Екатерина Попова – Жизнь за жизнь (страница 36)

– Сумах, у тебя не осталось ничего съестного? – спросил я, грустно пялясь на его заплечный мешок.

– Прости, Дэй, но после седьмой кружки капучино у меня разыгрался зверский аппетит. Я не думал, что у нас будут проблемы с едой. Ну, короче, я всё съел.

Он начал смотреть себе под ноги, как будто пытаясь не оступиться на мусоре, но на самом деле ему было немного стыдно. Ладно, что уж тут поделаешь. Но запасы еды нам пополнить стоит. И тут я понял, что план, которому я следую, абсолютно неправильный. Мы сейчас собрались переходить в первый сектор, но ведь никто не в курсе, куда мы собираемся и зачем. Да и подмога бы нам не помешала. Ещё вставал вопрос об оружии. Если там будут какие-либо существа, а они будут, чем мы будем отбиваться?

– Стойте! – почему-то заорал я. – Нам сейчас не в эту сторону.

Дэя остановилась и приподняв бровь, удивленно посмотрела на меня.

– Нам ведь надо попасть в первый сектор.

– Да, и я до сих пор этого хочу. Но нам нужны остальные ребята. Мы сейчас должны направиться к Комару. Сумах, ты же в курсе, где прячутся остальные?

– Да, здесь недалеко.

– Вот и отлично! Возьмем всех и отправимся вместе. Мы ведь не знаем, что нас ждёт в первом секторе, с чем нам придется столкнуться. А если будет нас хоть на немного, но больше, то шансы на выживание резко увеличиваются.

– Мы возьмем с собой других людей? – Дэя скрестила руки на груди и того и гляди была готова топнуть ножкой, чтобы начать отстаивать свою точку зрения.

– У тебя какие-то сомнения насчёт нас? – я по лицу Сумаха видел, что его это сильно затронуло. Вроде, взрослый парень, должен понимать, что к чему. Хотя мне сейчас были более понятны чувства Дэи, чем Сумаха. Она впервые знакомиться с чувствами, и большое окружении людей, соответственно её чрезмерно пугает. А Суммах ведет себя словно невоспитанный подросток, который привык, что земля вертится только вокруг него.

Я попросил Сумаха показать убежище Комара и пока он по дороге забегал в какое-то полуразрушенное здание, чтобы забрать какую-то мелочь милую сердцу, Дэя подошла ко мне с удивительным вопросом.

– Ты доверяешь людям? – спросила она.

Я почувствовал, как моё лицо изменяется в гримасе, но, что я мог ей ответить. Как бы они себя ни вели, я всегда буду на их стороне. Эту программу видать я изменить так и не смог.

– А ты не доверяешь? – вопросом на вопрос ответил я.

– У меня дурное предчувствие.

– Серьёзно? У тебя дурное предчувствие?

– А как это еще назвать? Мне кажется, они испортили игру.

– Ну да, если сложить А и Б, то начиная с того момента, когда я раскидал всю группу управления на «станции Мир», что-то пошло под откос, люди подчинили себе игру и перестроили её под свой лад.

– Нет, Дэй, ты не понимаешь, они испортили её только что. Ты же сам заметил, когда мы проходили через проход, что с ним что-то не так. И спутники начали вырубаться, за последние два часа из строя вышли ещё пятнадцать спутников.

Я конечно совсем не хотел об этом думать, но мои мысли сами копошились в голове, выстраивая Великую Китайскую стену, из нужных и ненужных кирпичиков моих нейронов.

Может ли быть такой вариант, что люди Сома, искали не просто какой-то механизм, а прибыли на «станцию Мир», с целью захватить её, и либо вывести до конца из строя, либо полностью подчинить. Тогда это объясняет отключение спутников, изменения в тоннелях. Но зачем им это? Ведь без спутников полностью пропадает контроль над игрой. А если Сом хочет власти? Он уже подчинил себе весь мир древних и мог бы сделать это со всей игрой, но спутники нужны для контроля. Значит, дело не в подчинении, и не во власти. Тогда зачем люди Сома разрушают игру? Не легче ли покинуть её, как это собрались сделать мы. Или же я опять начал заблуждаться в людях, забывая, что их интересуют только воины, боль, разрушение и ничего другого. Тогда тут можно всё списать на элементарную человечность, которая присуща всем кроме диклестам.

– Дэй, я тебе чем-то обидела?

Ох, блин, я совсем забыл про Дэю. Последнее время я начал слишком глубоко задумываться, возможно даже люди столько не отдают своего времени на обдумывание своих же поступков и решений, как я.

– Дэй.

Дэя уже теребила меня за рукав, старательно заглядывая в глаза.

– А может, мы уйдем без него, просто вдвоём, спасем твою подругу, вернемся в настоящий мир, найдём создателей, попросим их помочь с игрой и начнем новую жизнь?

Я разжал её пальцы со своего рукава, отступил на пару шагов назад, и грустно покачал головой.

– Я просто не могу этого сделать, прости.

Вернулся Сумах, и в его заплечном мешке угадывались очертания еще нескольких книг, о которых он не посчитал нужным сообщить мне.

Ладно, позже надеюсь разберёмся.

Когда мы уже почти дошли до старого, полюбившегося мне склепа, я тормознул Сумаха, немного отвел в сторону и тихо попросил.

