывались свернутые записки. Некоторые швыряли их на землю, а некоторые разворачивали их и переглядывались между собой.
Лере стало интересно, что же там было такое, но начался следующий конкурс, и она побежала его снимать. Двое мужчин стали вдыхать из шаров гелий и говорить измененными голосами. Задача была как можно дольше не рассмеяться. Но они каждый раз начинали хохотать, глядя друг на друга. В итоге, ведущий признал ничью.
“Наш праздник подходит к концу. Осталось только выпустить одновременно тысячу шаров”, – объявил он театральным голосом.
Рабочие открыли стоящий недалеко от места проведения праздника грузовик, и оттуда стали подниматься вверх сотни шариков разных цветов. Зрелище было такое завораживающее. Лера даже на минуту забыла, что она на работе, а просто любовалась. Все снимали видео, делали селфи с морем шариков в небе. Было странно, но они не улетали, а начали медленно опускаться все ниже и ниже к толпе. Люди застыли под их натиском, ожидая, что будет дальше. У Леры почему-то закружилась голова, когда она всматривалась в это надвигающее цветастое огромное облако.