– Пожалуйста, никому не говори кто такая Дэя. Я позже с Комаром всё это обсужу, но, если узнают остальные, может начаться паника, недоверие и всё это приведет к тому, что весь наш план полетит к чертям.

– К кому полетит?

– Позже объясню, просто прошу тебя, давай пока никому не будем рассказывать о Дэе. Это моя знакомая из района Б, которая решилась нам помогать. Больше ничего не говорить никому не будем.

Суммах сначала замялся, но в итоге согласился, и я понял, что это было искренне. Сейчас самым главным было поскорее отправиться в первый сектор, чтобы отыскать Калли. То, что она жива я не сомневался, я почему-то был уверен, что она сможет выжить в любой ситуации, точно так же, как и я. Где-то глубоко в своём подсознании мне всем своим сердцем хотелось верить, что она такая же, как мы с Дэей. Ведь видел же я её на «станции Мир», в тот момент, когда перенастраивал себя. Хотя если следить по временным отрывкам, в то время она ещё даже не была рождена. В тайне, я надеялся, что в конце концов мы обретем друг друга и будем вместе, как бы это мелодраматично не звучало, навеки. Останется только спасти всех людей и показать им настоящий мир, чтобы они начали жизнь вдали от этого ужасного места.

Все эти мысли прокручивались с огромной скоростью в моей голове, пока я спускался в подземный склеп. А потом стоило увидеть мне Комара и остальных ребят, как моё настроение тут же испортилось. Я растерянно остановился перед всеми, не в силах сказать, что-либо. Чуть вперед вышла Орлан и в её взгляде я прочитал, ту невыносимую боль, которая терзает тебя изнутри, словно дикий зверь, а ты не сможешь его усмирить или приручить. Поэтому приходится терпеть и делать вид, что у тебя всё прекрасно. Она поняла, что Меха уже не вернётся. Она поняла это, стоило нам встретиться взглядами, а потом просто развернулась и ушла в другую комнату. Но стоило спуститься Дэе, как все тут же оживились, послышалось какое-то шептание, а Комар взял меня под руку и с силой утащил в дальний угол.

Меня прижали к стенке с такой силой, что на мгновение показалось, что я задохнусь. Как, такой тощий, старый и слабый на вид человек, мог обладать такой силой? Хотя, если взглянуть на Калли, я уже ничему не удивлюсь, это девочка не раз показывала то, насколько она сильна и ловка.

– Кого ты к нам припёр? – прохрипел Комар, дыша прямо мне в лицо.

– Это друг. – с трудом произнес я, хватая ртом воздух.

– Мои люди только начали тебе доверять, и ты тут же даёшь им шанс для начала сомнений.

– А знаешь, что?! – психанул я, вырываясь из рук старика. – Мне уже до чертиков всё это надоело! Если не хотите, можете мне не верить, я уйду. Я пойду за Калли, а потом, как и обещал выведу всех тех, кто захочет вернуться, в реальный мир. И если вас не будет рядом, поверь я не сильно расстроюсь. Но есть и другой вариант, мы сейчас успокоимся, сядем и всё обговорим, как взрослые, адекватные люди. Я объясню, кто эта девушка, почему она пришла с нами, и чем нам поможет. Что ты выберешь?

Я демонстративно слегка оттолкнул его и отправился в комнату, где сидели все остальные. Бедняжка Дэя стояла в углу, я почти физически почувствовал её страх перед этими людьми. Хотя, если бы они знали кто она, всё было бы наоборот. Странно. Если я такой же диклест, как и Дэя, то почему я кажусь таким слабым на фоне людей. Ведь я вроде сверхчеловек, неужели это все последствия тех перенастроек, которыми я занимался на «станции Мир»? Или же, та часть меня, которая отвечает за контроль над очеловеченной частью, просто старается подражать людям, полностью скрывая во мне способности диклеста. И тут мне в голову пришла глупая идея, которую я решил проверить на месте. Я как раз проходил мимо одной пустой комнатки, которая была слабо освещена и не имела внутри вещей и мебели.

– Хорошо, Дэй Олан!

Господи, как давно я не произносил своего имени вслух. И зачем я вспомнил о Господе?

Я встряхнул головой, словно это поможет мыслям расставиться по полочкам и начал заново.

– Я, великий Дэй Олан!

Не, сейчас вообще прозвучало не то что без энтузиазма, это было вообще жалко. Когда я успел потерять свою самооценку и веру в себя. У меня даже и мысли в голове никогда не было, что может быть иначе, что я могу быть слабым и жалким.

Единственное, что сейчас меня поддерживало, так это мысли о моей малышке, которую я умудрился потерять и сейчас по своей глупости, оттягиваю её поиски. И на этих мыслях, я почувствовал, как злость во мне начинает закипать. Я снова подумал о ней и о том, какой из меня дерьмовый мужик, и чувствуя, как меня переполняет ярость, со всего маху, врезал кулаком в стену. Послышался громкий хруст, но боли совсем не было. Я лишь почувствовал, что моя рука почти по локоть ушла в глубь бетона из которого был построен этот склеп. Пока я извлекал свой напряженный кулак, на ноги мне сыпалась крошка и какой-то мусор.